Реституции или севрюжины с хреном кому выгодно, чтобы дворянам вернули их особняки?

На прошлой неделе в Петербурге снова заговорили о реституции. Тема не поднималась с середины 90-х, когда русская православная церковь предъявила свои права на здания церквей и иконы. Формальным поводом к возобновлению интереса стали планы правительства Петербурга по распродаже памятников культуры, у подавляющего числа которых есть бывшие владельцы, утратившие собственность в 1917 году.

Впрочем, быстро выяснилось, что повод не является причиной, а инициировали реституционный процесс не сами дворяне, а представители политических организаций, решивших взять несчастных дворян под опеку. Возглавил движение Российский имперский союз-орден (монархическая организация, созданная в 1929 году в Париже). Во времена Гражданской войны в Испании Союз, между прочим, воевал на стороне диктатора Франко. И сейчас они настроены по-бойцовски.

Предложения такие: вернуть особняки бывшим владельцам (или делать с ними, что хочешь, но выплатить дворянам компенсацию). И еще публично извиниться от лица власти за события 1917 года. Мне почему-то сразу представилась Валентина Ивановна: "Простите меня, господа, за то, что Владимир Ильич натворил!". Далее -- вериги, власяница, вода и хлеб...

-- Это нужно как минимум для того, чтобы восстановить отношения с Европой, -- без этого нечего и думать о вступлении в ВТО, ЕС и т. д. Россию просто не будут уважать, если она не извинится, -- говорит депутат Госдумы Александр Чуев, пытавшийся внести законопроект о реституции в Госдуму несколько лет назад, но отозавший его из-за боязни быть непонятным. (Теперь он считает, что народ больше подготовлен и пора возобновить попытки.)

-- Вас бы удовлетворило просто публичное извинение государства? -- спросили мы князя Дмитрия Шаховского. Его дедушка владел домами на Фонтаке, 27, на Преображенской пл., 4, где теперь Генеральное консульство Финляндии, и другими. Теперь Шаховской живет в Париже, преподавая в православном богословском институте.

-- Это отчасти и есть цель нашей кампании, -- говорит Дмитрий Михайлович. -- А также сохранение внешнего облика памятников. Я гуляю по Невскому и вижу, что дом моего деда завешен грубейшей американской рекламой, которую я терпеть не могу!

Когда спрашиваешь, смогут ли бывшие владельцы содержать свои бывшие особняки, выясняется, что у большинства нет на это денег ("Что вы, что вы, мои средства не позволили бы содержать этот особняк", -- говорит Нина Рождественская, один из предков которой был зав. канцелярией вдовствующей императрицы Марии Федоровны).

Более того, выясняется, сами дворяне не так-то уж и жаждут реституции -- на вопрос, хотел бы он возвращения своей собственности, князь Шаховской однозначного ответа не дает, а княжна Вера Оболенская (Мытнинская, 27, Моховая, 20) и Нина Рождественская говорят, что им вообще ничего не надо, лишь бы дома не падали.

Молодые защитники дворян заявляют прямо противоположное. Они жаждут возвращения дворянам их недвижимости, больше, чем сами дворяне, и с такой страстью, будто претендуют на долю.

-- Вернуть все на 100%. Мы не будет требовать возврата арендной платы за 80 лет, -- говорит Борис Туровский, начальник петербургского отдела Имперского союза.

-- Аргумент "нет средств, чтоб содержать" не работает, -- поясняет Андрей Сорокин из того же союза. -- Если нет средств, можно продать.

Однако, судя по настроению нынешних властей, все это малореально.

Кстати, к 1917 году владельцами большей части приличной недвижимости были вовсе не дворяне, а купцы. Московское купеческое собрание подавало несколько исков с требованием о возврате, но ни один не выиграло (хотя несколько ветхих имений были все-таки возвращены волевым решением правительства). В июле 2004-го Конституционный суд отказывался рассматривать подобные иски -- в частности, жалобы на Декрет об экспроприации 1918 года. В то же время по свежему Гражданскому кодексу РФ имущество, изъятое против воли, может быть истребовано не только у бывших революционных матросов, но даже у добросовестных приобретателей. Тем не менее Госдума еще собирается вернуться к вопросу о реституции на парламентских слушаниях в конце 2005-го.

-- Что вы будете делать, если получите финское консульство обратно?

-- Предоставил бы помещения какой-нибудь полезной для России общественной организации, -- говорит Дмитрий Шаховской. -- Очень хочу создать общество по борьбе с русофобией, распространенной в Париже. Но самое больное даже не наши дома, а сельское хозяйство. Моя тетушка в Париже получила письмо от крестьян ее имения в Рязанской губернии: "У нас тут все плохо, срочно возвращайтесь и спасайте". А ей к этому времени было 90 лет.

Алексей Орешкин

Юридические статьи »
Читайте также