Квалификация служебного долга в условиях рыночных отношений

В УСЛОВИЯХ РЫНОЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ
И. ШИШКО
И. Шишко, кандидат юридических наук (г. Красноярск).
Экономические преобразования в России обусловили необходимость изменения многих уголовно-правовых норм, и не только в сфере экономики. Они отразились, например, и на дефиниции должностного лица: Уголовный кодекс 1996 года не признает таковыми лиц, выполняющих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в коммерческих и иных организациях, не перечисленных в п. 1 примечаний к ст. 285 УК.
На первый взгляд, переход к рыночным отношениям не затрагивает норм, устанавливающих ответственность за преступления против личности: соответствующие нормы в современных уголовных кодексах стран с разными экономическими системами существенно не отличаются. Вместе с тем рыночные преобразования не могут вовсе не сказаться на уголовно-правовой оценке этих посягательств. Так, уже отмечалось, что общепризнанная интерпретация общественного долга, убийство в связи с выполнением которого предусмотрено п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ, противоречит логике и Конституции РФ, поскольку общественным долгом может признаваться обязанность, возлагаемая на гражданина Конституцией или нормативными документами общественных организаций. Следовательно, толкование общественного долга как "других общественно полезных действий", данное Пленумом Верховного Суда РФ в п. 6 Постановления "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" от 27 января 1999 г., является распространительным. Буквальное же истолкование общественного долга в указанной норме, а равно в п. "а" ч. 2 ст. 111 и пунктах "б" частей 2 ст. ст. 112 и 117 УК РФ привело бы к резкому и явно не совпадающему с волей законодателя сужению круга потерпевших и, следовательно, соответствующему переходу указанных убийств (а также - умышленных причинений тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, истязания) из разряда квалифицированных в "простые". Поэтому, полагаю, признак "общественный долг" следовало бы заменить более емким признаком "общественно полезное действие" в соответствующих диспозициях частей 2 ст. ст. 105, 111, 112, 117 УК.
Однако, по моему мнению, квалифицирующий признак, предусмотренный пунктами "б" частей 2 ст. ст. 105, 112, 117 и п. "а" ч. 2 ст. 111 УК, нуждается в корректировке и по другой причине. Повышенная общественная опасность преступлений против жизни и здоровья, отягощенных указанным квалифицирующим признаком, обусловлена наличием дополнительного обязательного объекта - общественных отношений по поводу осуществления общественно полезных действий (деятельности) и мотивом мести за них либо целью воспрепятствования им. Этот квалифицирующий признак "перекочевал" в действующий УК из УК РСФСР, будучи сформированным в период социализма, когда общественно полезные действия совершались почти исключительно в формах реализации трудовых (по трудовому договору) или общественных обязанностей.
Преобразования в экономике сопровождаются не только сужением общественных обязанностей граждан - изменения претерпевает и рынок труда, составляющими которого стали выполнение работ и оказание услуг по гражданско-правовым договорам индивидуальными предпринимателями и иными лицами. Можно ли квалифицировать убийство (причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, истязание) лица или его близких в связи с осуществлением им обязанностей по гражданско-правовому договору по пунктам "б" частей 2 ст. ст. 105, 112, 117 или п. "а" ч. 2 ст. 111 УК? Нет! Подобная квалификация исключена и действующей редакцией перечисленных пунктов, и адекватным ей толкованием служебной деятельности в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. (п. 6). Под ней, разъясняется в Постановлении, следует понимать действия лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с любыми зарегистрированными в установленном порядке организациями, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству. Таким образом, высшая судебная инстанция рассматривает служебную деятельность, во-первых, как осуществляемую исключительно в рамках трудового договора (контракта) и, во-вторых, как исключительно законную. В качестве "первоочередных" критериев ее законности указаны определенный круг обязанностей потерпевшего (они должны вытекать из трудового договора) и требования к самому работодателю. Правда, требования к последнему сформулированы почему-то неравнозначно - для организации требуется только регистрация в установленном порядке, в то время как деятельность работодателя - индивидуального предпринимателя должна лишь в целом не противоречить действующему законодательству.
Вместе с тем как наличие регистрации в установленном порядке не исключает еще возможной противозаконности деятельности самой организации, а значит, и потерпевшего, так и разного рода нарушения в деятельности индивидуального предпринимателя - работодателя не исключают общественную полезность действий лица, работающего у него по трудовому договору.
Проиллюстрирую сказанное двумя примерами. Работник зарегистрированной в установленном порядке частной охранной фирмы по ее поручению незаконно добывает в других организациях сведения, составляющие коммерческую тайну, и сбор информации для деловых переговоров составляет предмет его служебных обязанностей. Посягательство на такого работника с целью не допустить подобные действия впредь или из мести за них не может быть квалифицировано как совершенное в связи с выполнением им служебной деятельности: она не была законной, хотя и отвечала "первоочередным" критериям, перечисленным в указанном Постановлении.
