Адыгея Дым есть. Огонь на подходе?

Окончание. Начало в прошлом номере “Дела”

Едва ли не последний “мирный оазис” Северного Кавказа — Республика Адыгея (РА) — в ближайшем будущем может превратиться в очередную черно-кровавую дыру, если срочно не сбалансировать национальную политику в этом регионе, — дружно сигнализируют республиканские эксперты.

Но что именно должна предпринять РФ? Мнения об этом расходятся диаметрально, в зависимости от того, к какой национальной общине тяготеет тот или иной аналитик. В прошлом номере “Дела” представитель адыгейской общины высказал мысль о том, что РФ должна навсегда отказаться от идеи слияния РА с Краснодарским краем, ибо эта идея чревата войной.

Встречные аргументы — в пользу объединения двух субъектов РФ как залога мира и процветания в регионе — излагает председатель исполкома “Союза славян Адыгеи”, главный редактор газеты “Закубанье” Владимир Каратаев.

— Главной интригой недавних парламентских выборов в РА было то, что лозунг “Союза славян Адыгеи” об объединении республики с Краснодарским краем поддержало местное отделение Российской объединенной промышленной партии (РОПП). Если бы не этот лозунг, на выборы, по предварительным подсчетам, пришли бы от силы 30% избирателей. Явились же не менее 46%. А “Единая Россия”, по сути, поддержала “Черкесский конгресс”, постоянно намекающий на возможность войны в случае объединения этих субъектов РФ. В Адыгее ЕР и “Черкесский конгресс” представляют собой сторонников действующего в республике порядка.

У власти находятся адыгейские кланы, все политические и экономические сферы жизни фактически контролируются ими. При том что русские составляют более 60% населения республики. Поэтому в объединении с Краснодарским краем мы видим не только путь к улучшению экономической ситуации, но и возможность изменения несправедливой национальной политики…

Несмотря на мощнейший административный ресурс и “раскрученный” бренд ЕР, в городе Майкопе, Гиагинском и Майкопском районах РОПП по многим округам переиграла ее. Мы продемонстрировали федеральной власти, что административный ресурс уже не способен подавить идею, поддержанную народом.

— Вы находитесь в оппозиции федеральной власти?

— Нет. Но мы говорим, что федеральная политика на Северном Кавказе провалилась, и одна из основных причин этого — игнорирование интересов и прав русского населения в республиках Кавказа. Русские общины здесь (“Союз славян Адыгеи” — это, насколько мне известно, последняя подобная община, которая имеет структуру и свою газету) оказались на правах каких-то партизан. Мы лишены всякой поддержки со стороны “Большой земли”. К сожалению, нынешняя федеральная власть играет категориями лишь сиюминутного интереса — какому олигарху подарить (или продать?) власть в очередном регионе и т.д.

Мы считаем, что наша работа — по сути, реализация идей Путина (укрупнение регионов, равенство субъектов РФ, равенство прав граждан и т.д.), но мы так и не услышали от него самого какого-то сигнала, показавшего бы, что он сам поддерживает то, что говорит.

Прошедшие выборы показали, что федеральная власть всеми силами поддерживает местную ЕР, которая совсем иная, нежели ЕР, находящаяся в Москве: московские единороссы поддерживают политику укрупнения регионов, а местные — всячески ей противятся. Благодаря стараниям местных единороссов закон о референдуме в РА принимался два года и так и не принят.

И то, что федеральная власть — при известных всем неприязненных отношениях между президентом Адыгеи Хазретом Совменом и главой Краснодарского края Александром Ткачевым — в ходе этой избирательной кампании “убедила” последнего сказать, что “нельзя поднимать вопрос об объединении”, также показывает глубочайшее непонимание центром проблем, которые здесь существуют!

