Нам запретили защищаться

На прошлой неделе российский суд вынес приговор, который еще аукнется миллионам законопослушных россиян. Нет, речь не идет о набившем оскомину «деле Ходорковского» — проблемы олигархов это всего лишь проблемы олигархов, сколько бы нас ни убеждали в обратном. Речь идет о деле «маленького человека», которое может стать прецедентным и поставит крест на праве граждан России на самооборону от любых преступных посягательств.

Напомним фабулу: Александра Иванникова, молодая москвичка, однажды ночью подвергшаяся нападению насильника, защищаясь, убила его ударом ножа в бедро. За это Люблинский суд Москвы приговорил девушку к наказанию в виде двух лет лишения свободы условно и выплате материального и морального ущерба в 206 тысяч рублей семье насильника.

Как это было

В распоряжение нашей редакции попали материалы судебных прений по уголовному делу Иванниковой, которые позволяют с максимальной достоверностью восстановить события ночи 8 декабря 2003 года.

Из этих материалов следует, что молодая москвичка Александра Иванникова ночью остановила машину ВАЗ-21010 и договорилась с водителем Сергеем Багдасаряном о том, что тот за 100 рублей довезет ее до дома. Перед этим Александра поссорилась с мужем и пошла в Кузьминский лесопарк Москвы, чтобы посидеть под «деревом примирения», под которым они с мужем обычно улаживали семейные конфликты.

Успокоившись, девушка засобиралась домой и решила остановить случайную машину. Однако, как только Александра села на сиденье, водитель заблокировал двери и поехал в другом, не указанном Иванниковой направлении. Далее Багдасарян припарковал машину в темном переулке и потребовал от женщины орального секса. При этом он заявил, что в случае отказа отвезет ее к своим друзьям и «там ее пустят по кругу». Затем спустил брюки и трусы и, схватив Александру за голову, попытался принудить ее к оральному сексу. 28-летняя Александра сопротивлялась здоровому мужику до тех пор, пока не обессилела. Потом она нащупала в своей сумочке нож, с которым не расставалась после нападения на нее в 16-летнем возрасте, и наугад ударила насильника ножом, попав в бедро. После этого девушка разблокировала дверь со своей стороны и, выбежав из машины, бросилась искать милицию, а Багдасарян умер от потери крови, поскольку тот единственный удар ножом повредил бедренную артерию насильника.

Показания Александры Иванниковой полностью подтверждены материалами дела, и нет ни одного факта, который бы опровергал ее версию случившегося. Свидетели, милиционеры и работники скорой помощи — все как один показали, что, приехав на место происшествия по вызову Иванниковой, зафиксировали три важнейших обстоятельства:

а) у машины работал двигатель,

б) со стороны водителя дверь была заблокирована,

в) водитель находился в сидячем положении со спущенными штанами и трусами.

В деле также имеется протокол осмотра вещдоков — штанов и трусов. На них отсутствуют следы пореза, то есть удар ножом достоверно был нанесен после того, как водитель спустил брюки и трусы.

В ходе дальнейшего разбирательства также выяснилось, что погибший ранее привлекался к административной ответственности за хулиганство. Кроме того, в его крови было обнаружено 1,36 промилле алкоголя.

Суд велел россиянам расслабиться

Уголовное расследование по факту убийства Сергея Багдасаряна длилось более полутора лет, что само по себе является поразительным фактом — ведь Александра Иванникова не скрывалась, сама вызвала милицию и врачей на место происшествия и передала им оружие убийства. Таким образом, у столичных следователей оставалась одна забота — опросить свидетелей и провести стандартные экспертизы. Но дело «расследовали» 18 месяцев вместо стандартных двух, и только в марте 2004 года передали в Люблинский суд столицы.

И вот началось самое интересное — представитель обвинения, прокурор Галина Кобзева, потребовала от суда трехлетнего срока лишения свободы для Александры Иванниковой, квалифицировав ее действия как умышленное причинение тяжкого вреда, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (статья 111 УК РФ). Позже прокуратура переквалифицировала действия обвиняемой на статью 107 УК РФ — «убийство, совершенное в состоянии аффекта».

«Откуда у нее в сумочке появился кухонный нож? Она гуляла с оружием по городу, и ее место — в тюрьме!» — заявила на втором заседании суда прокурор, соверши по меньшей мере две очевидные юридические ошибки.

Во-первых, кухонный нож не является холодным оружием, и тот нож тоже не был признан оружием экспертами, и любая домохозяйка имеет право носить такие ножи хоть десятками. А во-вторых, статья 107 УК РФ подразумевает систематические противоправные действия потерпевшего, в ответ на которые виновная сторона умышленно его и убивает, чтобы эти действия прекратить. То есть квалификация дела Иванниковой по 107-й УК РФ была юридически несостоятельна — сам факт единственного удара ножом в ногу, а не в сердце или шею, доказывает отсутствие умысла на убийство.

