Губить здоровье не стоит, даже если вам платят хорошие деньги

В Петербурге каждый год на рабочем месте десятки людей гибнут, сотни — получают увечья, еще больше — профессиональные заболевания. Увы, ни одно общество не свободно от этой проблемы. Однако по тому, как охраняется труд, как защищен на службе человек, на какую компенсацию и поддержку может рассчитывать потерпевший на производстве, можно судить о степени развития общества.

В деле охраны труда сталкиваются интересы многих: самого человека, его работодателя, государства, профсоюзных и общественных организаций. Сегодня Андрей Громов — главный государственный эксперт по условиям труда в Санкт-Петербурге, начальник управления комитета по труду и социальной защите населения — рассказывает журналисту Максиму Касимову о парадоксах статистики и о том, что могут сделать сами люди, чтобы не только приходить каждый день на работу, но и еще и уходить с нее, причем здоровыми.

— Андрей Борисович, так сколько же человек получают увечья на работе? И можно ли доверять официальным данным в этой сфере?

— Cудя по официальным данным, травматизм на производстве в последние десять лет снижается. В минувшие три года зафиксирована такая динамика. Каждый год количество травм уменьшается более чем на десять процентов: 2003 год — 3721 случай, 2004 год — 3049, 2005-й — 2814 случаев. Таким образом, судя по статистике, за пять лет наши организации стали «безопаснее» в полтора раза. Но все — и работники, и работодатели — конечно же, понимают: цифры, свидетельствующие о благополучной тенденции, от лукавого. Статистика не отражает действительности, потому что учитывает далеко не все происшествия. Многие предприятия «прячут» несчастные случаи.

— Почему они так поступают? Руководители боятся судов? И какова более или менее реальная картина травматизма на производстве?

— Честно отчитываются об инцидентах подразделения крупных иностранных концернов. У транснациональных корпораций вообще очень высокие стандарты, в том числе и по охране труда. Фактически у них двойной контроль — в соответствии с российскими требованиями и своими, которые порой жестче отечественных. Старые большие предприятия с советскими традициями тоже относительно честно сообщают о происшествиях. В целом же достоверно нас информируют о происшествиях примерно 5% предприятий, на которых заняты около 15% петербуржцев.

Мелкие фирмы, к сожалению, из статистики выпадают практически полностью.

Об отношении работодателей Петербурга к проблемам безопасности труда можно судить по косвенным данным. В городе действует ассоциация «Безопасный труд», которая объединяет поставщиков спецодежды и фирмы, оказывающие услуги по решению вопросов охраны труда на предприятиях. Так вот, по ее сведениям, за последние три года кардинального увеличения финансирования охраны труда не произошло.

Главный корень зла в том, что директору невыгодно регистрировать происшествия. Тут надо пояснить, что, согласно федеральному закону «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» , действует принцип: чем больше зафиксировано травм, тем выше на следующий год отчисления в Фонд соцстраха. Кроме того, каждый зафиксированный случай — это расследование, сообщение в прокуратуру, инспекцию по труду, в наш комитет. Вот и скрывают травмы, как могут.

— Интересно, кто чаще страдает от травм — работники с высокой или низкой квалификацией? И в каких отраслях?

— Это может показаться странным, но в основном получают травмы высококвалифицированные специалисты. Хотя, конечно, и разнорабочий может сорваться с лесов, погибнуть...

За прошлый год в городе было 128 смертельных случаев на производстве, из них половина — в строительстве, это самая опасная отрасль, на втором месте — транспорт.

В целом тенденция четкая: там, где сильный профсоюз, там относительный порядок. В этом смысле положительный пример — Морской порт Санкт-Петербурга, точнее — весь комплекс организаций, работающих на его территории. На них «приходится» всего 0,5% травм, притом что это зона, насыщенная сложной техникой, где производятся операции, объективно опасные для людей, и где очень много занятых.

Сегодня каждому человеку пора осознать свою ценность и использовать по крайней мере то, что ему доступно, — силу профсоюза, возможности коллективного договора.

Напомню лишний раз и о том, что сегодня можно приобрести множество средств, делающих труд менее опасным. Это и спецодежда, и респираторы, и всевозможные приспособления, снижающие риск профессиональных заболеваний.

— Если для петербуржцев существуют такие проблемы, то можно себе представить, насколько сильной производственной опасности подвергают себя мигранты...

— Нелегальные мигранты — тема для отдельного разговора. Они действительно порой работают в жутких условиях, становятся жертвами несчастных случаев. Причем происшествия с ними в основном скрываются. По разным данным, нелегалов в городе от 30 до 200 тысяч человек, и, исходя из этого, можно догадываться о масштабах проблемы.

Что же касается легальных трудовых мигрантов, то их немного, с ними в год регистрируется 1 — 2 несчастных случая на весь мегаполис. Так что основные проблемы связаны с нашими гражданами.

— Что же делать?

