Михаил Осеевский Мы-то поумнее наших предков!

Бюджет-2006 принят в третьем чтении . Грядет очередное - на 24 млрд. руб. - увеличение доходной части и приближение к заветной цели - удвоению городской казны, а значит, как рассчитывает Смольный, и валового регионального продукта.

Верен ли расчет? Ведет ли финансово-экономическая политика Смольного к реальному росту всех секторов городской экономики?

На этот и другие вопросы в интервью "Делу" ответил куратор финансово-экономического блока в городском правительстве - вице-губернатор Михаил Осеевский.

- Иногда кажется, что в Петербурге власть ведет себя сегодня так же, как царское правительство в конце позапрошлого века: бюджет растет "в разы", а население меж тем обездоливается и озлобляется. В тот раз в итоге грянула революция 1905 года...

- Цели городского правительства зафиксированы в Программе социально-экономического развития . Этот проект говорит не об "удвоении бюджета любой ценой", а о решении задач, связанных с уровнем жизни петербуржцев: о среднедушевых доходах, о соотношении их с прожиточным минимумом и т.п. Для нас бюджет - всего лишь один из инструментов решения этих базовых задач.

Мы всегда говорим, что всех жителей нашего города условно можно разделить на три части. Первая - это собственники бизнеса, которым мы должны создать все условия для развития. Вторая часть - наемные служащие, которые являются в СПб основной частью трудоспособного населения. Им мы обязаны гарантировать возможность высокооплачиваемой и высококвалифицированной занятости. И третья часть - это те, за кого отвечает государство: работники бюджетной сферы, дети и пенсионеры. Об их достойной жизни должно заботиться государство. Что касается бюджета, то, помимо того, что он непосредственно отвечает за жизнь третьей группы, он еще должен помочь первой группе реализовывать ее задачи, а второй - дать возможность работать.

- В последнее время создается впечатление, что далеко не ко всем видам и уровням бизнеса городские власти одинаково лояльны. Крупным монополистам создаются "все условия", в том числе даются бюджетные льготы, но что касается малого и среднего бизнеса, то вместо того, чтобы помогать ему, его "душат". Зачем государство в Петербурге так жестко вторгается в жизнь хозяйствующих субъектов?

- Государство - это управляющий орган. Его главная задача - развивать город и двигаться по пути реформ, выгодных большинству жителей города. Другого критерия не существует. Однако это не означает, что мы не будем задевать ничьи интересы.

- А Вы не боитесь, что "недальновидные" люди, в конце концов, восстанут против "разумной и полезной" власти, которая, с их точки зрения, не дает им жить? На прошлой неделе у Смольного вовсю манифестировали малые предприниматели, возмущенные Вашей экономической политикой...

- И повторится ситуация 1905 года? Нет, не боюсь. Мы-то поумнее наших предков! У нас есть разные инструменты, которые позволяют определять, в правильном ли мы направлении движемся. Например, социологические исследования. Мы постоянно мониторим ситуацию и очень четко представляем, какие настроения царят в обществе. Сегодня более 70% населения СПб поддерживают нашу политику. Конечно, власть принимает решения, которые не могут нравиться абсолютно всем, и это нормально. Кому-то решения могут быть выгодны, а чьи-то интересы могут и задеть...

- Как выглядит вытеснение мелкорозничных предприятий крупными сетевыми структурами, с точки зрения роста доходов городского бюджета?

- Во всем мире давно наблюдается тенденция, когда крупный сетевой бизнес побеждает мелкую розницу. Так обстоят дела в Европе, в Америке, в Скандинавии. Мы ничем не хуже и не лучше. Мы такие же, как все. Поймите, вытеснить покупателя из мелкой розницы в гипермаркет - это не стратегия нашего правительства, а объективная экономика. За счет больших централизованных закупок и объема продаж гипермаркеты имеют возможность предложить более качественные услуги, более свежие продукты и больший выбор за меньшие деньги. Вот покупатель и идет к ним!

А с точки зрения налоговых отчислений в городскую казну, конечно же, крупные бизнес-единицы городу удобнее, потому как они прозрачней. Это разница между фирмой, в которой работают пять человек, и между компанией, где трудятся несколько сотен. В мелкой фирме руководство может оптимизировать налогообложение как угодно, в то время как большая компания находится под жесточайшим налоговым контролем и, дорожа своей репутацией, всегда стремится к максимально высоким стандартам отчетности...

- Помимо чисто фискального, есть и еще очень важный (о котором Вы сказали в самом начале) аспект проблемы - социальный. Около 50 тысяч людей, которые работали в мелкорозничной торговле, остаются без работы в результате Ваших решений (гипермаркеты, напомню, теснят мелкую розницу в СПб не за счет лучшего качества товаров и обслуживания, а за счет поддержки со стороны чиновников). Это, по-вашему, правильно?

- Да, мы же действуем в интересах большинства. К тому же люди не останутся без работы: на бирже труда масса вакансий!

- У Вас есть аналитические исследования, подтверждающие возможность для этих людей найти работу по квалификации и зарабатывать, по крайней мере, не меньше, чтобы прокормить свои семьи?

- Если эти люди не смогут найти работу обычными способами, можно прийти в службу занятости, где существуют серьезные программы переобучения для тех, кто имеет и не имеет высшее образование. Я сам был электриком, а стал финансистом! Сегодня такое время, когда каждый бьется за свою судьбу как может.

