ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 18.11.2004"ДЕЛО "ВАССЕРМАН (wasserman) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" [рус., англ.]


[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ВАССЕРМАН (WASSERMAN) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба N 15021/02)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА
(Страсбург, 18 ноября 2004 года)
--------------------------------
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу "Вассерман против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Н. Ваич,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера,
В. Загребельского,
Э. Штейнер,
Х. Гаджиева, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 28 октября 2004 г.,
принял следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 15021/02), поданной в Европейский суд по правам человека против Российской Федерации гражданином России и Израиля Кимом Вассерманом (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены П.А. Лаптевым, Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека.
3. Заявитель утверждал о том, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку государство-ответчик не исполнило окончательное Судебное решение, вынесенное в его пользу.
4. Жалоба была передана в Первую секцию Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В рамках секции Палата, рассматривающая дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции), была сформирована в соответствии с пунктом 1 правила 26 Регламента.
5. Решением от 25 марта 2004 г. Европейский суд объявил жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.
6. Заявитель и власти Российской Федерации представили свои замечания по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента).
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
7. Заявитель родился в 1926 году и проживает в г. Ашдод (Ashdod), Израиль.
8. 9 января 1998 г. заявитель прибыл в Россию, чтобы посетить могилу его близкого родственника. При себе он имел 1600 долларов США, которые не были указаны в таможенной декларации.
9. В тот же день Сочинская таможня признала заявителя виновным в совершении контрабанды иностранной валюты и подвергла его штрафу в размере суммы совершенной контрабанды. Деньги, которые заявитель имел при себе, были изъяты в качестве штрафа. Заявитель обратился с жалобой в вышестоящий орган таможни, а также подал гражданский иск в суд.
10. 30 июля 1999 г. Хостинский районный суд г. Сочи постановил Решение. Суд отменил Постановление таможенного органа от 9 января 1998 г. и обязал Казначейство Российской Федерации вернуть заявителю 1600 долларов США "в виде равноценной суммы в рублях, т.е. 38752 рубля". Суд отклонил требования заявителя о компенсации морального вреда как не имеющие правовых оснований.
11. 9 сентября 1999 г. Краснодарский краевой суд, рассмотрев жалобу таможенного органа, оставил без изменения Судебное решение от 30 июля 1999 г.
12. 29 декабря 1999 г. и 14 января 2000 г. заявитель письменно обращался к Председателю Правительства Российской Федерации и министру иностранных дел Российской Федерации с просьбой о том, чтобы присужденные ему денежные средства были выплачены не в российских рублях, а в долларах США. Он утверждал, что является гражданином Израиля и не может получить сумму в российских рублях на свой банковский счет в Израиле.
13. 13 марта 2000 г. отделение федерального казначейства по г. Сочи проинформировало заявителя о том, что оно получило полную сумму причитающихся ему средств, но, не имея возможности перевести их в банк заявителя в Израиле, оно разместило их на депозитном счете на имя заявителя в Центральном отделении Сберегательного Банка Российской Федерации в г. Сочи.
14. В ответ на письмо заявителя, адресованное Президенту Российской Федерации В.В. Путину, 26 апреля 2000 г. Министерство финансов Российской Федерации проинформировало заявителя о том, что 31 марта 2000 г. оно выдало разрешение отделению Федерального казначейства по г. Сочи конвертировать сумму, присужденную заявителю, в доллары США.
15. В неустановленный день заявитель обратился в суд за разъяснением резолютивной части Решения от 30 июля 1999 г. с просьбой изменить способ и форму его исполнения. Он требовал от суда обязать Федеральное казначейство перечислить 1600 долларов США на его счет в Израиле.
16. 23 ноября 2000 г. Хостинский районный суд г. Сочи отказал заявителю в удовлетворении его ходатайства, указав на то, что российский рубль является единственным законным средством платежа в Российской Федерации. Данное определение было отменено Краснодарским краевым судом после рассмотрения кассационной жалобы заявителя.
17. 15 февраля 2001 г. Хостинский районный суд г. Сочи удовлетворил ходатайство заявителя. Суд внес изменения в резолютивную часть Решения от 30 июля 1999 г. и обязал Федеральное казначейство Российской Федерации перечислить 1600 долларов США на банковский счет заявителя в Израиле.
18. Определение от 15 февраля 2001 г. не было обжаловано и вступило в законную силу 1 марта 2001 г.
19. 10 апреля 2001 г. Хостинский районный суд г. Сочи выдал исполнительный лист и направил его в службу судебных приставов в г. Москву.
20. 19 июня 2001 г. исполнительный лист был получен 2-м межрайонным отделом службы судебных приставов по Центральному административному округу г. Москвы, который обладал территориальной юрисдикцией по признаку места нахождения Федерального казначейства и властей. Заявитель был проинформирован о получении исполнительного листа по телефону.
21. 14 и 20 января и 20 февраля 2002 г. заявитель жаловался главному судебному приставу Российской Федерации на неисполнение постановленного в его пользу Судебного решения.
22. 28 февраля 2002 г. одна из жалоб на неисполнение Судебного решения заявителя была направлена в Главное управление Министерства юстиции Российской Федерации по г. Москве для "принятия мер по исполнению решения суда".
