Торг здесь неуместен

Сумеют ли владельцы ларьков победить Смольный В Смольном сделали очередной шаг в сторону превращения Петербурга в город европейских стандартов. До этого с Невского убрали рекламные перетяжки и вывеску "Golde Dolls". Теперь настала очередь ларьков на остановках. Это встретило неожиданно активный отпор работников мелкорозничной торговли. Они создали общественный комитет, провели митинг и пытаются доказать властям, что если они не откажутся от своей затеи, то хуже будет всем.

Решение о том, чтобы убрать все остановочные ларьки (по официальной терминологии - павильоны, совмещенные с объектами мелкорозничной торговли), было принято на совещании правительства еще 24 сентября, но ларечники забили тревогу недавно. Суть сводится к следующему - вместо старых остановок с ларьками будут ставиться новые, уже без них, но зато с рекламными щитами. В связи с этим КУГИ получил указание не продлевать договоры аренды с владельцами таких остановочных павильонов и совместно с главами районов в срок до 1 июня 2006 года "урегулировать вопросы, связанные с прекращением мелкорозничной торговли на остановках городского транспорта и заменой конструкций на павильоны, созданные по утвержденным типовым проектам". Каким образом урегулировать этот вопрос, не уточняется.

Стремление облагородить город новыми остановками, очевидно, вызвано не только заботой о европейских стандартах, но и поиском новых мест для рекламных носителей, по поводу недостатка которых переживали в новой администрации.

По оценкам владельцев ларьков, в городе от 2 до 3 тысяч остановочных павильонов. В каждом, считая самих продавцов, грузчиков и владельцев, работает не менее 5 человек. Таким образом, без работы, говорят ларечники властям, может остаться 15 тысяч человек.

Как правило, сам ларек находится в собственности предпринимателя, а земля арендуется у КУГИ. В ряде районов ларьки принадлежат крупным фирмам, как правило, связанным с местными администрациями, а предприниматели берут их в аренду.

Большинство владельцев ларьков известие о том, что их бизнесу нет места в Петербурге, стремительно переходящем на европейские стандарты, повергло в шок. "Я живу одна, у меня двое детей, - рассказала "Городу" одна из представительниц этого сектора малого предпринимательства, - и тех денег, которые я зарабатываю, мне хватает только на то, чтобы дать им нормальное образование. У меня даже нет нормальной машины - это к вопросу о наших якобы баснословных заработках. И что будет, когда уберут мой ларек, я не знаю".

Больше всего предприниматели переживают из-за того, что многие из них установили свои ларьки только год назад - перед трехсотлетием их обязали заменить павильоны устаревшей конструкции на новые, стоившие от 5 до 10 тысяч долларов. Старожилы этого бизнеса уверяют, что за всю более чем десятилетнюю историю существования ларьков их заставляли менять не меньше трех раз - причем всегда за свой счет и с требованием покупать на определенном заводе.

Владельцы ларьков создали комиссию по защите малого бизнеса в мелкорозничной торговли, провели митинг, собрали около тысячи подписей предпринимателей и покупателей и передали их Валентине Матвиенко. На что губернатор, по их словам, сказала, что убирать ларьки все равно будет, но - исключительно в правовом поле.

"Наши чиновники говорят о европейских стандартах - конечно, им нужна красота, они ведь видят город из окон своих автомобилей, - заявила "Городу" одна из предпринимательниц, - а людям, которые едут с работу домой, нужно где-то по дороге купить продукты. Смольный делает ставку на крупных иностранных инвесторов, приглашает сюда компании из Москвы, а собственный малый бизнес ему не нужен".

Бунт владельцев ларьков - новое слово в политической истории Петербурга. Если раньше митинги устраивали только политические партии и жильцы уплотняемых кварталов, то сейчас целый класс в почти марксистском понимании этого слова сделал попытку более-менее организованно вступить на путь борьбы. Правда, с отменой губернаторских выборов методов давления на власть осталось немного, а на буржуазно-демократическую революцию у класса ларечников сил явно не хватит.

Тем не менее некоторые плюсы из своей борьбы владельцы ларьков все же извлекли. По словам председателя комитета по печати Смольного Аллы Маниловой, правительство поручило всем главам районов провести мониторинг и вместе с предпринимателями найти те места, в которых надо установить торговые павильоны после ликвидации остановочных павильонов. Причем места в приоритетном порядке будут предоставляться тем, кого выгонят с остановок. Количество таких ларьков, считает Алла Манилова, будет не меньше, чем сейчас на остановках. Правда, даже если случится так, что все изгнанные с остановок предприниматели найдут себе место и получат необходимые согласования, новые ларьки в очередной раз им придется покупать за свой счет.

Комментарий

Алла Манилова, председатель комитета по печати:

- Вокруг этой истории много мифов, которые базируются исключительно на экономическом интересе. Речь идет не столько о борьбе с терроризмом, сколько о вопросах градостроительной политики. Эти ларьки - уродство и позор для города. Кроме того, там просто клинические нарушения правил торговли. Я смотрела сегодня утром сюжет в "Вестях", когда журналисты вместе с торговой инспекцией накрыли ларек - там вся водка была паленая! Две недели назад я видела сюжет в программе Фесуненко, где показывали, как в таких ларьках продаются товары без накладных. Это абсолютно никем не проверяется.

По поводу количества людей, которые останутся на улице. На митингах владельцы ларьков произносили сначала цифру 100 тысяч, потом 50 тысяч. В официальном письме Сергея Федорова, который возглавляет общественный совет по малому бизнесу при губернаторе, упоминается цифра 5 тысяч, причем речь идет не только о торговцах на остановках, но и в подземных переходах и возле метро. Поэтому 5 тысяч надо разделить на два. Когда владельцы ларьков подписывали договор с КУГИ на аренду земли - одни на 3 года, другие на 4, они не могли заключить договор на срок, который бы не покрывал их затраты. И ларьки, кстати, тоже не могут стоить 10 тысяч долларов. Поэтому они уже десятикратно окупили свои ларьки. Срочный договор потому и называется срочным, что ни одна из договаривающихся сторон не берет на себя гарантии его продлевать по окончании срока действия. Если бы их не устраивал этот срок, они бы договор не заключали. Могу заявить, что досрочно мы договоры расторгать не будем, а последние у нас заканчиваются в 2007 году.

Антон Мухин

Избушка художника на льготных ножках  »
Юридические статьи »
Читайте также