Источник ценностей

Реставрационная отрасль Петербурга стремится к самоорганизации и борется за качество работ. Для реставраторов это способ конкуренции со строительным бизнесом

Реставрационная деятельность превращается в самостоятельную и значимую отрасль экономики Санкт-Петербурга. Одним из свидетельств этого стала выставка «Реставрация», впервые организованная в рамках состоявшегося недавно ежегодного международного форума «Интерстройэкспо». Толчком к формированию рынка реставрационных работ послужило масштабное финансирование в преддверии 300?летия города (см. «Эксперт С-З» №14 от 14 апреля 2003 года). Пережив бум «больших денег», рынок за прошедшие три года продемонстрировал тенденцию к устойчивому развитию. На фоне продолжающегося роста вложений в реставрацию (особенно со стороны частного бизнеса) и усиливающейся конкуренции реставраторы стремятся к большей профессиональной самоорганизации и установлению единых для сообщества правил игры. Делая ставку на обеспечение гарантированного качества работ и на поддержку Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры (КГИОП), они рассчитывают сохранить позиции в конкуренции с демпингующими «чужаками», которые пытаются приходить на реставрационный рынок из строительного бизнеса и сферы ЖКХ.

Деньги и риски

Главным фактором развития реставрационного рынка остается рост бюджетных ассигнований (по сравнению с 2000 годом они увеличились более чем в 10 раз). «Именно стабильность бюджетного финансирования на протяжении трех лет после юбилея позволяет говорить о формировании отдельной отрасли экономики, – отмечает председатель Союза реставраторов Санкт-Петербурга Нина Шангина. – Причем, как это следует из мирового опыта, тенденция к увеличению вложений в реставрацию всегда свидетельствует об определенном уровне развития экономики и благосостояния страны». «В Петербурге, несомненно, уже существует серьезный реставрационный рынок. Постепенно он становится более цивилизованным и понятным», – говорит председатель КГИОП Вера Дементьева.

Хотя средства на реставрацию поступают из самых разных госструктур, ключевым лоббистом отрасли в последние годы выступает КГИОП. «Можно снять шляпу перед руководителями КГИОП, и в первую очередь Верой Анатольевной Дементьевой, которым удается доставать очень значительные средства на реставрацию», – констатирует председатель правления НП «Северо-Западная ассоциация реставраторов РФ» («Сезар») Артем Новиков.

Ноу-хау КГИОП стала разработка утвержденной правительством города Стратегии сохранения культурного наследия , обосновывающей экономическую эффективность вложения в реставрацию бюджетных и частных средств. Наиболее значимый для отрасли продукт «нового курса» – рассчитанная на 2005?2007 годы программа «Фасады Петербурга» . В 2006 году, по словам Дементьевой, из бюджета города выделяется 340 млн рублей, еще 290 млн Смольный привлечет из подконтрольных ему внебюджетных источников. Объем заказов растет за счет того, что собственников и арендаторов вынуждают (убеждениями и административным давлением) реставрировать фасады своих зданий.

Заказчиком работ по федеральным памятникам (в федеральном бюджете 2006 года на эти цели предусмотрено 250 млн рублей) выступает ФГУ «Северо-Западная дирекция по строительству, реконструкции и реставрации» (СЗД). Самые дорогие его объекты – реконструкция Мариинского театра, восстановление дворцово-паркового ансамбля «Ораниенбаум», реставрация и капремонт Александринского театра. Вскоре к ним прибавятся реставрация с приспособлением под музейные нужды восточного крыла Главного штаба и, возможно, реставрационные проекты в Летнем саду (говорят о выделении 700 млн рублей). Ряд объектов финансируется и через федеральную Адресную инвестиционную программу.

