Вера Дементьева: А в центре никакого строительства

Одной из наиболее дискуссионных проблем в северной столице всегда была судьба исторического центра города. В последнее время активно обсуждается тема определения внутри охраняемой зоны участков (лакун), в которых разрешено строительство. Пошли разговоры, что зона охраны объектов культурного наследия будет сокращена в 4 раза!

О новой стратегии сохранения петербургских памятников рассказывает гость "Делового завтрака" в Северо-Западном представительстве "РГ" председатель комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры (КГИОП) правительства Санкт-Петербурга Вера Дементьева.

Российская газета Вера Анатольевна, мы что, отказываемся от охраны огромного количества памятников? Неужели это правда?

Вера Дементьева Ничего подобного. Наоборот, мы хотим сделать охрану наследия действенной, а не номинальной. Судите сами: в охранной зоне исторического центра запрещено новое строительство, однако же спасли ли такие зоны от застройки Спасо-Преображенскую площадь, перспективу Смольного собора, панораму Невы и тому подобное?

Сегодня охранная зона с ее недействующими режимами, за исключением временного высотного регламента, более не является инструментом защиты наследия. Да и высотный регламент был введен только в прошлом году. Думаю, КГИОП поступил правильно, заявив честно о том, что охранная зона себя исчерпала и не может предотвратить появление построек, искажающих облик города. Границы объединенной охранной зоны утверждены в далеком уже 1988 году. Долгое время мы охраняли отдельные памятники, рисуя на планах вокруг них защитные пояса. В Санкт-Петербурге сосредоточение памятников столь велико, что защитные пояса сливаются или накладываются друг на друга. Так появилось понятие объединенной охранной зоны. Отсюда один шаг до нового принципа охранного зонирования - от отдельных памятников до градостроительной среды, их окружающей, нового понимания ее ценности, определения исторически сложившихся локальных комплексов. Для этого необходимо было прописать предметы градостроительной охраны, обеспечивающие ее четкие режимы и регламенты. В 90-х годах этим никто не занимался, охранное зонирование остановилось в своем развитии. И на огромной территории свыше 3000 гектаров (исключая водные акватории) с исторически сложившимися ансамблями и комплексами разного уровня архитектурно-градостроительной ценности действовало общее правило: "Строить вообще нельзя, но при желании можно в лакунах".

РГ Это как? Строить либо можно, либо нельзя.

Дементьева Сейчас объясню. Внутри охранной зоны было сразу же определено наличие лакун (пустот, участков утраченных строений и "рыхлой" застройки). И там-то строительство разрешалось. Здесь действовал режим зон регулируемой застройки.

Вот лакуны-то и начали разъедать охранную зону. Достаточно было выявить участок, который подпадал под это определение, - и все, можно строить новое здание. Если в начале лакун в пределах объединенной охранной зоны было 150, то потом их число дошло до 500. Было время, речь шла о 700-1000 новых лакун. Причем место расположения их сдвигалось в сторону самого центра Петербурга, к стрелке Васильевского острова, Дворцовой, Исаакиевской. Точных параметров регламентации нового строительства по высоте, габаритам, модулю, архитектонике, методам строительства не существовало.

Все постройки, о которых мы говорим сегодня как о градостроительных ошибках, получили путевку в жизнь 3-4 года назад. Но мы не можем объявить их незаконным строительством.

Ведь правила не были нарушены: точнее - они просто отсутствовали. КГИОП попытался процесс регулировать. Однако в 2003 году мы проиграли несколько дел по регулированию высоты строящихся зданий (Выборгская набережная, 2, Сампсониевский, 2, 4, 6), поскольку на тот момент высотный регламент еще не действовал.

"Наши зоны охраны совершенно беззащитны", - так я доложила губернатору. Предметы охраны должны были быть идентифицированы и индивидуализированы. Нужно было классифицировать как предметы охраны панорамы, силуэт города, то есть соотношения высот и фоновой застройки, визуальные связи. К примеру, если бы была определена в качестве предмета охраны перспектива Смольного собора, то не появилась бы постройка на Шпалерной, забившая ось и блокирующая видовые точки.

Так что само по себе наличие охранной зоны никого и ни от чего не спасало. КГИОП приступил к разработке нового охранного зонирования. Первым из них стал Временный высотный регламент. Теперь у нас в руках появился законный инструмент регулирования хотя бы этого параметра. Но нужно еще несколько регламентов. По параметрам, модулю застройки, тектонике фасадов, фактуре и цветности, методах строительства... До конца года мы вместе с комитетом градостроительства и архитектуры должны закончить разработку правил застройки. Тогда появится и постоянная основа для недопущения строительства высотных зданий там, где они будут нарушать силуэт города.