Вообще, мы не должны постоянно думать о том, что если кого-то устраивает его место работы, то никаких структурных изменений в экономике проводить не надо. Так не бывает! Приведу личный пример. До конца 80-х годов мы с глубоким энтузиазмом разрабатывали оборонное оружие - это был наш ответ Америке. А потом Америка с СССР договорились о разоружении, и нам сказали, что работать в данном направлении больше не надо. Лично для меня, может быть, это и было крайне невыгодно - у меня была хорошая зарплата и т.п., - но, с точки зрения большинства, это было разумно и правильно.

- Но тогда вся экономика была государственной, а сегодня чиновники репрессивно вмешиваются в жизнь частного сектора. Это принципиально иная ситуация...

- Мы совершенно честно говорим, что есть бизнес, а есть государство. И государство говорит, что оно готово на пять лет дать в аренду тот или иной участок земли...

- Краткосрочная аренда в СПб не пять лет, а три года...

- Я говорю условно...

- Но эта оговорка, увы, ставит под вопрос стройность Ваших рассуждений, касающихся судеб малого бизнеса...

- Хорошо, считайте, что я некомпетентен.

- Ваш младший коллега - председатель КЭРППиТ Владимир Бланк - не так давно на заседании Совета Федерации также допустил неточность, заявив, что остановочные павильоны стоят с 1994 года, хотя общеизвестно: в 2003 году, накануне 300-летия, все ларьки по указанию городских властей были заменены предпринимателями на павильоны нового образца...

- Это непринципиально. Не важно, на какой срок мы даем аренду. Если три года были бы невыгодны, предприниматель не стал бы арендовать землю.

- Когда нет иного выхода, люди соглашаются на любые условия. В том числе кабальные...

- Государство считает, что именно такая форма взаимодействия с бизнесом в данный момент оптимальна. Дальше может появиться другая форма. И у нас как у власти, отражающей мнение большинства жителей нашего города, совершенно нет обязательств на веки вечные оставлять ларьки с продуктами и прочими мелочами у метро. В метро можно купить прессу, билеты в театр и цветы. Остальное - пожалуйста, но на расстоянии 50 метров от метро ! Как уже не раз говорилось - из соображений безопасности.

- Но почему некоторые виды торговли все же решено в метро сохранить?

- Потому что на данном этапе такое решение соответствует интересам города. Остальная же торговля должна быть вне зоны метро. Большинство станций метро строились давно, и мест для торговли предусмотрено не было. Сегодня к ним просто не подойти...

- Парадокс в том, что на месте демонтированных ларьков зачастую тут же появляются новые торговые павильоны, принадлежащие, правда, уже другим хозяевам...

- В этом проблема действительно есть! Но таких фактов очень мало, и мы с ними боремся. Если Вы обнаружите такие случаи, скажите мне: я лично съезжу на место и разберусь. Вообще же, мелкорозничной торговле давно пора перемещаться из нестационарных уличных павильонов в капитальные строения и на первые этажи зданий.

- Но зачем тогда городская власть планирует повысить на 70% ставку за аренду нежилых помещений? Ведь это рубит на корню "бизнес первых этажей"...

- По этому поводу мы пока еще ничего не решили. Мы специально собирались вместе с Общественным советом по малому бизнесу при губернаторе и обсуждали данную проблему. Но согласитесь, что глупо, когда у двух соседних магазинов, один из которых принадлежит частнику, а другой - городу, арендная плата отличается в разы. Таким образом, получается, что мы как государство косвенным образом поддерживаем того, кому собственность досталась в силу исторических причин. Это экономически неправильно.

- Предприниматели говорят, что арендная ставка повысится даже не на 70%, а в некоторых случаях на 300% и даже больше...

- Все может быть. Если один магазин принадлежит нам, а соседний находится в частной собственности, но разница в арендных платежах в три раза, то мы уравняем эти ставки.

Поймите: у нас - конечное количество площадей. А тем, кто не смог арендовать, куда деться? Почему они должны платить по рыночной стоимости, арендуя участок у частника? Это неправильно! Условия должны быть для всех одинаковые.

- А какая у Вас методика сравнения? Нелепо, наверное, уравнивать арендные подходы к казино и, скажем, к булочной...

- Нигде на центральных авеню Вы не найдете бизнеса, который не является высокорентабельным. Это закон жизни! К тому же мы будем повышать ставки не скачком, а в течение года. Но поддерживать существующую диспропорцию мы категорически не будем.

Другое дело, что процесс выравнивания должен быть плавным, и здесь мы должны с бизнесом договориться. Для этого у нас есть институты гражданского общества: Общественный совет по малому бизнесу при губернаторе и районные советы.

- Вам кажется, что голоса людей, назначенных в эти советы самими же чиновниками, точнее отражают интересы бизнес-сообщества, чем голоса тех, кто митингует сегодня перед Смольным?

- Вы опять все сводите к тому, что малый бизнес Санкт-Петербурга - это исключительно ларьки. Причем либо те, которые стоят на автобусных остановках , либо те, которые находятся рядом со станциями метро. На самом деле ситуация кардинально иная. Наш малый бизнес - это огромное количество кафе, ресторанов и других предприятий питания, а также розничная торговля и всевозможный сервис. Количество единиц малого бизнеса в последнее время растет в геометрической прогрессии!..

В текущем номере мы публикуем часть беседы, посвященную проблемам малого бизнеса, в котором задействовано около 110 тысяч малых и средних предприятий (где трудятся более полумиллиона петербуржцев) и который обеспечивает сегодня почти треть поступлений в доходную часть городского бюджета. Продолжение интервью, где речь пойдет о связи бюджетной политики с развитием крупных городских предприятий, читайте в следующем номере "Дела".

Оксана Попова

Президент подписал новую редакцию закона о Центральном банке РФ  »
Юридические статьи »
Читайте также