Руководители петербургских реставрационных компаний отмечают, что рынок федеральных заказов гораздо менее открыт по сравнению с системой, замыкающейся на КГИОП. «Подчас федеральные заказы получают фирмы, не имеющие никакого отношения к реставрации, некоторые из них вообще выросли на федеральных деньгах, – отмечает генеральный директор ЗАО „Акме-дек“ Андрей Михайленко. – Зачастую доступ к средствам зависит от наличия соответствующих связей в Москве. Результат одного из тендеров, в котором мы участвовали, вызвал столько вопросов, что мы пытались оспорить его в судебном порядке, впрочем, безуспешно». Жалуются участники рынка и на чрезвычайно громоздкую систему согласований работ по федеральным объектам (КГИОП полномочий по ним пока не имеет).

Золотая жила

В последнее время наметилась тенденция быстрого увеличения объема частных инвестиций в реставрацию (по мнению экспертов, они вскоре могут превысить все бюджетные вложения). Достаточно полной информации по таким инвестициям в администрации Петербурга нет – КГИОП известно лишь о средствах Фонда развития Санкт-Петербурга, формируемого за счет пожертвований ТНК-ВР (в 2006 году из этого источника будет выделено около 900 млн рублей). Помимо программы «Фасады Петербурга» деньги направляются на реставрацию федеральных памятников (Александро-Невской лавры, каре Смольного собора, ряда объектов Адмиралтейства): с 1 января 2006 года субъекты федерации получили такую возможность. Пока конкурсы по заказам, финансируемым из средств фонда, проводятся по схеме, более упрощенной, чем в системе горзаказа, но с 2007 года процедуры будут едиными.

Фактически контролируются госструктурами и частные средства, аккумулируемые в Фонде поддержки восстановления и развития дворцово-паркового ансамбля «Ораниенбаум». Учредители фонда (ОАО «Уралкалий» и ООО «Национальная контейнерная компания») уже второй год выделяют по 70 млн рублей. Необычным способом привлечения средств стал проведенный КГИОП год назад первый аукцион для меценатов «Магазин подарков». Представители бизнеса финансируют реставрацию конкретных скульптур, оград, витражей общей стоимостью 27 млн рублей.

Что же касается инвестиций предпринимателей в реставрацию зданий-памятников, находящихся в их собственности или долгосрочной аренде, то, по словам Дементьевой, сейчас в работе 50?60 таких проектов. Однако председатель КГИОП затрудняется оценить объем вкладываемых средств: «Согласуя документацию, мы смотрим, какие виды работ предполагается проводить, в какой последовательности, с использованием каких технологий и материалов. Стоимость же работ – вопрос отношений инвестора с подрядчиком. Сметы мы изучаем в тех случаях, когда объект недвижимости передан городом на инвестиционных условиях или когда арендатор намерен компенсировать расходы на реставрацию за счет арендной платы».

Эксперты отмечают, что стоимость реконструкции и комплексной реставрации дворца или особняка в центре Петербурга может колебаться в пределах 10?30 млн долларов, причем инвесторы обычно не афишируют свои реальные расходы. Впрочем, известно, что, к примеру, реставрация особняка Тенишевых на Английской набережной, 6 для представительства Чукотки обошлась инвесторам в 12,5 млн долларов (затем здание было продано «Сибнефти» примерно за 16 млн долларов). Частные заказы занимают уже значительное место в портфеле многих реставрационных фирм. «В прошлом году мы вообще не работали на бюджет, оказавшись загружены заказами частных компаний по реставрации фасадов», – отмечает генеральный директор ЗАО «Горюнов и Горюнов» Лев Кузнецов. Среди особенностей работы с частными заказчиками участники рынка называют неформальность тендеров (процедура выбора подрядчика может занять несколько дней или часов, но отнюдь не полгода, как при проведении бюджетных конкурсов), более гибкую систему оплаты, но и оченьстрогую ответственность за качество работ и выполнение гарантийных обязательств.

