Лакуны себя изжили

Так решил КГИОП и вынес на всеобщее обсуждение проект "зон охраны объектов культурного наследия Петербурга и исторических пригородов". На карте видно, что новые охранные зоны включают все, что пятнадцать лет назад было признано Всемирным наследием ЮНЕСКО. Изменения коснулись содержательной части. Зоны охраны изменили свой состав: охранная зона, зона регулируемой застройки (она же буферная) и зона охраняемого ландшафта. Обсуждение проекта в городе проходит бурно. Сегодня свою точку зрения на страницах "Санкт-Петербургских ведомостей" излагают председатель КГИОП Вера Дементьева и один из ее заместителей Алексей Комлев.

- Мы всегда гордились тем, что большая часть нашего города входит во Всемирное наследие ЮНЕСКО и имеет статус объединенной охранной зоны. И вдруг КГИОП выступает с предложением неприкосновенную, как считалось до нынешней поры, территорию исторического центра разделить на зоны разного уровня охраны. Чем вызвана эта необходимость?

- Существующая ныне объединенная охранная зона разрабатывалась в 1988 году. Для чего ее создавали? Тогда сложилась удачная ситуация, чтобы подать заявку от нашей страны в ЮНЕСКО - в номинацию городов с всемирным историческим наследием.

За основу разработчики приняли математический, но вполне обоснованный принцип. Если в квартале больше 65% зданий-памятников, он включался в охранную зону. В то же время, понимая, что в охранную зону попадает очень большая территория, разработчики оставили возможность нового строительства в ней. Для этого в охранной зоне допускались так называемые лакуны.

- В нашем понимании лакуны - это пустоты. А в каком значении вы употребляете этот термин?

- Это локальные зоны регулируемой застройки в объединенной охранной зоне. Те места, где допускается новое строительство. Таких адресов изначально было около 150.

Сегодня в адрес КГИОП часто звучат упреки, что он позволил что-то строить. Ничего подобного, все новые постройки, вокруг которых столько шума, появились в лакунах 1988 года. Это и здание на Казанской улице, и комплекс "У Ростральных колонн", такая же история с гостиницей возле Александрийского театра. Перечислять можно очень долго.

Мало того что существовал первый список лакун: сразу было обозначено, что в дальнейшем он может пополняться. Причем порядок образования новых лакун не был отработан. Лишь с 1994 года появилось правило, по которому перечень лакун подготавливается комитетом по градостроительству и архитектуре и согласовывается с КГИОП.

- Иначе говоря, строиться в охранной зоне разрешалось чуть ли не со дня ее рождения?

- Именно так. В решении Ленгорисполкома за номером 1045 от 1988 года, которое утвердило проект зон охраны, была и такая приписка: все внутриквартальные территории являются потенциальными лакунами. Понятно, что разработчики основывались на том, что главную историческую ценность представляет собой красная линия улиц. И они были правы. Но в итоге число лакун непрерывно росло.

В результате, по правилам 1988 года, на сегодняшний день существует около пятисот лакун - "дырок" в объединенной охранной зоне. На согласовании лежит еще около ста пятидесяти. Именно такое нарезание и привело к тому, что сегодня идет строительство, скажем, у Ростральных колонн. Почти все стройки прошлых лет городская общественность воспринимает как градостроительные ошибки. Так оно и есть. В итоге "лакунизация" не привела к результативному градоформированию.

- Значит, новые охранные зоны КГИОП стал разрабатывать из-за несовершенства старых правил?

- Верно. Кроме того, Российская комиссия ЮНЕСКО поручила нам квалифицировать объект Всемирного наследия. Дело в том, что сам объект Всемирного наследия у разработчиков старой охранной зоны не был конкретизирован. Там есть красивые, но малопонятные определения: исторический центр Петербурга, главное городское пространство, ансамбль Литейной части... Что это такое? Что включают в себя эти понятия? Или возьмем обозначенный в объединенной охранной зоне градостроительный ансамбль Невского проспекта. Казанский собор, по логике, в него входит, а площадь Искусств? А Адмиралтейство? Поэтому и возникло поручение ЮНЕСКО, в рамках которого нам пришлось уточнять адресный перечень того, что входит в объект Всемирного наследия, физические характеристики пообъектного состава.

- И в итоге родился проект новых охранных зон?