Главная вина федеральной власти в том, что в РФ до сих пор нет национальной политики, отвечающей интересам большинства населения. Русские — народ, права и статус которого в Конституции РФ не закреплены. Это и есть главная причина того, что Россия, по сути, теряет Северный Кавказ. Что бы там Путин не говорил про “стабилизирующуюся” ситуацию в Чечне! Мы здесь прекрасно видим, что на самом деле в Чечне сегодня на наши деньги создана армия из людей, еще вчера воевавших против России. И никто не даст гарантий, что завтра — при каком-нибудь минимальном изменении геополитической ситуации — эта армия не будет воевать против нас.

— Вы отрицаете за кавказскими народами право на государственность?

— Нет. Когда некоторые адыгейцы говорят, что, если Адыгея будет лишена статуса республики, они будут добиваться выхода из состава РФ и, более того, бороться за создание “Великой Черкесии” (от моря до моря), они, конечно, имеют право так говорить. Но давайте слушать и других адыгейцев, которые вне России не видят своего будущего! А их, уверяю, большинство! Кроме права на создание своего государства, должна быть еще и реальная возможность для его реализации. Представьте, что на референдуме большинство адыгейцев решит выйти из состава РФ. О каких территориях может идти речь? О тех, на которых они компактно проживают! Это 20-30% территории нынешней РА…

— Адыгейцы заявляют, что это результат Русско-Кавказской войны XIX века, когда 90% адыгейцев были либо убиты, либо изгнаны…

— Да, была война, была трагедия многих народов, населяющих Северный Кавказ. Позднее, после революции, на этой же территории происходил террор против русского населения, так называемое “расказачивание”: более двух третей казачьего населения было расстреляно либо вывезено на север. Так что, “геноцидами” мериться? Это путь назад — к реалиям Кавказской войны. Нам сейчас кое-кто из активистов “Черкесского конгресса” заявляет: “Вас, русских, тут много. Вы хотите что-то решать? А мы сделаем так, что вас будет меньше…” Почему, живя в Адыгее, я должен всем доказывать, что я — законный житель этой территории и имею такие же права, как любой адыгеец?

— В чем конкретно выражается ущемление прав русского населения в РА?

— Когда Адыгея была провозглашена республикой, власть в ней формировалась по принципу апартеида: один голос адыгейца был приравнен к трем голосам русских. Сейчас формально эти положения устранены, но по факту всё осталось как прежде! В мировых судах — большинство адыгейцев; служба судебных приставов — фактически целиком состоит из адыгейцев; в руководстве правоохранительных органов — большинство адыгейцев. В некоторых районах, где адыгейцы составляют не более 40% населения, в ОВД работают до 90% адыгейцев!

Русские в Адыгее составляли до 90% заводских рабочих. Сегодня большинство предприятий, обанкротившихся не только из-за проводимых в стране реформ, но и в результате кланового характера управления экономикой, закрыты. А ведь раньше именно город Майкоп, где сконцентрирована основная часть заводов, кормил Адыгейскую автономную область — давал 80% ее бюджета…

Ныне 70% бюджета РА поступает из федерального центра, и многочисленные чиновники имеют возможность бюджет “распиливать” между собой. За чиновничьи места идет ожесточенная борьба. Происходит постепенное выдавливание русских со сколько-нибудь значимых должностей. Это ведет к тому, что самые активные талантливые русские отсюда уезжают. Уезжают и адыгейцы, не сумевшие найти общий язык с правящими кланами.

Но когда мы говорим об ущемлении прав русских, мы не виним в этом адыгейский народ! Если 5 тысяч чиновников процветают, то адыгейский народ в массе точно так же нищает, как и русский. Я знаю адыгейские аулы, к которым недавно подвели газ, но люди уже не могут за него платить, и им его “обрезают”. Эти аулы совсем не против присоединения к Краснодарскому краю.

Мы собираем подписи под письмом к Путину с просьбой об объединении. И точно так же, как русские, ставят подписи и адыгейцы.

