КОТ в сапогах: Прав был мичман

Когда мой папа проходил срочную службу на флоте, мичман, могучий статный украинец, выстраивая подразделение для отработки маршевого шага под бодрую песню, пресекал жалобы всяких там эстетов на отсутствие голоса и слуха железной фразой: «Петь могут усе!». Примерно таким принципом — «Служить могут усе!», наверное, руководствовалось российское Министерство обороны, принимая решение о закрытии в стране двух третей военных кафедр .

По новому положению, которое вступит в силу в 2008 году, собственно военные кафедры примерно в том виде, что и сейчас, останутся только в 35 вузах страны. Оканчиваешь такой редкостный вуз — не идешь служить. С остальными проще. Еще в 33 высших учебных заведениях будут специальные военно-учебные центры. При поступлении заключаешь с армией контракт, армия тебе накидывает стипендию, кончаешь такой вуз — идешь служить офицером. Оканчиваешь обычный институт, университет, академию — идешь служить рядовым. Не поступаешь никуда — идешь служить рядовым. Петь могут усе.

Спорить сложно — наверное, военные кафедры, доставшиеся в наследство от советских времен, и вправду ничему никого не учили. Меня там научили перевязывать бинтом воображаемые раны, а потом и вообще отменили военную обязанность для студенток. Возможно, вузовская «военка», или «война», действительно была прибежищем не для самых преданных делу защиты Отчизны, не самых отважных и не самых толковых представителей офицерского состава, которые просиживали там казенные штаны на казенный же счет. Но я точно знаю: военная кафедра в вузе была гарантией того, что служить ты не идешь. Была довольно эфемерная возможность призыва молодых людей после института на сборы по специальности, но никого из моих ровесников на моей памяти не призвали. Подозреваю, что специалисты военно-кафедрального разлива нашей армии на фиг не нужны ни на сборы, ни в ее доблестные ряды. А нужны рядовые. Люди, которые специально занимаются этой темой, могут рассказать подробнее для чего.

До меня средства массовой информации доносят сведения о том, что рядовой состав армии — это бесплатная рабочая сила, по сути рабы, что это бессловесная масса, у которой офицеры вымогают деньги и продукты, присланные из дома, что это больные, недокормленные сыновья недобросовестных родителей, погибающие от нагрузок, что это сначала бесправная, постоянно унижаемая «салажня», а затем — осатаневшие от пережитого унижения «деды», считающие законом непременное издевательство над следующей «салажней». Я слыхала, что «дедовщина» концептуально выгодна командирам, поэтому самые бессовестные из них поощряют «дедов». Я вижу по телевизору, как отчаявшиеся сохранить рассудок «молодые» бегут из частей, предварительно убив своих мучителей, а через пару дней попадаются разыскивающим их патрулям и почти все «кончают самоубийством» — не буду даже развивать эту жуткую мысль. Мне рассказывают, что в нашей армии утырено уже все, что лежало плохо, хорошо или даже было прибито гвоздями, и там давно ничего нестреляет, не взрывается, не ездит, не работает. Я много слышала о мирном восстановлении Чечни. Я не одна это слышу и вижу. И подозреваю, что именно поэтому никто не хочет в эту армию. И военная кафедра вуза давала возможность никогда с армией дела не иметь.

Было бы неправильно с точки зрения гражданской позиции говорить, что пусть бы так все и оставалось и нечего там, в этой армии, делать приличным людям. Но от того, что уничтожат военные кафедры, молодые россияне в армию не захотят. И станут изобретать другие способы «откосить». Как гласит известная мудрость: сколько их там, наверху, думает — сотня, две? А против них весь народ думает. Три с половиной десятка вузов, в которых кафедры сохранят, вероятно, озолотятся, потому что кто же упустит возможность нажиться на приеме не желающих служить абитуриентов. Но эти вузы не резиновые. Поэтому в стране «не останется» здоровых мальчиков призывного возраста. Такое положение создает почву для чудовищного взяточничества и в военкоматах, и в медицинских учреждениях. Подчеркиваю — создает почву. Говорить, что все учреждения, от которых зависит, пойдет молодой человек в армию или нет, станут на эту скользкую дорожку, было бы несправедливо. Но не надо забывать, что мы живем в России…

Надо, на мой взгляд, делать что-то другое. Надо, как говорил Жванецкий, «в консерватории что-то подправить». Реформировать армию, гнать из нее воров и дураков, наказывать коррупционеров и садистов. Наверное, это возможно — при наличии политической и просто мужской воли.