23. 7 февраля 2003 г. заявитель направил жалобу председателю Замоскворецкого районного суда г. Москвы на неисполнение Решения от 30 июля 1999 г.
24. 12 мая 2003 г. заявитель подал гражданский иск против 2-го отдела межрайонной службы судебных приставов г. Москвы, потребовав исполнения Судебного решения, взыскания процентов и причиненного ему ущерба.
25. 31 июля 2003 г. заместитель начальника 2-го отдела межрайонной службы судебных приставов г. Москвы представил свои замечания в связи с жалобой. Он отрицал, что его служба получала от заявителя какие-либо документы между 2000 и 2003 годами.
26. Письмом от 6 января 2004 г. заместитель начальника 2-го отдела межрайонной службы судебных приставов г. Москвы проинформировал суд о том, что служба судебных приставов г. Москвы получила исполнительный лист 19 января 2001 г. и незамедлительно направила его во 2-й отдел межрайонной службы судебных приставов г. Москвы. 30 октября 2001 г. 2-й отдел межрайонной службы судебных приставов г. Москвы направил его в службу судебных приставов г. Сочи, и с тех пор служба судебных приставов г. Москвы не обладает какой-либо информацией о месте нахождения этого документа.
27. 26 апреля 2004 г. судебное заседание по делу было перенесено на 31 мая 2004 г. ввиду неявки адвоката заявителя.
28. 1 июня 2004 г. суд удовлетворил ходатайство заявителя о привлечении Министерства финансов Российской Федерации в качестве соответчика и отложил судебное заседание до 10 июня 2004 г.
29. 10 июня 2004 г. Замоскворецкий районный суд г. Москвы получил письмо от адвоката заявителя Жениной, в котором она проинформировала суд о том, что заявитель отозвал доверенность, выданную на ее имя. Суд отложил судебное заседание до 12 июля 2004 г. и предложил заявителю подтвердить отзыв доверенности.
30. 12 июля 2004 г. судебное заседание было перенесено на 25 августа 2004 г. ввиду неявки сторон.
31. Как представляется, судебное разбирательство в Замоскворецком районном суде г. Москвы продолжается, а Судебное решение от 30 июля 1999 г., измененное Определением 15 февраля 2001 г., до сих пор не исполнено.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
32. Заявитель жаловался на то, что продолжающееся неисполнение Судебного решения от 30 июля 1999 г. нарушило его "право на обращение в суд", закрепленное в статье 6 Конвенции, которая в части, применимой к настоящему делу, гласит:
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".
33. Власти Российской Федерации утверждали, что исполнительный лист, выданный на основании Судебного решения от 15 февраля 2001 г., был утерян при пересылке из одной службы судебных приставов в другую. На настоящий момент лица, ответственные за утерю, "уволены с государственной службы". 17 февраля 2004 г. Департамент судебных приставов Краснодарского края в Хостинском районном суде получил дубликат потерянного исполнительного листа, который вместе с копиями судебных документов был направлен в Министерство финансов Российской Федерации. 21 июня 2004 г. Правовым департаментом Министерства финансов Российской Федерации подтверждено перечисление 1600 долларов США на долларовый счет заявителя, указанный в определении Хостинского районного суда г. Сочи от 15 февраля 2001 г. Власти Российской Федерации утверждали, что Судебное решение будет исполнено "в ближайшее время". Они также отметили, что судебное разбирательство по вопросу взыскания процентов и судебных расходов и издержек продолжается в Замоскворецком районном суде г. Москвы, и заявитель все еще может получить удовлетворение своих требований на национальном уровне.
34. Заявитель отметил признание властями Российской Федерации утраты исполнительного листа по причине упущения государственных служащих. Он утверждал, что у него мало надежды на благополучное завершение судебного разбирательства в национальных судах, поскольку судья назначила первое судебное заседание только после того, как заявитель уведомил ее о принятии Европейским судом Решения по вопросу приемлемости. Более того, несмотря на утверждение властей Российской Федерации о скором переводе денежных средств, Судебное решение все еще остается неисполненным.
35. Европейский суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует каждому право на подачу иска, касающегося гражданских прав и обязанностей, в суд; таким образом он реализует "право на обращение в суд", в котором право на доступ к правосудию, то есть право инициировать разбирательство в суде по вопросам гражданских прав и обязанностей, является одним из аспектов. Однако это право было бы иллюзорным, если бы национальные правовые системы Высоких Договаривающихся Сторон допускали, чтобы окончательное подлежащее исполнению Судебное решение оставалось неисполненным в ущерб одной из сторон. Было бы невообразимо, чтобы пункт 1 статьи 6 Конвенции подробно описывал процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам судопроизводства, - которое должно быть справедливым, публичным и не должно затягиваться, - не предоставляя гарантии исполнения судебных решений; толкование статьи 6 Конвенции как предоставление исключительно права на обращение в суд и проведение судебного разбирательства, по всей видимости, приведет к ситуации, несовместимой с принципом верховенства права, который Высокие Договаривающиеся Стороны обязались соблюдать при ратификации Конвенции. Таким образом, исполнение Судебного решения должно рассматриваться как составляющая часть "судебного разбирательства" по смыслу статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III, § 34, и Постановление Европейского суда по делу "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports 1997-II, р. 510, § 40).
36. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский суд отметил, что Судебное решение от 30 июля 1999 г., которым заявителю было присуждено возмещение в российских рублях незаконно изъятой денежной суммы в долларах США, стало окончательным и подлежащим исполнению 9 сентября 1999 г. 13 марта 2000 г. сумма в российских рублях, присужденная заявителю, была переведена в полном объеме на депозитный счет в г. Сочи. Европейский суд установил, что депозит может рассматриваться как надлежащее исполнение Судебного решения от 30 июля 1999 г., поскольку оно требовало произведение выплаты в рублях и не содержало указания на то, что заявитель должен был ее получить в Израиле, а не в России. Более того, задержка в шесть месяцев и четыре дня не является таковой, чтобы затрагивать сущность права, защищаемого пунктом 1 статьи 6 Конвенции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Бурдов против России", § 35, и Решение Европейского суда по делу "Грищенко против Российской Федерации" (Grishchenko v. Russia) от 8 июля 2004 г., жалоба N 75907/01).
37. Далее Европейский суд отметил, что в результате успешно завершившихся переговоров 15 февраля 2001 г. по делу заявителя было вынесено определение об изменении Судебного решения от 30 июля 1999 г. В нем был изменен способ выплаты и валюта, в которой должна быть выплачена сумма на основании Судебного решения от 30 июля 1999 г., сумма выплаты при этом осталась прежней. 1 марта 2001 г. определение суда вступило в силу и стало подлежать исполнению; было необходимо перевести присужденную сумму в долларах США на банковский счет заявителя в Израиле, указанный в Судебном решении. Заявителю был выдан исполнительный лист, который он предъявил вместе с другими необходимыми документами в службу судебных приставов г. Москвы.
38. Европейский суд отметил признание властями Российской Федерации того факта, что исполнительный лист был потерян в процессе пересылки из службы судебных приставов г. Москвы в г. Сочи. Однако сложности пересылки, с которыми сталкивается государство, не могут служить основанием для невыплаты денежной суммы, присужденной решением суда. Власти Российской Федерации не представили объяснений, почему жалобы заявителя на неисполнение Судебного решения не заставили соответствующие государственные органы выяснить причины неисполнения и обеспечить, чтобы исполнение Судебного решения было успешно завершено.
39. Не предпринимая в течение нескольких лет никаких мер по выполнению вступившего в законную силу Судебного решения по настоящему делу, власти Российской Федерации лишили положения пункта 1 статьи 6 Конвенции их всякого смысла.
40. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение статьи 1
Протокола N 1 к Конвенции
41. Заявитель жаловался на то, что невыплата денежной суммы, присужденной ему на основании Судебного решения, представляет собой вмешательство в его право собственности, гарантируемое статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции, которая гласит:
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных Законом и Общими принципами международного права.
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".
42. Европейский суд напомнил, что "требование" может пониматься как "собственность" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть юридически реализовано (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Бурдов против России", § 40, и Постановление Европейского суда по делу "Греческие нефтеперегонные заводы "Стран" и Стратис Андреадис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) от 9 декабря 1994 г., Series. A, N 301-B, p. 84, § 59).
43. Европейский суд напомнил, что относительно Судебного решения от 30 июля 1999 г. в его изначальной формулировке государство выполнило свои обязанности по исполнению этого Решения с достаточной быстротой и надлежащим образом (см. выше § 36).
Европейский суд установил, что Судебное решение от 15 февраля 2001 г. предоставляло заявителю другое реализуемое требование, а именно перевод денежной суммы в размере 1600 долларов США на его банковский счет в Израиле. Но заявитель не получил ее от государства, как только Судебное решение стало подлежать исполнению или в срок, предусмотренный национальным законодательством. Исполнительное производство было инициировано, но впоследствии приостановлено ввиду утраты исполнительного листа в аппарате службы судебных приставов. Европейский суд счел, что невозможность исполнения Судебного решения в пользу заявителя представляет собой вмешательство в его право на беспрепятственное пользование своим имуществом, как гласят положения первого предложения пункта 1 статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
44. Не исполнив Судебное решение от 15 февраля 2001 г., национальные власти воспрепятствовали заявителю получить компенсацию за незаконное изъятие денежной суммы в соответствии с методами и формой исполнения, предусмотренного этим Судебным решением. Власти Российской Федерации не привели никаких убедительных причин такого вмешательства, и Европейский суд счел, что недостаточность координации между двумя подразделениями службы судебных приставов не может служить оправданием такого бездействия.
45. Соответственно, имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
46. Статья 41 Конвенции гласит:
"Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Ущерб
47. Заявитель потребовал сумму в размере 2362,70 доллара США в качестве компенсации материального ущерба, из которой 1600 долларов США - это основная сумма, присужденная заявителю, а остальная часть представляет собой проценты, подлежащие выплате, исходя из процентной ставки 6 процентов, применимой в Израиле, за период с 7 января 1998 г. по 7 июля 2004 г. Заявитель потребовал 100000 долларов США в качестве компенсации морального вреда, который он испытал в результате неисполнения властями Судебного решения в его пользу.