Зато конфликт между Иванниковой и Багдасаряном полностью укладывается в положения статьи 37 УК РФ, которая гласит, что: «Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия».

Тем не менее 2 июня 2005 года Люблинский суд принял сторону обвинения, назвав Иванникову виновной в умышленном убийстве, и судья Татьяна Калинина приговорила подсудимую не только к двум годам лишения свободы условно, но и к оплате ущерба семье насильника. Сумма ущерба не была снижена судом ни на копейку от заявленной и составила 156 тысяч рублей компенсации расходов на похороны насильника и 50 тысяч рублей некоего «морального ущерба», который понесла семья Багдасарян в результате действий Иванниковой.

Честь или жизнь?

Фантастический приговор Люблинского суда означает, что россиянам отныне следует немедленно и безоговорочно уступать насильникам в любой ситуации и всюду, где обычно нападают на своих жертв насильники, — в ночных парках, электричках, лифтах и т. п. А уж наше государство в лице милиции и прокуратуры позаботится, чтобы насильники были как следует удовлетворены, в том числе и орально. В противном случае россиян ждет приговор и даже выплата денежного штрафа в пользу «потерпевших».

Впрочем, большинство из тысяч граждан страны, кто обсуждал дело Иванниковой на сетевых форумах Интернета, сделали другой вывод: ни при каких обстоятельствах не вызывать милицию после удачной самообороны. Российская Федерация, несмотря на декларируемые бумажные права, на практике запрещает своим гражданам обороняться от насилия и даже наказывает за самооборону — но только в том случае, если обвиняемых не надо далеко искать. Ну, так зачем подставляться, граждане?

Самым поразительным для меня стал комментарий этой истории одной из питерских судей, которая, увы, обязала меня не называть своего имени в газете. Она сказала буквально следующее: «Исходя из материалов дела, Александра Иванникова защищала свою честь и достоинство, но не жизнь. Честь и жизнь, к сожалению, очень разные ценности с точки зрения УК РФ. Точнее говоря, честь и достоинство жертвы против жизни насильника в России неравнозначны, и Иванникову осудили именно за эту неравнозначность. Вот если бы негодяй сначала ударил жертву ножом, тогда, конечно, она могла бы ему адекватно ответить из чего угодно, хоть из гранатомета. Но ведь мы знаем, исходя из судебной практики, что в таком случае жертву насилия потом находят и обесчещенной, и мертвой. С точки зрения УК РФ в запертой машине у Иванниковой было только две законные возможности разрешить конфликт: либо уступить насильнику, а потом собрать его сперму и привлечь его к ответственности за изнасилование, либо дождаться реального физического воздействия, побоев, а потом уже заколоть преступника. Но в таком положении трудно адекватно оценивать ситуацию, и она сделала то, что сделала. Я бы обратила внимание журналистов на другое обстоятельство: сейчас очень важно не сделать из Иванниковой национального героя. Потому что в противном случае мы получим в России всплеск неоднозначных конфликтов с печальными финалами. Я уж не говорю про этнический аспект этой истории».

Кстати, об «этническом аспекте» — в армянском парламенте уже опровергли информацию о том, что убитый в Москве 8 января 2003 года Сергей Багдасарян являлся родственником председателя Национального собрания Армении Артура Багдасаряна. То есть приговор Люблинского суда не был написан под нажимом армянских политиков, как утверждали некоторые наши коллеги из СМИ. Кстати, по моей информации, москвичи Багдасарян Сергей Андреевич 1979 г. р. и его отец Багдасарян Андрей Вагаршакович 1953 г. р. являются уроженцами Азербайджанской ССР, а не Армении. Впрочем, национальность насильника имеет значение только для представителей националистических движений, которые пикетировали Люблинский суд в последние два дня его заседаний.

Но поддержать Иванникову пришли далеко не одни националисты — люди разных, зачастую противоположных политических убеждений задавались одним очевидным вопросом: как две законопослушные женщины, судья и прокурор, могли наказать третью законопослушную женщину за сопротивление насильнику?

О коррупции в российских судах публично говорит лишь председатель Конституционного суда Валерий Зорькин. Российские обыватели об этом говорить не имеют права — на этот счет в УК РФ тоже статья имеется, и моральный ущерб там прописан не меньше, чем насчитали ущерба в Люблинском суде семье сексуального насильника.

В общем, мы пока тоже помолчим, до кассации. А вот вы, уважаемые читатели, не молчите — нам важно знать ваше мнение. Пишите нам: 191040, Невский, 81, редакция еженедельника «Петербургский Час пик» или john@chaspik.spb.ru. Наиболее интересные письма мы обязательно опубликуем.