Сейчас идет дифференциация охранной зоны на различные категории, внутри которых будут определены четкие, жесткие требования к ведению там строительных работ. Размеры зоны охраны остаются прежними. Внутри нее выделяется охранная зона исторического ядра Петербурга, в которой любое строительство запрещается. Здесь можно вести только градостроительную реставрацию. И никаких лакун, никаких иных режимов здесь не будет! Даже если памятник архитектуры так обветшал, что представляет угрозу, то должны будут записаны первоочередные мероприятия - выведение его из состояния аварийности.

РГ Читатель Павел Симоненко, кстати, пишет как раз о случае сноса дома в историческом центре, прямо на главной магистрали города. Интересуется, не появится ли на Невском проспекте вместо обветшавшего дома современное здание.

Дементьева Дом на Невском, 55, почти 10 лет простоял расселенным. И невооруженным глазом было видно "выпирание" стены. Это была реальная угроза обрушения. По принципу действующей охранной зоны дом бы развалили, и через некоторое время на его месте образовали бы лакуну, в которой можно было бы построить новое здание. КГИОП, считая ансамбль Невского завершенным и совершенным, потребовал воссоздания этого здания. До разрушения дом обмерили, провели фото-граммометрию, сняли с фасада наиболее ценные элементы декора. Это правильный подход. Иначе Невский изменил бы свое лицо.

РГ Валентина Серокоштова спрашивает: разве новая концепция не подразумевает, что на значительной части прежней охранной зоны можно будет строить все, что угодно?

Дементьева Вокруг центрального ядра мы предполагаем установить режим зоны регулируемой застройки. Зона регулирования застройки и хозяйственной деятельности это тоже зона охраны, охраняются все памятники, улицы, площади и т. п. Для каждого квартала проведено исследование: какова его ценность, насколько завершен его градостроительный облик? Исходя из этого, определяются допустимые меры реконструкции: что, где, какого вида и даже каким способом может быть построено.

Именно из непонимания слов "регулируемая застройка" и родились слухи о сокращении зоны. Люди читают только последнее слово. И говорят: "Так что, на этой территории можно будет все снести и построить новое"? Да ничего подобного! Просто здесь если и возможно новое строительство, оно должно вписываться в культурную среду данного места. А в центре, повторю, вообще никакого строительства!

Вот пример: в охранной зоне числится Ватный остров. И там официально лакуны нет. То есть никакого строительства вести нельзя. А что есть? Корпуса НИИ, неорганизованная набережная, стеклянный торговый центр. И памятник архитектуры, относящийся к вновь выявленным, - старые винные склады. Ну, их можно оставить под охраной. А что плохого будет в том, что снесут институтские корпуса советской архитектуры крайне плохого качества? Значит, строить там можно. Но только так, чтобы это было настоящее градоформирование с организованной набережной Малой Невы, с открытым пространством и видом на Князь-Владимирский собор.

РГ Исторический центр Петербурга числится в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО. Некоторые ваши оппоненты ссылаются на него, аргументируя необходимость оставить прежнюю охранную зону.

Дементьева Как раз Российская комиссия ЮНЕСКО поручила нам провести идентификацию объектов Всемирного наследия. В конце мая к нам приедут эксперты этой международной организации обсуждать как раз этот вопрос. Дело в том, что ЮНЕСКО берет под охрану только те памятники, которые охраняются государством и имеют универсальное, то есть мировое значение. Когда наш город принимали в список Всемирного наследия, это было сделано очень декларативно, на волне интереса к новой России, а охранная зона формировалась раньше и совсем не для ЮНЕСКО. Идентификационный перечень из 35 охраняемых объектов описан в крайне общем виде. Например, "системы ансамбля Невского проспекта". Что составляет систему? Где ее граница? Как и от чего мы должны охранять? Несколько объектов принадлежит теперь другому субъекту Федерации - Ленинградской области. Все это так и осталось не квалифицированным. С таким документом работать невозможно. По ним даже иск в суд не предъявить. Так что необходимо провести работу по уточнению границ и состава объектов всемирного наследия. Чем мы и занимаемся.

А вообще я хочу сказать спасибо прессе. Раньше о проблемах охранных зон никто ничего не знал. А те, кому это было положено, предпочитали их не замечать. Теперь на проблему обратили пристальное внимание. Думаю, в итоге у нас получится такая стратегия сохранения культурного наследия, которая позволит на самом деле охранять памятники. Ведь это может быть самый ценный капитал нашего города.

Беседу вел Юрий Звягин

Классический сюжет  »
Юридические статьи »
Читайте также