48. Власти Российской Федерации сочли, что дополнительная сумма процентной ставки должна исчисляться с даты, когда Решение Хостинского районного суда Краснодарского края от 30 июля 1999 г. вступило в силу. Они указали, что заявитель не представил документы, которые бы подтверждали его утверждения о том, что процентная ставка в Израиле равна 6 процентам. Относительно морального вреда власти Российской Федерации утверждали, что факт установления нарушения сам по себе является справедливой компенсацией морального вреда, причиненного заявителю.
49. Европейский суд отклонил требование заявителя о компенсации материального ущерба в части, касающейся выплаты основной суммы, поскольку обязательство властей Российской Федерации исполнить указанное Судебное решение все еще не погашено, и заявитель сохраняет право получить эту сумму в ходе национального исполнительного производства. Принимая во внимание свои выводы, сделанные выше в пунктах 36 и 43, Европейский суд счел, что проценты должны начисляться со дня, когда Судебное решение от 15 февраля 2001 г., которым было изменено Судебное решение от 30 июля 1999 г., стало подлежать исполнению, то есть с 1 марта 2001 г. Поскольку власти Российской Федерации не предложили иной процентной ставки, при исчислении суммы процентов будет использована ставка, предложенная заявителем. Следовательно, сумма процентов за период с 1 марта 2001 г. по 7 июля 2004 г. равна 356,57 доллара США. Соответственно, Европейский суд присудил заявителю 300 евро в отношении материального ущерба плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на эту сумму.
50. Европейский суд также признал, что заявитель испытал душевные страдания по причине неисполнения властями Российской Федерации Судебного решения, вынесенного в его пользу. Однако сумма компенсации, требуемая заявителем, представляется чрезмерной. Европейский суд принял во внимание сумму, присужденную им по делу "Бурдов против России" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда, § 47), основание присуждения суммы, то есть возмещение незаконно изъятой денежной суммы, денежную сумму, полагающуюся заявителю по делу, период бездействия органов государственной власти и тот факт, что Судебное решение до сих пор не исполнено. Исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил заявителю сумму в размере 3600 евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на эту сумму.
B. Судебные расходы и издержки
51. Заявитель также потребовал 29807 долларов США в качестве компенсации судебных расходов и издержек. Они включают в себя 1142 доллара США за расходы, понесенные при поездках на судебные заседания в судах Российской Федерации, 465 долларов США за проживание в России на период судебных заседаний, 593 доллара США за телефонные разговоры в различные органы государственной власти Российской Федерации, 3000 долларов США в качестве гонораров, уплаченных юристу Дубинину за составление искового заявления и иных процессуальных документов, 1455 долларов США на покупку и обслуживание компьютера, принтера, факса и калькулятора, 585 долларов США за канцелярские товары, 17550 долларов США за помощь (правовую и иную), оказанную ему его женой, и за предполагаемую утрату заработка его жены за последние шесть лет, и, наконец, 29 долларов США за удостоверение доверенности, выданной заявителю на имя адвоката Жениной - его бывшего представителя в Европейском суде.
52. Власти Российской Федерации не согласились с требованиями заявителя относительно возмещения стоимости офисного оборудования и выплаты гонорара жене заявителя как не имеющей отношение к существу жалобы. Они отметили, что жена заявителя не являлась его представителем ни на стадии рассмотрения дела в национальных судах, ни в Страсбурге, равно как и расходы на ее обучение не должны быть возмещены. Однако они признали, что Европейский суд может учитывать сниженную стоимость офисного оборудования за то время, когда оно использовалось в период рассмотрения дела в национальных судах. Власти Российской Федерации указали, что многие документы в подтверждение требований заявителя были составлены на иврите, перевод которых ни на один из официальных языков Европейского суда предоставлен не был, и по этому "их нельзя принимать во внимание". Наконец, они утверждали, что требования заявителя о компенсации судебных расходов и издержек в любом случае являются явно необоснованными, чрезмерными и неразумными.
53. Согласно прецедентной практике Европейского суда заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек только в той мере, в какой будет доказано, что они действительно понесены, были необходимыми и разумными в объеме. Далее Европейский суд отметил, что он может принимать во внимание указанные выше требования только в той мере, в какой они относятся к попыткам заявителя обеспечить исполнение Судебного решения от 15 февраля 2001 г., являющееся основанием жалобы, поданной в Европейский суд. Европейский суд счел, что расходы по переезду и проживанию, равно как и гонорар, выплаченный Дубинину за оказанную юридическую помощь, были понесены в связи с национальным судебным разбирательством по вопросу возвращения незаконно изъятых денег, и заявитель вправе требовать их в ходе судебного разбирательства.
Европейский суд отклонил требования заявителя в той мере, в какой они касаются его жены, поскольку не было доказано, что заявитель сам действительно их понес, и в любом случае, как представляется, не имеется причинно-следственной связи между установленным нарушением и утратой заработка женой заявителя. Далее Европейский суд отклонил требования заявителя относительно адвоката Жениной, поскольку он добровольно отказался от ее услуг по представлению его интересов в Европейском суде.
