Прокрустово ложе для банков В будущем году ЦБ планирует ввести стандарты отчетности basel-ii

Переход отечественных кредитных институтов на международные стандарты финансовой отчетности Basel-II, запланированный на будущий год, несомненно, станет серьезным экзаменом для российских коммерческих банков. По мнению многих аналитиков, это событие по сути положит начало банковской реформе, планы которой Правительство вынашивает пять лет.

Новое время - новые песни

Реформирование банковской системы началось 15 лет назад. С 1 января 1988 года коммерческую функцию Госбанка СССР передали пяти вновь образованным специализированным банкам. Это были Сбербанк, Внешэкономбанк, Промстройбанк, Агропромбанк и Жилсоцбанк. А в мае того же года был принят Закон "О кооперации в СССР", где говорилось: "Союзы (объединения) кооперативов имеют право создавать хозрасчетные отраслевые или территориальные банки". К концу 1988 года в стране уже насчитывалось 25 коммерческих банков.

Вновь о банковской реформе заговорили после августовского дефолта 1998-го. Но время шло, а ничего не менялось.

Строптивого Виктора Геращенко на посту председателя Центробанка сменил более лояльный к властям Сергей Игнатьев. Ход реформы, однако, от этого нимало не ускорился. И немудрено. На уровне Правительства, Думы и администрации Президента до сих пор нет консенсуса, что и как нужно делать.

Бывший председатель Комитета Госдумы РФ по кредитным организациям и финансовым рынкам Александр Шохин сравнил нашу банковскую реформу с ежиком в тумане: смутные очертания видны, а вот что за зверек такой - даже вблизи не угадаешь. По мнению Павла Медведева, председателя подкомитета по банкам шохинского комитета, власти принципиально не умеют писать банковские законы. А может, они, эти законы, и не очень нужны?

Денежный "концентрат"

В российской банковской системе ныне сложилась беспрецедентная по мировым меркам ситуация. Более 85 процентов банковских активов и свыше 60 процентов капитала контролируются кредитными организациями столицы, а соотношение производительных сил обратное: в регионах производится 90 процентов ВВП.

Подобной диспропорции между размещением производства и капитала нет ни в одной стране из экономически развитых или имеющих экономику переходного типа. В Германии кредитная столица страны Франкфурт-на-Майне контролирует немногим менее 50 процентов активов, финансовая столица Италии Милан и того меньше - не более 40 процентов.

Основные кредитные риски в России сосредоточены в нескольких десятках крупнейших банков, которые находятся в Москве. Кризис 1998 года показал, что разрушить такую систему из ограниченного числа банков проще простого. Помните: едва меж их клиентов в Москве прокатилась волна паники - и столичные банки тут же попали в тяжелейшее положение. А вслед за ними под угрозой краха оказалась и вся банковская система страны.

Другая застарелая болячка банковской системы России - монополизм. Например, в России существует категория банков, уполномоченных на проведение тех или иных операций и сделок (в первую очередь валютных) по имеющимся у них соответствующим гослицензиям. Но далеко не всех из избранных можно отнести к истинным лидерам банковского бизнеса.

Дело в том, что применяемые ЦБ оценочные показатели деятельности банков мало о чем говорят. В результате банки с серьезными внутренними проблемами зачастую выдерживают все обязательные экономические нормативы и в рейтингах значатся как вполне надежные, но фактически таковыми не являются.

Кризис 1998 года четко дал понять: равноправная конкуренция в банковской сфере невозможна, если есть мощный слой привилегированных банков, обычно с участием государства и облеченных его особым доверием. В такой ситуации необходим однозначный выбор, что поставить на первое место. Коммерческий сектор - как в любой цивилизованной стране с рыночной экономикой, или сектор государственный - как в тоталитарных Кампучии или Иране?

Казалось бы, процесс разгосударствления банковской сферы медленно, но идет. В ближайшие годы начнется активная продажа банков с госучастием в уставном капитале, включая Внешторгбанк и бывшие совзагранбанки. Недавно было решено продать контрольный пакет ЦБ парижского ВСЕN-Eurobank и лондонского Moscow Narodny Bank. Правда, сначала госпакет предлагали безоговорочно передать структуре со 100-процентным государственным участием, например Внешторгбанку. Но затем его все-таки решили выставить на аукцион... Так что процесс идет тяжело, с трениями и колебаниями, что делает неясным его исход.

"Раскачать точку"

Общая капитализация российского банковского рынка ныне не дотягивает и до 20 миллиардов долларов. Это в десятки раз меньше, чем в любой стране Евросоюза. Мало того, для европейских банков (а с недавних пор - и для вновь образующихся российских) минимально допустимый капитал установлен в 5 миллионов евро. В России "дотягивают" до этой планки менее 300 существующих банков. Иными словами, три четверти наших нынешних банков являются карликовыми и просто не способны вести цивилизованный, универсальный банковский бизнес.

Правительственный вариант банковской реформы предлагает повысить устойчивость российской банковской системы путем применения целого комплекса ограничительных мер, в первую очередь путем увеличения стоимости вхождения банка в бизнес и ужесточения требований к капиталу действующих банков для продолжения выполнения ими их теперешних функций. Как считает сочинский финансист Сергей Серебряков, итогом подобных действий станет то, что в стране останется около 30-50 крупных, функциональных банков. Остальная масса или исчезнет, или превратится в кредитные организации с ограниченными полномочиями.

Логика Правительства и Центробанка проста. Хорошо известно, что в крупных банках меньше нарушений законодательства и они лучше соблюдают нормативы. Кроме того, они легко контролируемые, и, следовательно, более надежны. Хотя на самом деле в условиях России это не всегда так, что нам наглядно проявил август 1998-го - ведь развалились и "системообразующие" монстры, которые доселе считались непоколебимыми.

