Маленькие актеры большого порно

Детство этих подростков, завсегдатаев улиц и подвалов, давно закончилось. Если оно вообще у них когда-то было. А истории их похожи друг на друга, будто писанные под копирку. У каждого из этих детей есть родители, есть свой дом. Только жить в нем гораздо хуже, чем в том же подвале. Вот и бегут они из дома - от родительского пьянства, от насилия, физического и сексуального. Сначала уходят на день-два -в надежде, что дома наконец закончится водка и жизнь худо-бедно нормализуется. Потом, когда этого не происходит, - на неделю. Затем -навсегда.

Дети подземелья

Когда мы готовили этот материал, инспектор по делам несовершеннолетних забрал из очередного подвала и отвез домой девочку Таню. Ей - лет 14. Последние три года она не живет дома. У нее тоже есть родители, но свою дочь все это время они и не искали...

В каждом дворе таких подростков несколько, похожих друг на друга своей ненужностью никому. Самым младшим из них по 10-11 лет, старшим - по 14-15. Они выживают в этом мире, сбиваясь в стаи. Где-то неподалеку обязательно есть подвал со старым продавленным диваном, тусклой лампочкой, электрической плиткой. Там они и живут -дети подземелья. Там впервые пробуют "дышать". Сначала для получения новых ощущений, потом для их повторения. Потому что, "подышав", теряешь ощущение времени, чувства голода и холода. Наступает состояние забытья, эйфории. В итоге большую часть своей жизни эти подростки проводят в состоянии измененного сознания. Сначала "дышали" бензином (в милицейском сленге в начале 90-х даже появился специальный термин - "дыхальщики"). Потом несколько лет самым популярным средством был клей "Момент", и где-нибудь на детской площадке запросто можно было увидеть процесс "розлива" - кружок на 5-7 человек с пустыми полиэтиленовыми пакетами в руках, а в центре - "дозатор" с тюбиком.

Сейчас "дышат" лакокрасочным растворителем "Толуол" или обувной краской "Карат". И то, и другое можно свободно купить в любом хозяйственном магазине. И все чаще стали внутривенно употреблять буторфанол - лекарственный препарат, обезболивающее, который должен продаваться по рецепту и лицам не моложе 18 лет. На самом деле купить его можно вполне свободно. А попадая в зависимость от употребления "спецсредства", дети начинают искать деньги...

Недетская работа

В последнее время кроме ставших обычным явлением попрошайничества, мелкого воровства и мытья машин у этих детей появился другой, более прибыльный и заманчивый вид заработка. В начале марта этого года в Калининском районе сотрудники инспекции по делам несовершеннолетних в ходе одной из "профилактических бесед с подучетным элементом", а именно - с 13-летней девочкой по имени Юля, получили "оперативную информацию". Юля рассказала инспектору (а необходимо заметить, что отношения, которые устанавливаются между инспектором и детьми, нередко перестают быть только официальными, потому что по существу инспектор становится для подростков единственным человеком из внешнего мира, от которого они получают если не заботу, то хотя бы участие, внимание к своей жизни), что уже в течение двух месяцев она и еще четыре ее подруги посещают одну квартиру в доме на улице Ушинского. В квартире живет мужчина по имени Марат, ему около 30 лет, и он не из Питера. Познакомились они с ним у станции метро "Гражданский проспект": Марат купил Юле шаверму, после чего они разговорились о житье-бытье. Затем Марат пригласил Юлю к себе, напоил горячим чаем, проявил невиданное участие, расспросив о школе, о семье. Невзначай поинтересовался: а на что живешь? Понятно. Тогда есть предложение. И Марат рассказал Юле, что он фотограф. И ему нужны модели - девочки и мальчики не старше 14 лет, так что Юля для этих целей - то, что нужно. А за съемку он будет платить ей по 250 рублей. Правда, есть одно условие: сниматься нужно будет обнаженной. Юля долго раздумывать не стала. Потом, когда ее спросят, почему она согласилась на это "заманчивое" предложение, девочка скажет, что ей было все равно, что делать, главное -чтобы платили деньги.

Как установят сотрудники милиции, в съемочную программу входили фото- и видеосессии, в ходе которых нужно было позировать, медленно раздеваясь, принимать различные недвусмысленные позы и прочее, прочее, прочее. Например, выполнять определенные манипуляции, используя силиконовые фаллоимитаторы. Неискушенная Юля называет их "самотыки". В конце съемки Марат сказал, что если Юля найдет и приведет к нему еще девочек или мальчиков такого же возраста, как и она, то за каждого девочка также получит материальное вознаграждение. Дело в том, что одну модель снимают не больше трех-четырех раз, успевая за это время снять все возможные ракурсы. А повторения никого не интересуют. Значит, для того, чтобы поддерживать "производство", нужны новые лица.

