Призывать или зазывать? Реформа российской армии

Шокирующая история с дедовщиной в челябинском танковом училище, где молодой парень лишился обеих ног, в очередной раз поставила на повестку дня вопрос о военной реформе, способной навести порядок в армии.

Это все придумал Фридман?

Принудительная служба в армии есть особый налог. Отличие его от прочих состоит в том, что он лишает человека свободы. При феодализме таких налогов было немало. В России наиболее распространенным из них была барщина. Однако она вытекала из крепостного статуса крестьянина, тогда как в современную эпоху крепостное состояние вытекает из "барщины" в форме служения родине (которая в таком случае сразу пишется с заглавной буквы, как бы возвышаясь над "винтиками" армейской машины).

На первый взгляд, кажется странным то обстоятельство, что с уходом феодализма призыв получал все большее и большее распространение. Вторая мировая война — это война "призывных" армий. В то же время точка отсчета начала их кризиса. Откуда же он вдруг взялся?

Его истоки лежат не в армии как таковой, а в обществе. Точнее, в быстром росте значения человеческого капитала, под которым понимают прежде всего сумму знаний, квалификацию. В то же время для накопления этого капитала все важнее становилось приобретение высшего образования. Сроки же его получения накладывались на сроки службы. Отсюда, естественно, она становилась для молодых людей все более и более убыточным занятием. Следовательно, все более и более ненавистным.

Логично, что ранее всего рост отторжения принудительной службы стал проявляться в самых развитых странах с крупными армиями, а следовательно, и более длительными сроками обязательного в них пребывания. Отсюда неудивительно, что первыми на путь строительства наемной армии XXI века встали США еще в начале 70-х гг. века прошлого.

Известный экономист Милтон Фридман (тот самый, кем пугали российских старушек в 1990-е гг., да еще с непонятной приставкой "монетарист") был членом правительственной комиссии США, разрабатывавшей предложения по реформе комплектования вооруженных сил и отказу от призыва. Сформулированные им тогда доводы в пользу "добровольческой армии" (не деникинской!) до сих пор служат классическим образцом подобной аргументации.

Во-первых, добровольческая армия формируется из людей, которые сами выбрали военную карьеру, а не из призывников, думающих лишь о том, как отслужить положенный срок. Переход повысит боевой дух, сократит текучесть кадров, сэкономит средства, расходуемые на подготовку рядового и сержантского составов.

Во-вторых, добровольческая армия позволит сохранить для граждан свободу выбирать, служить им или нет, и возможность уйти от ситуации, когда призывные комиссии произвольно определяют, кто из молодых людей должен провести несколько важных лет своей жизни на воинской службе, а кто нет.

В-третьих, одним из результатов предоставления свободы выбора станет возможность избежать дискриминации, при которой, как правило, именно бедные семьи платят "налог" службой своих детей, тогда как богатые дают своим чадам образование.

В-четвертых, устранение неопределенностей, связанных с призывом, позволит молодым людям планировать карьеру, семейную жизнь.

В-пятых, введение контрактной армии освободит учебные заведения от необходимости учить сотни тысяч молодых людей, для которых учеба — лишь способ уклонения от воинской службы.

"Пятый пункт" Фридмана (точнее, его аргументации) не может не задеть за живое. Тяжелое это испытание для преподавателя — сталкиваться с подобным "вузовским наполнением". Моральное оправдание выставленным тройкам находится в том, что это все же люди, и отправлять их в организацию, представляющую собой пыточный конвейер, не совсем гуманно.

Войны без контакта

Здесь доверимся специалисту — доктору военных наук, генерал-майору в отставке (это очень важно, так как генерал, находящийся на службе, сказать правду не может) В.И. Слипченко, написавшему книгу о войнах шестого поколения. Прообраз будущих войн он видит в иракской и югославской кампаниях.

Итак, войны шестого поколения — это разгром бесконтактным способом экономического потенциала противника на любом удалении от него. Массированное применение высокоточного оружия в ближайшие десяток-другой лет достигнет такого совершенства, что окажется способным из любой точки парализовать жизнедеятельность государства в любом регионе мира.

