Борьба нанайских мальчиков

Борьба за удвоение ВВП отошла для государства на второй план, приоритетом стала борьба с инфляцией. И слава богу. Ведь в планах по удвоению ВВП даже для приличия не было записано пункта об удвоении или хотя бы «уполторении» заработных плат и пенсий, рост производства объявлялся самоцелью.

То есть вы, ребята, работайте, а удвоенные доходы мы поделим без вас. Государство положит свои доходы в кубышку, поскольку не знает, что делать с деньгами (посмотрите на распухающий Стабилизационный фонд). Частный бизнес, по своему обыкновению, или вывезет деньги за границу (в первом полугодии туда уже отправлено, по данным ЦБ, 5,7 млрд долларов), или же в очередной раз обновит и расширит свой автопарк и жилой фонд...

Впрочем, вряд ли государство, тихо задвигая в угол задачу удвоения, руководствовалось гуманными соображениями. Скорее всего, эту борьбу просто посчитали проигранной. А поскольку без борьбы нам жизнь не в радость, бороться решили с инфляцией. Благо она, т. е. инфляция, не испытывает ни малейшего уважения к вертикали власти. Планировали, что рост цен за год не превысит 8,5 процента, а он уже в первом полугодии составил 8. Сейчас официальный прогноз на год — 10 процентов (министры почему-то не боятся показаться смешными, раз за разом обещая невыполнимое), а эксперты говорят об 11 — 14 процентах.

С позиций экономической науки, удвоить ВВП, сколь бы тяжкой эта задача ни казалась, все же проще, чем справиться с инфляцией. Реальный сектор, где этот ВВП создается, — нечто внешнее по отношению к государству. Поэтому на него можно давить, можно его стимулировать: льготные кредиты давать, экономические зоны разрешить открыть или, если не поможет, половину чиновников уволить — тогда уже точно экономическое чудо будет обеспечено. А вот борьба с инфляцией — это борьба нанайских мальчиков, борьба государства с собой. Потому как кто, если не оно, толкает цены вверх?

В расходах любой семьи самая тяжелая статья — обязательные платежи, те, от которых не отвертишься. Экономить можно на питании — перейти, в конце концов, на перловку с хлебом, на одежде — научившись ее шить, на мебели. Но обязательные платежи, установленные государством или от него зависящие, не уменьшить ни на рубль.

Возьмем, к примеру, бюджет средней семьи: муж, жена, двое детей, поэтому жена не работает. Муж получает неплохо — тысяч десять. Но из них полторы тысячи в месяц сразу уходят на квартплату и коммуналку. Рублей двести — на телефон. За старшего ребенка нужно платить школе 200 — 300 рублей в месяц — на охрану школы, за детсад младшего — 500 рублей. Мужчина ездит на работу и при нынешних, установленных государством, ценах на транспорт меньше чем в 500 рублей в месяц он не уложится. Жена и дети даже при режиме жесткой экономии на это потратят не меньше 200 рублей. Итого больше трех тысяч в месяц из бюджета вынуто.

Но это еще не все. К сожалению, у семьи есть машина — купили в лучшие времена. И оставшаяся от родителей дача-кормилица. На машину нужно сейчас покупать полис ОСАГО — примерно 3,8 тысячи. Транспортный налог — еще тысяча двести. Техосмотр — мелочь, но тоже деньги. Дачу нужно страховать — а цены у всех компаний одинаковые, благо конкуренции на рынке давно нет — 1 процент от оценочной стоимости, еще две тысячи долой. Итого еще семь тысяч в год, или же 580 рублей в месяц. Сложить эти расходы с коммуналкой и прочей «обязаловкой» — выйдет уже около четырех тысяч.

Бензин в нашей самой крупной нефтяной державе благодаря налоговой политике государства, привязавшей ставки акцизов к мировым ценам, дороже, чем в США, которые практически всю нефть покупают за границей, — больше полудоллара за литр. Одна поездка на дачу обходится в 300 рублей. Можно, конечно, ездить и на электричке, но при государственной цене 7 рублей за одну зону и семейном выезде это будет еще дороже. В месяц на бензин уходит 1200 рублей.

В итоге больше половины зарплаты, причем достаточно высокой, у семьи уходит на обязательные платежи и оплату услуг по ценам, продиктованным государством. На питание, одежду и лечение, давно уже не бесплатное, остается меньшая часть.

Но и от нее государство откусывает свою часть. К примеру, все развитые страны, Россия в том числе, поддерживают свое сельское хозяйство. Но другие его поддерживают, давая субсидии своим фермерам, а наше правительство — ограничивая импорт. Такая поддержка не только не стоит бюджету ни копейки, но даже прибыль приносит. Квоты на поставку импортного мяса продаются на аукционах. Чем больше ужимают эти квоты — тем выше цена на них. В итоге на рынках мясо дорожает на 50 процентов в год. За квоты на вылов рыбы тоже государству платят. И поэтому какой-то там хек, который раньше кошкам покупали, сейчас больше ста рублей стоит. В общем, инфляция процентов на 70 зависит от правительства, которое или напрямую устанавливает цены и тарифы (на электроэнергию, газ, воду, на жилищное обслуживание, страховки), или опосредованно — через квоты на мясо, акцизы на нефтепродукты и т. д. Остальные 30 процентов инфляции обеспечивают сырьевики, которые стараются сравнять цены на внутреннем и внешнем рынках. Чтобы им не везти сталь и никель в Америку, а за те же деньги продавать их здесь.

Правда, в этом году с 1 августа пенсии будут увеличены на величину инфляции первого полугодия, т. е. примерно на 8 процентов. Но дело-то в том, что и для той самой средней семьи, бюджет которой мы рассматривали, и уж тем более для пенсионеров реальная инфляция намного больше статистических 8 процентов! Чем ниже у человека доходы, тем выше его персональная инфляция, обусловленная ростом обязательных или неизбежных платежей. И компенсация пенсионерам 8 процентов не перекроет даже повышения с 1 июля для жителей города квартплаты.

Борьба нанайских мальчиков, т. е. государства с собой, уже началась. Министры Г. Греф и А. Кудрин обвинили в ненормативном росте инфляции в первом полугодии министра В. Яковлева, курирующего жилищно-коммунальный комплекс. Но бывший питерский губернатор, знающий эту сферу не понаслышке, веско ответил, что опережающий рост тарифов в ЖКХ зависит в первую очередь от роста тарифов энергетиков и газовиков, которые проходят как раз по ведомствам Грефа и Кудрина, во вторую — от роста цен на металл и стройматериалы, что опять-таки по линии Грефа. То один мальчик верх берет, то другой...

Государство действительно хочет снизить инфляцию. Ведь твердые цены — это дешевые кредиты, рост экономики, социальная стабильность, уважение со стороны Европы и Америки. Но государственные ведомства, представляющие интересы тех или иных бизнес-групп, не хотят, чтобы инфляция снижалась за их счет — за счет стабилизации цен на газ, или на электроэнергию, или на воду, или на бензин.

Тот, кто борется сам с собой, обычно сам себе и проигрывает.

Владимир НОВИКОВ

Ставка на перспективу Генплан приняли в первом чтении не читая  »
Юридические статьи »
Читайте также