Юля рассказала о Марате своим подругам. И те тоже согласились поучаствовать в "творческом" процессе. Во-первых, интересно. Во-вторых, деньги платят. В принципе, нет никакого смысла описывать все "постановочные моменты" этих съемок. Достаточно сказать, что они были направлены исключительно на удовлетворение спроса клиентов самого широкого круга интересов.

В результате определенной работы Марат был задержан. В отношении его даже возбуждено уголовное дело. Но это лишь один эпизод, о котором можно говорить как о прецеденте, демонстрирующем способность государства если не предотвращать, то хотя бы пресекать такие преступления. Только это, как говорится, капля в море. Потому что в действительности масштабы этого "бизнеса" таковы, что, по данным инспекции по делам несовершеннолетних, каждая из "подучетных" девочек в возрасте от 12 до 15 лет вели не принимала участие в подобных съемках, то получала такое предложение. Между тем, по словам инспектора по делам несовершеннолетних Екатерины Ковалевой, в настоящий момент только у нее на учете состоит 100 детей. А общая статистика иллюстрирует только тенденцию на увеличение количества "подучетников". Каждый из которых - потенциальная находка для порноиндустрии.

Это не порнография, это эротика

Закон в подобных случаях предусматривает ответственность по совокупности двух статей Уголовного кодекса - за изготовление и оборот порнографических материалов с привлечением лица, заведомо не достигшего 16-летнего возраста (ст. 242* предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до шести лет) и за совершение развратных действий в отношении лица, заведомо не достигшего 16-летнего возраста (ст. 135 УК РФ). Вот только предусматривать - это одно, а воплощать на практике, как известно, - совсем другое. По словам старшего оперуполномоченного криминальной милиции Ольги Полищук, для ст. 242* необходимо, чтобы материалы, которые удалось процессуально грамотно изъять и оформить, были признаны порнографическими. А это та еще история! Дело в том, что единообразного понимания признаков, позволяющих считать, например, ту же самую видеозапись порнографической, у нас, как водится, нет. В каждом конкретном случае решение принимается комиссией экспертов в составе искусствоведов и медиков. Повидеозаписи, которую осуществлял Марат, комиссией было вынесено заключение, что "в представленных материалах отсутствуют множественные, циничные изображения половых актов, мастурбации и т. п., что позволяет считать данные материалы эротикой". Значит, применить к данному случаю ст. 242* невозможно. Но даже если бы экспертиза признала эти материалы порнографией, у Марата и его "коллег" есть беспроигрышный вариант. Достаточно только заявить, что делали они это для собственного удовольствия, а отнюдь не для распространения и удовлетворения чьего-то похотливого интереса. Порнофабриканты ведь законы тоже читают. Поэтому носители, отражающие "процесс производства" так называемой эротики, хранятся у них в единственном экземпляре.

А что же статья 135 УК, спросите вы? Для ее применения тоже существуют нюансы. Потерпевшие - несовершеннолетние. Соответственно, самостоятельно ни в каких процессуальных действиях участвовать не могут. В этом случае обязательно присутствие законных представителей, то есть родителей. Родители у таких детей, как мы уже упоминали, есть. Но они - контингент особый, если вспомнить, что родители той же Тани преспокойно позволяли ей три года не жить дома. Более того, при расследовании данной категории дел необходимо обязательное проведение психофизиологической экспертизы, которая сможет дать заключение о том, в какой мере нарушено нормальное физическое и психическое развитие ребенка. Так вот, эта экспертиза проводится не один день, а это значит, что каждый раз инспектор должен найти к этому дню ребенка. Вспомним, что тот дома не живет и в школу не ходит. Еще оперативники должны найти маму-папу - желательно трезвыми. Потом собрать семью вместе и везти к экспертам. Вот таким образом может получиться уголовное дело, которое возможно будет направить в суд. А в суде тоже без потерпевших как-то несерьезно, и одним заседанием дело наверняка не ограничится. Поэтому все происходит по описанной выше схеме - инспектор ищет детей, оперативники - родителей. Вот только ни один отдел милиции не может себе позволить так сопровождать уголовное дело, а отсюда все перспективы... А дети из подвалов и с улиц никуда не исчезают. И вместе с ними сосуществуют проблемы детской наркомании, проституции и порнографии.

Получается, что любой человек, который интересуется обнаженной детской натурой, может безнаказанно приглашать к себе домой детей, просить их раздеться и предлагать им за это деньги. В западных странах аналогичная ситуация была бы ЧП федерального масштаба, а наказание лица, совершившего подобные действия, - гораздо серьезнее предусмотренного нашим законодательством. К слову, у нас посягательство на нормальное психическое развитие ребенка является преступлением средней тяжести. А например, квартирная кража по нашему же УК - это тяжкое преступление...

Антон Шелепов

Эскорт для подростка  »
Юридические статьи »
Читайте также