Наконец, относительно остальных требований заявителя Европейский суд признал, что заявитель понес некоторые расходы в целях исполнения Судебного решения от 15 февраля 2001 г. как в национальных органах, так и на европейском уровне. Однако он посчитал, что требуемые заявителем суммы чрезмерными. В связи с этим Европейский суд счел, что на стадии приемлемости некоторые части жалобы заявителя были объявлены неприемлемыми. Таким образом, надлежит возместить судебные расходы и издержки, понесенные заявителем только в части, касающейся попыток обеспечить исполнение Судебного решения от 15 февраля 2001 г. Принимая во внимание находящиеся в его распоряжении материалы дела, Европейский суд присудил заявителю 300 евро в качестве компенсации расходов, понесенных при контактах заявителя с российскими органами власти, и 300 евро в качестве компенсации расходов, понесенных в европейских процедурах, и, таким образом, в целом 600 евро плюс сумму налогов, которые могут быть начислены на эту сумму.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
54. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:
1) постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
2) постановил, что имело место нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;
3) постановил:
a) что государство-ответчик обязано выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции:
i) 300 (триста) евро в качестве компенсации материального
ущерба;
ii) 3600 (три тысячи шестьсот) евро в качестве
компенсации морального вреда;
iii) 600 (шестьсот) евро в качестве компенсации
понесенных судебных расходов и издержек;
iv) сумму налогов, которые могут быть начислены на
указанные суммы;
b) что простые проценты по предельной годовой ставке по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
4) отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 18 ноября 2004 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Председатель Палаты
Христос РОЗАКИС
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН


EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
FIRST SECTION
CASE OF WASSERMAN v. RUSSIA
(Application No. 15021/02)
JUDGMENT <*>
(Strasbourg, 18.XI.2004)
--------------------------------
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Wasserman v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr C.L. Rozakis, President,
Mrs {N. Vajic} <*>,
Mrs S. Botoucharova,
Mr A. Kovler,
Mr V. Zagrebelsky,
Mrs E. Steiner,
Mr K. Hajiyev, judges,
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
--------------------------------
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
Having deliberated in private on 28 October 2004,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 15021/02) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Russian and Israeli national, Mr Kim Wasserman.
2. The Russian Government ("the Government") were represented by their Agent, Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. The applicant alleged a violation of Article 6 § 1 and Article 1 of Protocol No. 1 in that the respondent State failed to enforce a final judicial decision in his favour.
4. The application was allocated to the First Section of the Court (Rule 52 § 1 of the Rules of Court). Within that Section, the Chamber that would consider the case (Article 27 § 1 of the Convention) was constituted as provided in Rule 26 § 1.
5. By a decision of 25 March 2004 the Court declared the application partly admissible.
6. The applicant and the Government each filed observations on the merits (Rule 59 § 1).
THE FACTS
I. The circumstances of the case
7. The applicant was born in 1926 and lives in Ashdod, Israel.
8. On 9 January 1998 the applicant came to Russia to tend to a grave of his close relative. He had on him 1,600 US dollars which he omitted to note on his customs" declaration.
9. On the same day the Sochi Customs Office (Сочинская таможня) found the applicant guilty of smuggling foreign currency and imposed on him a fine of an amount equal to the amount smuggled. The money that the applicant had on him was forfeited as the fine. The applicant appealed to a higher customs office and also lodged a civil action with a court.
10. On 30 July 1999 the Khostinskiy District Court of Sochi gave its judgment. The court quashed the order of the customs office of 9 January 1998 and ordered the treasury of the Russian Federation to repay the applicant 1,600 US dollars "in the form of their equivalent in Russian roubles, i.e. RUR 38,752". The court dismissed the applicant"s claim for compensation for non-pecuniary damage as having no grounds in the domestic law.
11. On 9 September 1999 the Krasnodar Regional Court upheld, on the customs office"s appeal, the judgment of 30 July 1999.
12. On 29 December 1999 and 14 January 2000 the applicant wrote to the Prime Minister of the Russian Federation and the Minister of Foreign Affairs of the Russian Federation with a request to have the award in his favour enforced in US dollars and not in Russian roubles. He argued that he was an Israeli national and he could not receive any Russian roubles on his bank account in Israel.
13. On 13 March 2000 the Sochi Town Branch of the Federal Treasury (Отделение федерального казначейства по г. Сочи) advised the applicant that it had received the full amount of the award, but, having been unable to transfer it to the applicant"s bank in Israel, it deposited it in the applicant"s name with the Central office of the Savings Bank of the Russian Federation in Sochi.
14. In response to the applicant"s letter addressed to President Putin, on 26 April 2000 the Ministry of Finance of the Russian Federation informed the applicant that on 31 March 2000 it had granted permission to the Sochi Branch of the Federal Treasury to convert the amount of the award into US dollars.
15. On an unspecified date the applicant asked the court to clarify the operative part of the judgment of 30 July 1999 and amend the method and form of enforcement. He requested the court to order the Federal Treasury to wire 1,600 US dollars to his account in Israel.
16. On 23 November 2000 the Khostinskiy District Court of Sochi refused the applicant"s request because the Russian rouble was the only legal tender in the Russian Federation. This decision was quashed on the applicant"s appeal by the Krasnodar Regional Court.