- Да. Мы хотим уточнить существующие правила и ввести дополнительные. Помимо охранной зоны, расположенной вокруг объектов Всемирного наследия, должна появиться буферная зона. Буферная - по терминологии ЮНЕСКО, а мы также называем ее зоной регулируемой застройки. В ней осталось то, что раньше входило в охранную зону. Для застройки здесь будут установлены очень жесткие правила. А от практики лакун, которая себя изжила, мы хотим отказаться вовсе.

- Как все это будет выглядеть на практике?

- Если среда квартала сложилась, там можно только проводить щадящую реконструкцию. Если в квартале, допустим, утрачен лицевой дом, можно по архивным данным его восстановить. Не обязательно досконально воссоздавать прежнее здание, но прежние его параметры сохранить обязательно.

- Вы говорите о неприкосновенной зоне?

- Да, по новому проекту, в ней возможны только такие правила игры. Зона регулируемой застройки - буферная - делится на три уровня по степени историко-культурной ценности. Там, где ценность достаточно высока, правила практически те же, что и для охранной зоны.

Важно еще вот что: охранная зона объектов Всемирного наследия по рангу подчиняется федеральному управлению. Все действия там согласовываются на самом высоком уровне.

И еще одна очень важная деталь. Не все понимают, что охранные зоны - это не сами памятники, а городское пространство вокруг них. Памятники охраняются у нас особым федеральным законом. Отдельный вопрос - что является территорией самого памятника. Мы подготовили две схемы, одна из них - схема зон охраны, а другая - схема территории памятников. Обе они будут переданы в генеральный план и будут полностью исключены из общих правил градостроительного регулирования.

- Но нельзя ли поподробнее: что входит в территории памятников?

- Они разные, и работа над уточнением территорий ведется сейчас активно. Федеральный закон об охране памятников 2002 года предписывает нам это делать - чтобы четко знать, что мы охраняем. В каком-то случае, например, мы охраняем лицевой флигель здания, но не дворовые флигели. Но все здание остается территорией памятника, и на ней можно проводить реконструкцию. Например, перекрытие двора.

- А как вы относитесь к нынешней застройке в лакунах охранной зоны?

- Чем нейтральнее архитектура, тем лучше результат. Дом на Каменноостровском проспекте прекрасно вписался в среду. Но нас очень волнует ситуация с кварталом между улицами Маяковского и Восстания. Это тоже лакуна 1988 года. На этой территории у нас ничего не регулировалось. Хорошо, что год назад был введен временный высотный регламент, и сегодня все лакуны попадают под его действие. Временный регламент будет действовать до введения правил застройки, в которых все вопросы, связанные с реконструкцией, должны быть прописаны четко и жестко.

- А можно ли определить в двух словах, для чего создаются новые зоны: чтобы строить в центре или сохранять построенное нашими предшественниками?

- Конечно, чтобы сохранять. Посудите сами: наша большая охранная зона существовала с 1988 года. Она сегодня почти беззащитна, и это в доказательстве не нуждается. Все это время мы подсчитывали ущерб - там появился дом, в другом месте выросло еще одно здание непомерной высоты...

ГИОП пытался что-то сделать, но в одном только 2003 году мы проиграли несколько судов, пытаясь уменьшить высоту строящихся объектов.

- А что говорят сегодня застройщики?

- Застройщики понимают, что нужны жесткие, общие для всех правила. Почему одним можно все, а другим нет? Тот, кто борется сейчас за сохранение старых правил, фактически выступает против сохранения наследия.

- И все-таки многих беспокоит, что зона охраны стала значительно меньше.

- Всему городскому сообществу, и сотрудникам КГИОП в том числе, не нравится многое из того, что строится в историческом центре - на Почтамтской улице, у Ростральных колонн, на Казанской улице, площади Островского... Лакуны уже разъели центр и подбираются все ближе и ближе к самым ценным местам. Наша задача - чтобы в историческом ядре Петербурга, где мы бережем не только ансамбли, но и городскую среду, правила были понятными и жесткими. Зоны охраны не уменьшаются. Защита наследия будет более действенной. Нами создана уникальная методика нового охранного зонирования. От метода обрисовывания отдельного памятника защитными поясами мы перешли к защите исторически сложившихся комплексов, т. е. среды. С этой задачей не справилась объединенная охранная зона. Судите сами: защитила ли она от застройки районы Преображенской и Казанской площадей?

Особо охраняемая зона Город хочет внести ясность в систему строительства в историческом центре  »
Юридические статьи »
Читайте также