И никакая война в случае объединения не начнется! Всё зависит не от “Черкесского конгресса” — этой кучки радикалов, которых используют в своих интересах адыгейские чиновники. Всё зависит от федеральной власти — от ума, жесткости и последовательности, которые она должна проявить.

— А если в итоге вместо “Черкесского конгресса” в Адыгее появятся более радикальные группы?

— Они придут тогда, когда увидят, что в РФ нет вменяемой сильной власти. И, к слову, не факт, что, скажем, с уходом РФ с Кавказа эту политику здесь будут проводить “черкесские конгрессы”. Скорее всего, ее будут проводить зарубежные исламские центры, Турция и т.д.

Но я все же смотрю на ситуацию с оптимизмом. Думаю, что вопросы с законом о референдуме и об объединении с Краснодарским краем в ближайшее время будут решены в Адыгее положительно. Объединение должно произойти, и как можно раньше!

Комментарий // Председатель комитета “Гражданское содействие”, член Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Светлана Ганнушкина:

— Власть Краснодарского края, по сути, ксенофобская. Яркая иллюстрация — позорная программа переселения турок-месхетинцев, действующая в крае. Когда распался СССР, турки покупали здесь дома у крымских татар (тем, наконец, разрешили вернуться в Крым), работали, возделывали землю — ни минуты не сидели на шее у государства. Они, бесспорно, должны были, согласно последним юридическим нормам, получить российское гражданство. Но нынешняя краснодарская власть так не считает! Более того, она признала сделки по купле домов турками-месхетинцами недействительными, и теперь они не могут продать свои дома, у кого-то их даже отнимают. Люди оказались вынуждены переселяться в США. Я как член комиссии по правам человека при президенте РФ присутствовала при окончательной процедуре соглашения, когда американцы принимали решение принять наших переселенцев. Там были представители ОБСЕ, Совета Европы, ВКБ ООН. И то, как краснодарские власти на этой встрече оскорбительно оговаривали турок-месхетинцев да ещепытались спровоцировать краснодарских учителей, врачей (которые не хотели отрицательно говорить о детях и больных этой национальности!) на заявления, что “с этими людьми жить нельзя”, — это просто позор для России!

Летом я была в Краснодарском крае, посещала общины езидов, живущих на этой территории еще дольше, чем месхетинские турки, но, точно так же не имеющих гражданства. Меня пригласили в одну деревню, где было организовано огромное собрание езидов Краснодарского края, и люди говорили: “Мы любим эту землю, но нам не дают тут жить. Мы хотим уехать”.

Мы все видели, как Ткачев по ТВ сказал, что в Краснодарском крае “фамилии, оканчивающиеся на -ян, -дзе, -швили, -оглы, незаконны так же, как и их носители”. И я не поверю, что, в случае присоединения к краю Адыгеи, у адыгов все будет хорошо. Когда оттуда уедут месхетинские турки и езиды, за адыгов все равно возьмутся, потому что на этом уже построена официальная политика краевой власти.

Пока команда Ткачева находится у власти, даже разговоров о присоединении Адыгеи нельзя заводить! Ведь если адыгов попытаются присоединить силой и возникнет хоть какой-то открытый конфликт, это будет первый случай подобного столкновения кавказских народностей и русских, что чревато всплеском ксенофобии по всей РФ и самыми опасными последствиями.

Немалую опасность усиления ксенофобских тенденций таит в себе и рассматриваемый сейчас в Госдуме закон о признании русского народа “государствообразущим” — такой закон возможен только в империи — ни в одном демократическом государстве его быть не может. Подобная политика приведет только к одному (об этом я сказала президенту во время нашей последней встречи) — к развалу России: да, вы получите Русь в размере Бельгии.

Екатерина Семыкина

Штрафной маршрут Городской парламент поддержал Смольный в намерении жестоко штрафовать «внеконкурсные» маршрутки  »
Юридические статьи »
Читайте также