17. On 15 February 2001 the Khostinskiy District Court of Sochi granted the applicant"s request. The court amended the operative part of the judgment of 30 July 1999 and ordered the Federal Treasury of the Russian Federation to transfer 1,600 US dollars to the applicant"s bank account in Israel.
18. The decision of 15 February 2001 was not appealed against and became final on 1 March 2001.
19. On 10 April 2001 the Khostinskiy District Court of Sochi issued a writ of execution and sent it to the bailiffs" service in Moscow.
20. On 19 June 2001 the writ of execution was received by the 2nd Interdistrict office of court bailiffs of the Central Administrative District of Moscow (2-й межрайонный отдел службы судебных приставов по ЦАО г. Москвы), having territorial jurisdiction over the seat of the federal treasury. The applicant was advised of the receipt by phone.
21. On 14 and 20 January and 20 February 2002 the applicant complained to the Chief Court Bailiff of the Russian Federation (Главный судебный пристав РФ) about non-enforcement of the judgment.
22. On 28 February 2002 one of the applicant"s complaints was forwarded to the Main Directorate of the Ministry of Justice of the Russian Federation for "taking measures to enforce the court judgment".
23. On 7 February 2003 the applicant complained to the president of the Zamoskvoretskiy District Court of Moscow about non-enforcement of the judgment of 30 July 1999.
24. On 12 May 2003 the applicant lodged a civil action against the 2nd Interdistrict office of court bailiffs of Moscow, seeking enforcement of the judgment, interest and damages.
25. On 31 July 2003 a deputy head of the 2nd Interdistrict office of court bailiffs of Moscow submitted his observations on the applicant"s complaint. He denied that his service had received any documents from the applicant between 2000 and 2003.
26. By a letter of 6 January 2004, a deputy Chief Court Bailiff of Moscow informed the court that the Moscow bailiffs had received the writ of execution on 19 June 2001 and immediately forwarded it to the 2nd interdistrict office. On 30 October 2001 the 2nd interdistrict office had sent it to the court bailiffs of Sochi and since that time the Moscow bailiffs had no information about the whereabouts of the document.
27. On 26 April 2004 the hearing was adjourned until 31 May 2004 because the applicant"s lawyer failed to appear.
28. On 1 June 2004 the court granted the applicant"s request to join the Ministry of Finance as a co-defendant and adjourned the hearing until 10 June 2004.
29. On 10 June 2004 the court received a letter from Ms Zhenina, the applicant"s lawyer, informing it that the applicant had revoked her power of attorney. The court adjourned the hearing until 12 July 2004 and requested the applicant to confirm the revocation.
30. On 12 July 2004 the proceedings were adjourned until 25 August 2004 because the parties did not appear.
31. It appears that the proceedings are now pending and the judgment of 30 July 1999, as amended on 15 February 2001, is not yet enforced.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
32. The applicant complained that the continuing non-enforcement of the judgment of 30 July 1999 violated his "right to a court" enshrined in Article 6 of the Convention which provides as follows:
"In the determination of his civil rights and obligations ..., everyone is entitled to a fair ... hearing ... by [a] ... tribunal..."
33. The Government submit that the writ of execution issued on the basis of the decision of 15 February 2001 was lost while being transmitted from one court bailiffs" office to another. At present those responsible for its disappearance are "no longer in the civil service". On 17 February 2004 the court bailiffs" office of the Krasnodar region obtained a duplicate of the writ of execution and forwarded it to the Ministry of Finance in Moscow. On 21 June 2004 the legal department of the Ministry of Finance approved a transfer of 1,600 US dollars to the applicant"s account specified in the decision of 15 February 2001. The Government claim that the judgment will be enforced "in the nearest future". They also note that the proceedings concerning interest and costs and expenses are now pending before the Zamoskvoretskiy District Court of Moscow and the applicant may still obtain satisfaction at the domestic level.
34. The applicant takes note of the Government"s admissions as regards the loss of the writ of execution through a fault of Russian civil servants. He submits that he has little hope in the success of the proceedings before the domestic courts because the judge had only fixed the first hearing after he had apprised her of the admissibility decision by this Court. Furthermore, despite the Government"s claim of forthcoming transfer of money, the judgment is still not enforced.
35. The Court reiterates that Article 6 § 1 secures to everyone the right to have any claim relating to his civil rights and obligations brought before a court or tribunal; in this way it embodies the "right to a court", of which the right of access, that is the right to institute proceedings before courts in civil matters, constitutes one aspect. However, that right would be illusory if a Contracting State"s domestic legal system allowed a final, binding judicial decision to remain inoperative to the detriment of one party. It would be inconceivable that Article 6 § 1 should describe in detail the procedural guarantees afforded to litigants - proceedings that are fair, public and expeditious - without protecting the implementation of judicial decisions; to construe Article 6 as being concerned exclusively with access to a court and the conduct of proceedings would be likely to lead to situations incompatible with the principle of the rule of law which the Contracting States undertook to respect when they ratified the Convention. Execution of a judgment given by any court must therefore be regarded as an integral part of the "trial" for the purposes of Article 6 (see Burdov v. Russia, No. 59498/00, § 34, ECHR 2002-III; Hornsby v. Greece, judgment of 19 March 1997, Reports of Judgments and Decisions 1997-II, p. 510, § 40).