С другой стороны, убийство работавшего по трудовому договору с индивидуальным предпринимателем сторожа из мести за то, что он пресек действия лиц, пытавшихся совершить кражу из охраняемого им павильона, следует квалифицировать по п. "б" ч. 2 ст. 105 УК - даже если индивидуальный предприниматель, например, нарушил лицензионные требования. Считать действия сторожа выполнением общественного долга (как иногда предлагают в таких случаях) нельзя: сторож выполнял оплачиваемые обязанности по трудовому договору.
Вернемся, однако, к вопросу о квалификации посягательств на лицо или его близких в связи с выполнением им правомерных действий по гражданско-правовому договору. Как было показано выше, при отсутствии других квалифицирующих признаков виновным в подобных действиях следует инкриминировать части 1 ст. ст. 105, 111, 112, 117 УК. Но обоснованно ли неупоминание деятельности по гражданско-правовым договорам в соответствующих пунктах частей вторых этих статей? Полагаю, что нет. Дело в том, что данная деятельность, как и осуществляемая по трудовому договору, может быть направлена против чьих-то незаконных интересов и, следовательно, объективно способна вызвать месть или желание воспрепятствовать ей. Достаточно напомнить, что по гражданско-правовому договору могут осуществляться даже функции руководителя организации или главного бухгалтера (п. 1 ст. 69 Закона "Об акционерных обществах", ст. 42 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 6 Закона "О бухгалтерском учете"), т.е. лиц, часто становящихся потерпевшими от преступлений, совершенных в связи с осуществлением ими служебной деятельности. Совершенно очевидно, что такие же мотивы и цели может вызвать деятельность частных аудиторов и детективов. Не случайно частным детективам в случае оказания услуг, сопряженных с опасностью для их жизни или здоровья, разрешается использование специальных средств (ст. 5 Закона "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации").
Безусловно, отношения, возникающие между работодателем и работником, отличаются от отношений этих сторон по гражданско-правовому договору, поскольку регулируются нормами разных отраслей права, трудового и гражданского соответственно. Не совпадает и круг сторон этих договоров, форма договоров. Далее: по трудовому договору работник выполняет работу, подчиняясь правилам внутреннего трудового распорядка, в то время как лица, выполняющие работы (оказывающие услуги) по гражданско-правовым договорам, самостоятельно определяют время работы, методы, приемы и способы выполнения обязательств, используемые инструменты и оборудование. Наконец, в отличие от работника лица, заключившие гражданско-правовые договоры, в установленных законом или договором случаях несут риск (подчеркнем - исключительно имущественный) случайной гибели или случайного повреждения результата выполненной работы либо иных потерь. Но ни одна из перечисленных особенностей гражданско-правового договора не придает выполнению обусловленных им работ (услуг) такого свойства, которое исключало бы повышенную общественную опасность посягательств на выполняющих их лиц, если посягательства совершаются в связи с этими работами (услугами). Указанные гражданско-правовые особенности в уголовно-правовом плане несущественны. Здесь важно только то, что эта договорная деятельность общественно полезна. Закон "О занятости" рассматривает работу по договорам гражданско-правового характера как одну из форм занятости (равнозначную работе по трудовому договору), а занятость определяет как деятельность граждан, связанную с удовлетворением не только личных, но и общественных потребностей, не противоречащую законодательству России.
При этом, как и в случае с убийством сторожа, нарушения отдельных требований законодательства не исключают их общественную полезность. Так, вряд ли кто усомнится в общественной полезности пресечения или раскрытия преступления частным детективом, из мести за которые он был убит. Общественная полезность этих действий не исчезает, даже если детектив действовал по истечении срока выданной ему лицензии.
Вполне очевидно, что квалифицирующий признак в частях 2 ст. ст. 105, 111, 112 и 117 УК необходимо привести в соответствие с новыми социально-экономическими реалиями. Для этого его нужно сформулировать так, чтобы он содержал указание на единственное критериальное значение действия - его общественную полезность. Полагаю, что новая редакция перечисленных выше пунктов может быть применительно к ч. 2 ст. 105 УК, например, такой: "Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом любых общественно полезных действий (деятельности)".
ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

"КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(принята всенародным голосованием 12.12.1993)
"УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР"
(утв. ВС РСФСР 27.10.1960)
ЗАКОН РФ от 19.04.1991 N 1032-1
"О ЗАНЯТОСТИ НАСЕЛЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
ЗАКОН РФ от 11.03.1992 N 2487-1
"О ЧАСТНОЙ ДЕТЕКТИВНОЙ И ОХРАННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИЙСКОЙ
ФЕДЕРАЦИИ"
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 26.12.1995 N 208-ФЗ
"ОБ АКЦИОНЕРНЫХ ОБЩЕСТВАХ"
(принят ГД ФС РФ 24.11.1995)
"УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" от 13.06.1996 N 63-ФЗ
(принят ГД ФС РФ 24.05.1996)
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 21.11.1996 N 129-ФЗ
"О БУХГАЛТЕРСКОМ УЧЕТЕ"
(принят ГД ФС РФ 23.02.1996)
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 08.02.1998 N 14-ФЗ
"ОБ ОБЩЕСТВАХ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ"
(принят ГД ФС РФ 14.01.1998)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1
"О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ ОБ УБИЙСТВЕ (СТ. 105 УК РФ)"
Российская юстиция, N 4, 2003