Комментарии

Мы попытались получить комментарии от всех участников процесса, однако сторона обвинения оказалась для комментариев недоступной. Ни прокурор Галина Кобзева, ни судья Татьяна Калинина, ни Андрей Багдасарян, отец убитого, ни даже адвокат Багдасаряна Николай Рылатко — никто из этих лиц не захотел комментировать ситуацию либо оказался перманентно недоступен по рабочим и домашним телефонам. Поэтому, увы, мы вынуждены приводить мнения только одной стороны конфликта.

Александра Иванникова, обвиняемая, мать четырехмесячного ребенка, домохозяйка:

— После вынесения приговора я нахожусь в некоторой растерянности — с одной стороны, меня не лишили свободы, хотя прокурор требовала для меня три года «зоны», но, с другой стороны, я стала судимой по тяжкой статье, за убийство. Кроме того, с меня еще требуют огромных для нашей семьи денег в качестве компенсации семье напавшего на меня человека. Я не согласна с таким приговором. Я буду его обжаловать. Да и нет у меня таких денег — у нас совсем небогатая, обычная российская семья.

— А вы не боитесь проиграть в кассации еще более существенно — при обжаловании вам могут назначить реальный срок и увеличить сумму штрафа?

— После этого приговора я ничему не удивлюсь, но все-таки я еще верю в справедливость. Я невиновна, я защищалась от насильника, и если меня накажут в моей, достаточно ясной ситуации, значит, в более неоднозначных ситуациях российским женщинам—жертвам насильников вообще «ничего не светит».

— На последние заседания суда вас поддерживали в том числе и националисты. Как вы к этому отнеслись?

— Целый год, пока длился суд, меня вообще никто не поддерживал, все правозащитники очень заняты другими делами. Знаете, как было морально тяжело одной приходить на заседания суда и видеть огромное количество родственников Багдасаряна, настроенных, как вы понимаете, соответствующим образом. Поэтому, когда вдруг появились пикеты, я обрадовалась. Но, конечно, лично я не вижу в этом деле никакого расового подтекста — на месте Багдасаряна мог быть и русский, и китаец, и еврей. Какая вообще разница женщине, кто над ней издевается?

— После обвинительного приговора многие женщины будут бояться защищаться от насилия. Теперь вам угрожают государство и, наверное, родственники погибшего?

— Я уже была жертвой насилия, в юности, но тогда не смогла защитить себя, хотя и пыталась. Но бояться защищаться не надо, и я этого не боюсь. Родственники Багдасаряна мне не угрожали, я вообще с ними не общалась и общаться не желаю. Теперь, когда мое дело получило огласку в СМИ, я чувствую себя намного увереннее и хочу поблагодарить всех, кто приходил поддержать меня в суде.

Алексей Паршин, адвокат Иванниковой:

— Согласно приговору, Александра была признана виновной в убийстве, совершенном в состоянии аффекта, и приговорена к 2 годам условно, а также к выплате материального и морального вреда на общую сумму 206 тысяч рублей. Я считаю приговор незаконным, необоснованным, и он будет обжалован. Александра готова идти дальше. Замечу, что приговор весьма любопытен по своему содержанию, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, доказательствам и внутренне противоречивы. Доводы защиты не опровергнуты, они просто проигнорированы. Основной упор суд делает на состояние аффекта, подгоняя под него все доказательства, при этом умысел на убийство не доказывается ничем (что вполне естественно, так как его нет). Я уже не говорю про гражданский иск. Роскошные похороны несостоявшегося насильника на 156 тысяч рублей и моральный ущерб в 50 тысяч суд, не дрогнув, удовлетворяет за счет моей клиентки. При этом вопрос, кто кому должен выплатить ущерб, даже не обсуждался.

Илья Дашевский, один из руководителей общественной организации «Гражданская безопасность» , выступающей за легализацию в России короткоствольного огнестрельного оружия:

— Я присутствовал на судебных слушаниях по этому делу, и суд произвел на меня тяжелое впечатление. Можно ли надеяться убить человека, нанося удар ножом в ногу? Ответ очевиден. Одно это обстоятельство ставит под сомнение законность и справедливость приговора. И место, куда был нанесен удар, и сила удара — все говорит о том, что это была попытка освободиться от захвата. По словам Александры, Багдасарян держал ее за волосы, наклонив ее голову к своему паху. У меня сложилось впечатление, что суд вообще не принял во внимание действия погибшего, хотя признал их «аморальными». Не упоминалось ни алкогольное опьянение погибшего, ни то, что он ранее привлекался к административной ответственности за хулиганство. Зато Иванникова предстает в приговоре социально опасной личностью, которая ни за что ни про что убивает студента—отличника, прекрасного и общительного человека, каким в соответствии с данной ему характеристикой являлся Багдасарян. Я считаю вынесенный приговор верхом цинизма — в его тексте говорится, что Александра «могла разрешить конфликт другим, мирным путем». Этот приговор говорит нам о том, что насильник дороже и ближе нашей судебной власти, чем честные и порядочные граждане.

Евгений Зубарев

Четыре года за "подзатыльник"...  »
Юридические статьи »
Читайте также