36. Turning to the instant case, the Court notes that the judgment of 30 July 1999, by which the applicant was to be reimbursed in Russian roubles for unlawfully seized US dollars, became final and enforceable on 9 September 1999. On 13 March 2000 the amount awarded in Russian roubles was transferred in its entirety to a deposit account in Sochi. The Court finds that the deposit can be considered as the appropriate enforcement of the judgment of 30 July 1999 inasmuch as it had only required a payment in roubles and it had not specified that the applicant was to receive it in Israel and not in Russia. Furthermore, the delay of six months and four days was not such as to impair the essence of the right protected under Article 6 § 1 (see Burdov v. Russia, cited above, § 35; Grishchenko v. Russia (dec.), No. 75907/01, 8 July 2004).
37. The Court further notes that, as a result of successful litigation, on 15 February 2001 the applicant obtained a decision amending the judgment of 30 July 1999. It had the effect of changing the method and currency of enforcement of the judgment of 30 July 1999, without affecting, however, the amount of the award. On 1 March 2001 the decision became final and binding; it required that the award should be transferred in US dollars to the applicant"s bank account in Israel specified in the text of the decision. The applicant was issued with a writ of execution which he submitted, along with other required documents, to a court bailiffs office in Moscow.
38. The Court notes the Government"s admission that the writ of execution was lost in the process of its transfer from the Moscow bailiffs to the Sochi office. However, the logistical difficulties experienced by the State enforcement services cannot serve as an excuse for not honouring a judgment debt. The respondent Government did not provide any explanation as to why the applicant"s complaints about non-enforcement of the judgment had not prompted the competent authorities to investigate the matter and to ensure that the enforcement proceedings were brought to successful completion.
39. By failing for years to take the necessary measures to comply with the final judicial decision in the present case, the Russian authorities deprived the provisions of Article 6 § 1 of all useful effect.
40. There has accordingly been a violation of Article 6 § 1 of the Convention.
II. Alleged violation of Article 1 of Protocol No. 1
41. The applicant complained that the failure to honour a judgment debt interfered with his property rights under Article 1 of Protocol No. 1 which reads as follows:
"Every natural or legal person is entitled to the peaceful enjoyment of his possessions. No one shall be deprived of his possessions except in the public interest and subject to the conditions provided for by law and by the general principles of international law.
The preceding provisions shall not, however, in any way impair the right of a State to enforce such laws as it deems necessary to control the use of property in accordance with the general interest or to secure the payment of taxes or other contributions or penalties."
42. The Court reiterates that a "claim" can constitute a "possession" within the meaning of Article 1 of Protocol No. 1 if it is sufficiently established to be enforceable (see Burdov v. Russia, cited above, § 40; Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece, judgment of 9 December 1994, Series A No. 301-B, p. 84, § 59).
43. The Court reiterates that, in so far as the judgment of 30 July 1999 in its original wording is concerned, the State did discharge its duty to enforce it in a sufficiently prompt and adequate manner (see § 36 above).
The Court finds that the decision of 15 February 2001 provided the applicant with a different enforceable claim, and notably that to have the amount of 1,600 US dollars credited to his bank account in Israel. But the applicant did not receive from the State the judgment debt as soon as it became enforceable or even within the time-limit set in the domestic law. Enforcement proceedings had been instituted and subsequently abandoned due to the loss of the writ of execution within the machinery of the court bailiffs" service. The Court considers that the impossibility for the applicant to have this judgment enforced, constituted an interference with his right to peaceful enjoyment of his possessions, as set out in the first sentence of the first paragraph of Article 1 of Protocol No. 1.
44. By failing to comply with the decision of 15 February 2001, the national authorities prevented the applicant from receiving the reimbursement of the unlawfully seized amount in accordance with the method and form of enforcement mandated by that decision. The Government have not advanced any plausible justification for this interference and the Court considers that the lack of co-ordination between two offices of court bailiffs cannot justify such an omission.
45. It follows that there has also been a violation of Article 1 of Protocol No. 1.
III. Application of Article 41 of the Convention
46. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
A. Damage
47. The applicant claimed 2,362.70 US dollars ("USD") in respect of pecuniary damage, of which USD 1,600 represented the principal amount awarded and unpaid to the applicant and the remainder represented the compound interest payable at the default Israeli interest rate of 6% for the period between 7 January 1998 and 7 July 2004. The applicant claimed USD 100,000 in respect of non-pecuniary damage which he had sustained as a result of the authorities" failure to enforce the judgment.
48. The Government consider that the interest accrued has to be calculated from the date when the judgment of the Khostinskiy District Court of Sochi of 30 July 1999 entered into force. They indicate that the applicant did not provide any documents in support of his statement that the default Israeli interest rate was equal to 6%. As regards non-pecuniary damage, they submit that the finding of a violation constitutes in itself sufficient just satisfaction for the non-pecuniary damage sustained by the applicant.