За чистоту рядов

Рост объемов финансирования не привел к кардинальному увеличению количества участников рынка. В Петербурге около 400 организаций имеют лицензии. Но, как отмечают и сами реставраторы, и руководители КГИОП, лицензии выдаются федеральными органами формально и их наличие не всегда позволяет причислить фирму к реставрационному сообществу. В Петербурге 60?80 организаций профессионально занимаются реставрацией как основным видом деятельности. Порядка 10?15 фирм могут осуществлять комплексную реставрацию, остальные имеют более узкую специализацию (например, фасадные работы активно ведут 20?30 компаний).

Участники рынка подчеркивают его консервативность. «Наш рынок объективно консервативен, профессиональная структура не может появиться на пустом месте, – говорит Михайленко. – Ее должен возглавлять специалист, отработавший 5?10 лет в реставрационной организации, получивший опыт и навыки, позволяющие самостоятельно выступать на рынке, формировать портфель заказов». В то же время заметно стремление заняться реставрацией со стороны новых структур, не имеющих соответствующего опыта. «Люди поняли, что это может быть прибыльным делом, поскольку реставрационные расценки выше строительных, и стали получать лицензии, – отмечает Новиков. – Количество таких организаций ежегодно возрастает где-то на 10%. Но с точки зрения профессиональных критериев за год появляется максимум одна-две организации, которые могут быть отнесены к реставрационному сообществу. Допустим, заместитель директора строительной компании, отвечающий за реставрационную деятельность, решает создать собственную фирму».

Новая тенденция – усиление роли профессиональных объединений. Фактически они становятся инструментами конкурентной борьбы с компаниями, приходящими на реставрационный рынок из сферы строительства и производства стройматериалов, дорожных работ, ЖКХ. Корпоративные союзы теперь предъявляют к своим членам гораздо более жесткие требования по исполнению методик и технологий, гарантирующих качество работ. Борьба за соблюдение реставрационных стандартов имеет и вполне прагматическое значение – как противодействие явному демпингу. Компании, предлагающие на конкурсах скидку 40?50%, встречают гневное осуждение коллег, более того, известны случаи их исключения из общественных организаций.

Характер конкуренции отразился и на процессе самоорганизации сообщества реставраторов. Так, деятельность Союза реставраторов Санкт-Петербурга, созданного в 2001 году, в течение полутора лет после юбилея города была ограничена конфликтами. В результате сменилось руководство союза (прежние начальники возвратились в ремонтно-строительный бизнес) и усилились позиции специализированных реставрационных компаний. В конце 2003 года, на волне юбилейного подъема, была учреждена Балтийская международная ассоциация реставраторов (BIRA), она зарегистрирована в Таллине и объединяет специалистов стран Балтийского региона. Сейчас большинство петербургских организаций, входящих в BIRA, являются также членами союза. В 2004 году появилось НП «Сезар», которое сделало ставку на работу в регионах по программам Министерства культуры РФ. По оценкам Новикова, на долю «Сезара» приходится порядка 80% объема реставрационных работ на Северо-Западе и около 30% – в Петербурге. Шангина полагает, что в Петербурге доля рынка, занимаемая Союзом реставраторов, составляет 80% (причем ряд фирм по тактическим соображениям входит и в «Сезар»).

Лоббисты качества

Самой актуальной проблемой участники рынка называют несовершенство нового федерального закона о госзакупках, который абсолютизирует критерий минимальной цены при определении победителей конкурсов. Дементьева, признавая сложности, отмечает: «Очень многое зависит от уровня подготовленных нами конкурсных условий, которые должны, не нарушая закон, не пускать на рынок непрофессионалов, например строительные фирмы, не умеющие работать с объектами культурного наследия. Поэтому мы детально прописываем виды работ и технологии, чтобы все видели: демпинговать не на чем, снизив цену на 30?40%, нельзя уложиться в стоимость контракта, а выполнять работы некачественно мы не позволим». Уже был случай, когда пошедшая на демпинг компания отказалась от заключения контракта; несколько контрактов по инициативе КГИОП были расторгнуты через суд. «Реставрационное сообщество не может сказать, что КГИОП лоббирует какие-то фирмы, – мы лоббируем только соблюдение технологий и качества, – утверждает Дементьева. –И профессиональных реставраторов такие правила устраивают».