Кстати, желаемый экономический эффект искусственное укрупнение банков тоже вряд ли принесет - не увеличатся ни общая капитализация банковского сектора, ни его объем прибыли. А вот уровень конкуренции на банковском рынке такое укрупнение еще более снизит. В этом мнении едины практически все представители топ-менеджмента крупнейших банков и филиалов Южного федерального округа, к которым мы обратились с просьбой прокомментировать план реформы.

Разукрупнения не избежать

Аналитики Ассоциации российских банков (АРБ) предложили альтернативный вариант реформирования кредитной отрасли России.

В соответствии с ним все госбанки продаются либо преобразуются в государственные кредитные агентства для финансирования целевых государственных программ из средств бюджета, внебюджетных государственных фондов, заимствований. В первую очередь процесс разгосударствления касается росзагранбанков, оставшихся еще с советских времен.

Долю ЦБ в уставном капитале Сбербанка (около 60 процентов) банкиры предлагают приватизировать. Правда, только после принятия закона "О гарантировании вкладов". В противном случае это может привести к массовому бегству вкладчиков. Ведь для частного вкладчика госпакет Сбербанка - единственная на сегодня законодательно оформленная гарантия. Недаром 70 процентов всех депозитов в стране находится именно здесь.

Так или иначе, но со Сбербанком надо действительно что-то делать.

Активный портфель Северо-Кавказского банка Сбербанка РФ, например, сопоставим с портфелем всех вместе взятых филиалов московских и питерских банков на Ставрополье, отмечает местный банкир Игорь Бабенко. Причем активно-пассивные балансы их диаметрально противоположны. Последние энергично привлекают в край кредиты из центра и собственных филиалов в других регионов, в первую очередь для малого и среднего бизнеса. А "местный" Сбербанк, напротив, выводит излишние ресурсы из края в центр ввиду отсутствия достаточного количества качественных крупных инвестиционных проектов.

- Кое-кто предлагает разделить Сбербанк на семь частей (самостоятельных, не аффилированных с государством), по числу федеральных округов. Чтобы избежать, с одной стороны, государственного примата, а с другой - зависимости от губернаторов. Мне кажется, это не совсем целесообразно, - считает Владимир Рохмистров, руководитель территориального управления Министерства по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства по Ставропольскому краю.-Куда более оправдан вариант, при котором разукрупнение будет проводиться в пределах оставшихся в наследство от Советского Союза экономических зон. На юге России, например, Сбербанк имеет сегодня два структурных подразделения: Северо-Кавказский банк (с головным офисом в Ставрополье) и Юго-Западный банк (центр - в Ростове-на-Дону). Так зачем придумывать новые хитроумные схемы - надо всего-навсего сделать каждый региональный банк самостоятельным кредитным учреждением, ничего заново не перекраивая, - полагает Рохмистров.

Для развития регионов, безусловно, нужно открыть дорогу сюда иностранным инвесторам. Но... свободное, равноправное функционирование иностранных банков на российском экономическом пространстве может привести попросту к вытеснению с финансового рынка банков отечественных, опасаются регионалы.

Поэтому для начала "варягам" нужно предоставить широкие возможности для кредитования и инвестирования наших предприятий и развития в России ипотеки. А когда приживутся, когда наша экономика подрастет - можно идти на следующий шаг: заменять порядок регистрации увеличения доли иностранных инвесторов в российских банках с разрешительного на уведомительный. Кстати, в этом принципиальном вопросе позиции Правительства, ЦБ и АРБ совпадают.

Заплутавшая гарантия

Разумеется, все усилия государства и самих банкиров уйдут, как вода в песок, если частные вкладчики не будут заинтересованы во вложении денег в банковский сектор.

А пока интерес этот только просыпается. До сих пор банки не выполняют свою основную функцию - кредитовать реальный сектор.

Иные из них просто не заинтересованы в ведении цивилизованной инвестиционной деятельности. У большинства же попросту нет на то долгосрочных депозитов. Ведь колоссальный денежный оборот в России проходит в наличной форме, то есть вне банковских счетов.

Сумма наличных средств, используемых в основном в теневой экономике России для неучтенных расчетов, - 100 миллиардов долларов (рублей здесь лишь 10-15 процентов). Эта денежная масса в три раза больше остатков на всех банковских счетах страны (до востребования и срочных) и в 40 раз больше совокупных остатков на корсчетах коммерческих банков в Центробанке.

Как заставить вкладчика не прятать деньги под подушку, а нести их в банк? Правительство и сами банкиры единодушны в выборе стратегии.

По мнению ставропольского банкира Владимира Моргунова, в первую очередь необходимо принять закон "О гарантировании вкладов населения". Подобные законы действуют во всех цивилизованных странах, они обеспечивают приток депозитов физических лиц прежде всего в коммерческие банки.

Кроме того, Центробанк предлагает унифицировать все банковские вклады в России, разделив их на три группы: до востребования, срочные и вклады с невозможностью досрочного изъятия. Особые надежды возлагаются, разумеется, на последние. Причем для увеличения объема долгосрочных финансовых ресурсов предлагается ввести систему штрафов для "пугливых" клиентов, которые досрочно снимают средства с "длинного" счета. Кстати, подобные ограничения на право досрочного отзыва вкладов существуют во всех цивилизованных странах. Правда, необходима альтернатива: гражданин обязательно имеет право выбирать - заключать договор с правом досрочного отзыва вклада или без такового.

Антон Чаблин

Закон о регулировании оборота металлолома будет доработан  »
Юридические статьи »
Читайте также