49. The Court rejects the claim for pecuniary damage in so far as it relates to the principal amount because the Government"s obligation to enforce the judgment at issue has not been yet extinguished and the applicant is still entitled to recover this amount in the domestic enforcement proceedings. Having regard to its conclusions in paras. 36 and 43 above, the Court considers that the interest is payable from the day the decision of 15 February 2001 amending the judgment of 30 July 1999 became enforceable, i.e. from 1 March 2001. As the Government did not suggest a different interest rate, the rate indicated by the applicant will be used for calculations. It follows that the compound interest for the period between 1 March 2001 and 7 July 2004 equals USD 356.57. Accordingly, the Court awards the applicant EUR 300 in respect of pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable.
50. The Court also accepts that the applicant has suffered distress because of the State authorities" failure to enforce a judgment in his favour. However, the amount claimed in respect of non-pecuniary damage appears excessive. The Court takes into account the award made in the Burdov v. Russia case (cited above, § 47), the nature of the award, i.e. reimbursement of the unlawfully seized money, the amount due in the present case, the period of the authorities" inactivity and the fact that the judgment has not yet been enforced. Making its assessment on an equitable basis, it awards the applicant EUR 3,600 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable.
B. Costs and expenses
51. The applicant also claimed USD 29,807 for costs and expenses. Those include USD 1,142 for travel expenses incurred in connection with the proceedings before the domestic courts, USD 465 for accommodation in Russia during the court proceedings, USD 593 for telephone calls to various law enforcement authorities, USD 3,000 in respect of the legal fees paid to Mr Dubinin for the drafting of statements of claim and other legal documents, USD 1,455 for the purchase and maintenance of a computer, printer, fax and calculator, USD 585 for office supplies, USD 440 for postal expenses, USD 4,588 for legal training and computer classes, USD 17,550 for the his wife"s assistance (legal and otherwise) and her presumed loss of income in the past six years, and, finally, USD 29 for the certification of a power of attorney for Ms Zhenina, his former representative before the Court.
52. The Government contest the applicant"s claims concerning reimbursement of the value of office equipment and payment for the assistance provided by the applicant"s wife as unrelated to the substance of the application. They note that the applicant"s wife was not his representative either before the domestic courts or in Strasbourg and the cost of her training is not to be reimbursed. They concede, however, that the Court may take into account the depreciation cost of the office equipment for the period while the domestic and Strasbourg proceedings were pending. The Government indicate that many documents in support of the applicant"s claim are submitted in Hebrew, without translation into either official language of the Court, and therefore they "cannot be taken into consideration". They finally submit that the applicant"s claims for costs and expenses are, in any event, manifestly ill-founded, excessive and unreasonable.
53. According to the Court"s case-law, an applicant is entitled to reimbursement of the costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. The Court further notes that it can only take into account the above claims in so far as they relate to the applicant"s attempts to secure the enforcement of the decision of 15 February 2001 which was the subject-matter of his application to the Court. It observes that the claimed travel and accommodation expenses, as well as the fees paid to Mr Dubinin for legal advice, were incurred in connection with the domestic proceedings for the return of unlawfully seized money and it was open to the applicant to raise the claims in question in those proceedings.
The Court rejects the applicant"s claims insofar as they relate to his wife because it has not been shown that he had actually incurred these expenses himself and, in any event, there appears to be no causal link between the violation found and the applicant"s wife"s loss of earnings. It further rejects his claim related to Ms Zhenina because he had voluntarily refused her services for his representation before this Court.
Finally, as regards the remainder of the applicant"s claims, the Court accepts that the applicant incurred some expenses in order to obtain enforcement of the decision of 15 February 2001 both in the domestic legal order and at the European level. It however considers the amounts claimed to be excessive. In this respect, the Court observes that at the admissibility stage some of the applicant"s complaints were declared inadmissible. It is therefore appropriate to reimburse the costs and expenses alleged by the applicant only in the part related to his attempts to secure the enforcement of the judgment after 15 February 2001. Having regard to the elements at its disposal, the Court awards the applicant 300 EUR for the costs incurred before the Russian authorities and 300 EUR for the costs related to the European proceedings, and therefore the global sum of 600 EUR, plus any tax that may be chargeable.
C. Default interest
54. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
2. Holds that there has been a violation of Article 1 of Protocol No. 1;
3. Holds
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts:
(i) EUR 300 (three hundred euros) in respect of pecuniary
damage;
(ii) EUR 3,600 (three thousand six hundred euros) in
respect of non-pecuniary damage;
(iii) EUR 600 (six hundred euros) in respect of costs and
expenses;
(iv) any tax that may be chargeable on the above amounts;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant"s claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 18 November 2004, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Christos ROZAKIS
President
{Soren} NIELSEN
Registrar

"КОНВЕНЦИЯ О ЗАПРЕЩЕНИИ РАЗРАБОТКИ, ПРОИЗВОДСТВА, НАКОПЛЕНИЯ И ПРИМЕНЕНИЯ ХИМИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ И О ЕГО УНИЧТОЖЕНИИ" [рус., англ.](Вместе с "ПРИЛОЖЕНИЕМ ПО ХИМИКАТАМ", "ПРИЛОЖЕНИЕМ ПО ОСУЩЕСТВЛЕНИЮ И ПРОВЕРКЕ", "ПРИЛОЖЕНИЕМ ПО ЗАЩИТЕ КОНФИДЕНЦИАЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ")(Заключена в г. Париже 13.01.1993)  »
Международное законодательство »
Читайте также