— Нужен жесткий контроль со стороны государства. В кулуарах предприниматели признают, что, пока они не будут бояться реально наступающей ответственности за нарушение трудового законодательства, как сегодня опасаются налоговых проверок, — они будут экономить на охране труда.

Здесь хочу подчеркнуть: все законы, все нормативные подзаконные акты по охране труда, существуют. Права работника защищают Конституция, федеральные законы, трудовой договор, коллективный договор. Нужно только, чтобы они заработали. И тут не обойтись без активной позиции самих наемных работников. Индивидуальный договор необходимо читать целиком, а не только графу «заработная плата». Что касается коллективного договора, он и вовсе существует, по моим данным, всего на 10% предприятий города...

Правда, люди сегодня все-таки учатся защищать свои интересы, и уже есть примеры, первые обнадеживающие результаты. Существует, например, прецедент, когда за временную утрату трудоспособности суд присудил пострадавшему сотруднику фирмы около 200 тысяч рублей компенсации, и эта сумма выплачена.

Конечно, в правовом отношении подкованы не все наемные работники, но сегодня все больше юридических фирм предлагают свои услуги по ведению таких дел.

Что еще можно сделать?

Конечно же, все места службы должны быть аттестованы, а люди ознакомлены с условиями работы.

Если говорить о нашем комитете, то он проводит обучающие семинары, помогает людям в создании организаций защиты труда.

— Кроме комитета по труду за условиями труда надзирает еще и госинспекция...

— Сильно уповать на госинспекцию не приходится. На мегаполис с 360 тысячами организаций и предприятий — всего 80 инспекторов, только половина из которых занимаются вопросами охраны труда. Если прикинуть возможности человека, то получается: визита инспектора надо ждать один раз в... сто лет. И это не фигура речи, а статистика.

Я считаю, что добиваться улучшения условий труда должны совместно: работники — «снизу», через свои общественные организации и государство — через органы контроля и надзора.

— Еще лет десять — пятнадцать назад люди, причем не приезжие из бедных республик, а здешние, зачастую были готовы работать в невыносимых условиях. Понятно, в самый тяжелый момент экономической реформы проблема была в том, чтобы найти себе кусок хлеба. И зачастую сами работники в штыки встречали тех же трудовых инспекторов. Изменилась ли ситуация сегодня?

— Вынужденный энтузиазм еще встречается. Ради дополнительных рублей для своих семей люди нередко соглашаются на тяжелые и небезопасные условия труда. И мало кто задумывается над тем, что не всегда можно даже получить компенсацию за утраченное здоровье.

Проще всего ее добиться, если травма получена на рабочем месте.

Но вот профессиональные заболевания развиваются постепенно. Сначала организм сопротивляется, потом в нем долго, порой годами и даже десятилетиями, накапливаются изменения. И когда наконец диагноз становится очевидным, бывает крайне сложно доказать причинно-следственную связь между условиями работы и болезнями. Поди докажи, что расстройство здоровья произошло не от плохих условий быта! А если человек работал на схожих должностях в нескольких компаниях, возникает вопрос — к какой из них следует предъявить иск о компенсации?

Бывает сложно добиться компенсации и по ряду других причин. Например, фирму к моменту установления заболевания закрыли. Или предприятие прошло процесс дробления, сменило правовой статус, вспомогательное производство было отдано частным предпринимателям, всевозможным ООО, а те, как известно, периодически объявляют о своей ликвидации...

При всем этом компании имеют квалифицированных юристов, которые обычно используют все мыслимые и немыслимые зацепки, чтобы уйти от ответственности за вред, причиненный здоровью человека.

Так что лучше бороться за свои права «здесь и сейчас», а если это невозможно, то отказываться от условий труда, в которых будет погублено ваше здоровье. Работа во вредной среде в конечном счете невыгодна, какую бы зарплату за нее ни платили.

Кстати

По данным Международной организации труда (МОТ), в мире каждый год от несчастных случаев и вследствие профессиональных заболеваний погибают 0,1% работающих людей. В России этот показатель ниже — 0,07%, но у нас учитывается в основном гибель от несчастных случаев, производственные же заболевания практически вне этой статистики.

Из-за чего же гибнут люди? На первом месте, по подсчетам МОТ, — раковые заболевания (32%), возникновение которых связано с условиями труда; на втором месте — появляющиеся по той же причине сердечно-сосудистые болезни (23%); дальше следуют несчастные случаи на производстве (19%) и инфекционные болезни, также связанные с трудовой деятельностью (17%).

Что в мире предпринимают, для того чтобы снизить эти показатели?

Как свидетельствует та же МОТ, большая часть производств, опасных для здоровья человека, уже выведена за пределы экономически развитых стран. В результате этого там снизилось количество травм и несчастных случаев, но появилась другая проблема. Рост заболеваний, связанных с увеличивающимися психологическими перегрузками и напряженностью труда.

Максим Касимов

Юридические статьи »
Читайте также