Когда мой папа проходил срочную службу на флоте, их шлюпочная команда вышла как-то в море на яле — потренироваться в управлении парусником. Мичман, могучий статный украинец, командовал их маневрами с берега. При неуклюжей попытке молодого экипажа совершить заданный поворот зычный голос мичмана разносился над акваторией бухты (слышно было в поселке в полумиле оттуда): «Кто так делает фордевинд?!!»

Прав был мичман — так не делают ни фордевинд, ни другие повороты. Особенно государственной важности.

Элла Полякова, сопредседатель правозащитной организации «Солдатские матери — Санкт-Петербург»:

— По-видимому, стране не нужны квалифицированные офицеры. Хотя, с другой стороны, меня радует, что станет меньше военных кафедр, которые ничего не дают никому. Может быть, мы наконец перейдем к нормальной профессиональной армии. В стране полно военных училищ, в которых учатся люди, которые хотят быть военными, — почему 90 процентов не идут в армию? Надо усилить работу военных училищ, чтобы люди там получали воинские специальности, и не разваливать армию. А военные кафедры — они были достаточно бессмысленными, дополнительное образование, которое ничего не давало ни студентам, ни армии. Это фиговый листок, которым люди прикрывали желание не служить. Тем более что в последние годы призывали и после военной кафедры, предлагали контракты на дополнительное образование и вносили в них обязанность служить. Причем мальчиков резко ограничивали в гражданских правах — право на семью, на здоровье. В законе о воинской обязанности и военной службе сказано, что только годные к военной службемогут на добровольной основе заключать контракт с Министерством обороны. Обреченности нет уже с 1993 года в связи с отменой закона о всеобщей воинской обязанности. Да-да, этого многие не знают! Был закон СССР о всеобщей воинской обязанности, за призыв отвечало военное ведомство в лице военного комиссара, а с 1993 года появилась ответственность гражданина за свою жизнь, за свою честь и достоинство, и теперь за постановку на воинский учет отвечает семья, а с 18 лет человек — гражданин со всеми правами и обязанностями, поэтому он должен разобраться сам со своей годностью-негодностью, для чего в 1995 году рассекречено так называемое «расписание болезней» . Молодой человек должен сам выяснить в медицинском учреждении, имеет он право претендовать на военную службу или нет. По нашим сведениям и к нашему ужасу, практически никто не имеет. Картина состояния здоровья молодых людей призывного возраста — это просто гуманитарная катастрофа у нас в стране. При отсутствии у обывателей этогознания и законных оснований для призыва устраивают облавы на людей призывного возраста. Еще многие не знают, что власти военных в стране нет, и за незаконный призыв перед человеком отвечает гражданская власть — чаще всего глава района, где произошел незаконный призыв. Подача соответствующего заявления в суд может отменить решение призывной комиссии. Так что сокращение числа военных кафедр — не ущемление прав, а, скорее, шаг в сторону профессионализации армии. Устойчивые мифы, стереотипы, живущие в обществе, мешают людям осознать свои права.

Справка кота в сапогахТолько в пяти высших учебных заведениях Санкт-Петербурга сохранятся военные кафедры, и, следовательно, студенты получат по их окончании и прохождении воинских сборов военные билеты офицеров запаса.

1. Санкт-Петербургский государственный университет

2. Санкт-Петербургский государственный электротехнический университет им. В.И. Ульянова-Ленина (ЛЭТИ)

3. Санкт-Петербургский государственный университет информационных технологий, механики и оптики (ЛИТМО)

4. Санкт-Петербургский государственный горный институт им. Г. В. Плеханова

5. Санкт-Петербургский государственный политехнический университет.

Полный список вузов страны, в которых сохранятся военные кафедры, можно найти в Интернете по адресу, например, http://law.edu.ru и другим. Остерегайтесь путаницы, ведь, кроме сохранения военных кафедр, предусмотрено еще создание так называемых «военно-учебных центров», после обучения в которых студенты становятся не офицерами запаса, а, напротив, отправляются проходить службу по контракту. В Петербурге это такие вузы:

1. Балтийский государственный технический университет «ВОЕНМЕХ»

2. Российский государственный гидрометеорологический университет

3. Санкт-Петербургский государственный морской технический университет

4. Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения

5. Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций (имени Бонч-Бруевича).

Студентам (разумеется, годным к военной службе) остальных семидесяти двух вузов Санкт-Петербурга и Ленинградской области предстоит отправиться в российскую армию в качестве рядовых.

Лада Мотрич

Эстетов-отличников будут учить бесплатно  »
Юридические статьи »
Читайте также