Бандитское, а не полицейское...

Генпрокуратура РФ решила на минувшей неделе совместно с комитетом Госдумы по безопасности инициировала ряд поправок в законодательство по борьбе с экстремизмом.

В частности, предложено ужесточить наказание по ст. 282 УК ("Возбуждение национальной, расовой или религиозной ненависти") с двух до четырех лет лишения свободы, создать при минюсте спецподразделение экспертов по лингвистике, этнологии и психологии, а милицию, следователей и судей снабдить памятками для выявления ксенофобских высказываний в СМИ.

А спустя два дня петербургские милиционеры при задержании застрелили Дмитрия Боровикова, подозреваемого в причастности к убийству сенегальца Самбы Лампсара и находящегося в международном розыске в рамках уголовного дела экстремистской группы Mad crowd. Официальная версия: подозреваемый оказал правоохранителям "сопротивление при помощи ножа".

Всплеск антиэкстремистской активности правоохранителей комментирует председатель правозащитной организации "Гражданское содействие" Светлана Ганнушкина.

- Все эти поправки абсолютно бессмысленны. Проблема ведь не в том, что мера наказания за преступления на почве межнациональной розни "слишком мала", а в том, что статья 282 УК практически не работает. Причем не работает именно в случае с фашизмом: милиция в таких случаях ссылается на препятствия, связанные с доказательством национальной подоплеки. Но когда дело касается антифашистской деятельности, тут правоохранителей никаких трудностей с поиском доказательств против тех, кто борется с фашистами, нет.

Разговаривая с прокурорами и представителями МВД, я несколько раз убеждалась в том, что этим людям сверху даны конкретные установки не расследовать дела на национальной почве. Мы неоднократно присылали документы по делам, связанным с проявлением ксенофобии, однако правоохранительные органы нам отказывали, прямо говоря, что у них целые залежи подобных материалов, но расследования по ним они вести не будут, поскольку такие дела вряд ли когда-то раскроют.

- Однако петербургские милиционеры, при задержании застрелившие одного из подозреваемых в экстремизме, похоже, моментально отреагировали на слова федеральных чиновников об "ужесточении мер"...

- К сожалению, наши правоохранительные органы разучились профессионально работать. О какой квалификации можно говорить, когда несколько милиционеров не смогли обезоружить парня с ножом? Сверху поступил сигнал бороться с экстремизмом. Вот милиция и делает это так, как может...

- Новые поправки, предложенные депутатами Госдумы, предполагают запрет на митинги, в которых люди участвуют по национальному признаку. Но ведь ст. 31 Конституции РФ гласит, что граждане РФ имеют право на собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование...

- Антиправовым является любой запрет объединения людей, по какому бы они принципу ни собирались. Предположим, что национальная диаспора, живущая в Москве, выйдет и будет протестовать против действий своего - или российского - государства. Что, это будет считаться незаконным?! Удивительно, но я, например, точно знаю, что грузины, выступающие против режима Саакашвили у стен грузинского посольства в Москве, пользуются широкой поддержкой российских властей. Их даже заставляют с рынков отправляться на такие митинги...

- Еще одна спорная, с точки зрения права, инициатива была предложена зам. генпрокурора Колесниковым - о необходимости создания банка данных "людей, явлений и процессов, могущих иметь отношение к экстремистской деятельности".

- Фактически это явится узакониванием презумпции виновности каждого гражданина РФ, который, в принципе, может быть признан прокуратурой потенциальным экстремистом.

Думаю, что подобные антиправовые поправки не только не улучшат ситуацию с противодействием ксенофобии, но, напротив, приведут к усилению произвола правоохранителей. Наша власть - если бы хотела - давно могла бы начать эффективно бороться с проявлениями национал-экстремизма. Но она этого не хочет, поскольку ей выгодно держать население в страхе.

Чтобы наши законы, наконец, заработали, нужно поменять всю государственную систему в целом. А пока мы живем в государстве, которое даже полицейским назвать нельзя. В России полицейская система живет и работает по бандитским законам.

Оксана Попова

ВВП и ВПК  »
Юридические статьи »
Читайте также