Армии с техникой предшествующих поколений (даже с ракетно-ядерным оружием) окажутся бесполезными в условиях применения грядущих средств радиоэлектронной борьбы, а живая сила с ее танками, артиллерией и бронемашинами будет напоминать папуасов, вооруженных копьями и луками и ищущих возможность сразиться с авиацией. Такой армии просто не удастся вступить в контакт с противником, уничтожающим издалека ее ключевые инфраструктурные объекты.

Для такого противника уничтожение танков и артиллерии либо не является первостепенной задачей, либо даже вообще не входит в число задач, если не предусматривается оккупация. Последняя может оказаться, скорее всего, и вовсе не целесообразной. Представьте, что будет делать армия, лишенная связи и топлива? Ей останется только разойтись по домам и жечь в буржуйках наскоро заготовленные дрова.

Сегодня главными носителями высокоточного оружия в армии США становятся компьютеризированные крейсера и подводные лодки нового поколения (постепенно вытесняя из этой роли авиацию). Вообразить там призывников не хватит никакой фантазии. Радикально меняется даже профессиональная армия, оставляя все меньше места для сухопутных войск, которые в перспективе резко сократятся и превратятся в этаких спецназовцев-"киборгов".

Впрочем, на этом пора остановиться. Статья-то ведь не о переходе США к армии нового поколения. Вернемся в Россию с ее проектами реформирования комплектования армии личным составом.

Обвал как облом

Альтернативы существующему проекту реформирования армии (Федеральной целевой программе — ФЦП — на 2004-2007 гг. по переходу на комплектование по контракту ряда частей и соединений) разработаны в Институте экономики переходного периода, возглавляемом Егором Гайдаром. Однако для начала, естественно, были проанализированы последствия реализации ФЦП. Получилось вот что.

Известно, что в стране наступает демографический обвал. Точнее, пока обвал не всеобщий, а обвал молодого поколения, вступающего во взрослую жизнь. Пик пополнения призывного контингента был достигнут в 2005 г. По 400 тыс. юношей, годных к службе в вооруженных силах (ВС), достигали в первом и втором полугодии своего 18-летия. Согласно расчетам "гайдаровцев", после 2010 г. эта цифра окажется ниже 250 тыс. и далее, вплоть до 2035 г., будет находиться где-то между 200 тыс. и 250 тыс.

Этот обвал окажется настоящим обломом для тех, кому "повезло" родиться в год распада СССР и далее. Предусмотренный в ФЦП темп роста количества контрактников, а также решение президента РФ сократить срок службы по призыву несовместимы со стремлением минобороны сохранить нынешнюю численность ВС. Несовместимы они и с обещанием не трогать студенческие отсрочки — даже с учетом намеченной отмены ряда других отсрочек. И призывать придется либо практически всех, либо не всех, но на два года! А что предлагают сами критики?

Во-первых, сократить армию до "эффективного контингента" — заменить нынешние 950 тыс. призывников на 585 тыс. контрактников. Ныне не меньше половины призывников не служат, а "прислуживают" и "обслуживают".

Во-вторых, сохранить призыв только на шесть месяцев с целью просеивания призывников на предмет отбора будущих "профи". Для этих "профи" призыв будет школой "молодого бойца", а из "пацифистов", как полагают "гайдаровцы", выйдет некий "военно-обученный резерв". Последнее, впрочем, весьма сомнительно, если принять во внимание всё, сказанное выше.

В-третьих, увеличить довольствие контрактников так, чтобы даже солдат и матрос получали на 10-20% больше средней зарплаты по стране. Плюс разные преференции (в том числе образовательные), чтобы выгодно было продлевать контракт.

В-четвертых, по самому радикальному "гайдаровскому варианту", реформа потребует увеличения расходов на переход к новой системе с 40 млрд. руб. в 2003 г. до 100 млрд. в год (в ценах 2003 г.). Этот прирост составит примерно 2,5% бюджетных расходов 2003 г. и, как считают разработчики, будет меньше, чем ежегодная сумма взяток за "откос".

В США переход к профессиональной армии занял 2 года, во Франции — 6 лет. В России "процесс пошел" и идет уже более 13 лет (если считать с момента принятия постановления правительства РФ от 30.11.1992 г. ). Но похоже, что он идет в никуда.

Андрей Заостровцев

Конец «Ленинградского дела» Закрыто последнее из громких уголовных дел в отношении высокопоставленных смольнинских чиновников «яковлевского призыва»  »
Юридические статьи »
Читайте также