Сами реставраторы не склонны переоценивать роль административного фактора, хотя и понимают, что возможностей их сообщества недостаточно. «Когда какая-то новоявленная фирма готова сделать хотя бы одну реставрацию по заниженной на 50% цене и с сомнительным результатом, сложно призывать ее проникнуться профессиональным духом, – отмечает Михайленко. – Увы, в отличие от строителей, которые твердо держат рынок, реставраторы „падениями“ в цене до 40?50% наводят чиновников на мысль о завышенности расценок и излишнем благополучии на рынке. Некоторые идут на демпинг ради выживания. Но при такой ценовой политике сложно говорить как о качестве работ, так и о возможности развиваться, вкладывая средства в базу, в обучение специалистов».

КГИОП и руководители объединений реставраторов планируют подписать Декларацию о сохранении петербургской реставрационной школы. Участники рынка обязуются соблюдать нормы, правила и стандарты, нести ответственность за цену конкурсных заявок, «иметь мужество отказаться от ведения работ, предполагающих нарушение реставрационных технологий». Кроме того, вместе с КГИОП Союз реставраторов и «Сезар» создают комиссии по контролю за качеством работ, выполняемых их членами. Понятна маркетинговая подоплека идеи – реставраторы надеются, что фирмы, качество работы которых гарантируют «брендовые» союзы, будут иметь преимущества при распределении заказов.

По мнению участников рынка, проблему недобросовестной конкуренции отчасти может решить принятие на федеральном уровне отраслевых нормативов, четко прописывающих методики работ, технологии, использование материалов. Но власти не форсируют эту работу, требующую значительных средств, и, очевидно, вопрос решается только усилиями всего реставрационного сообщества в масштабах страны.

Резервы роста

Перспективы развития рынка реставраторы связывают не в последнюю очередь с дальнейшим увеличением бюджетного финансирования. И, скорее всего, на уровне города эта тенденция сохранится. Дементьева убеждена, что фасадная программа продолжится и после 2007 года, охватывая не только парадные магистрали. «Меня радует, что в администрации города и в Комитете экономического развития перестают смотреть на КГИОП как на затратное ведомство, а начинают оценивать экономическую эффективность его работы для города, – говорит Дементьева. – Так, при затратах на реставрацию квадратного метра фасадов в среднем 59 долларов рыночная цена недвижимости в этих зданиях возрастает на 90?120 долларов за квадратный метр. Таким образом, увеличивается и стоимость городской собственности». Однако реставраторы высказывают пожелания, чтобы КГИОП лоббировал выделение средств не только на фасадную программу, но и на другие виды работ – реставрацию интерьеров, кровель, фундаментов.

Потенциал роста Новиков видит в реализации комплексных реставрационных программ в регионах. Ассоциация работает с Федеральным агентством по туризму, определяя нуждающиеся в реставрации памятники, которые могут стать привлекательными и для туриндустрии. «Получаются, по сути, инвестпроекты, предусматривающие выделение средств и на реставрацию памятников, и на благоустройство территорий вокруг них, на прокладку дорог, – говорит Новиков. – Такие проекты легче защищать, добиваясь бюджетного финансирования». Требуется решать и сдерживающую развитие рынка проблему подготовки специалистов, болезненную для регионов (в отличие от Петербурга).

Но самый значительный толчок к развитию отрасли – создание условий, стимулирующих приток частных средств в реставрацию. Принятие закона о меценатской деятельности – это лишь один из элементов. Прежде всего необходим эффективный механизм массовой передачи памятников в частную собственность, обеспечивающий, разумеется, выполнение инвесторами требований охранных обязательств. Благодаря этому реставрационная отрасль выйдет на качественно новый уровень, определяемый «внебюджетной» экономикой и логикой частного бизнеса.

Санкт-Петербург Игорь Архипов

Естественное – разумно  »
Юридические статьи »
Читайте также