В России много АО, но мало публичных компаний Интервью: Олег Вьюгин, руководитель ФСФР

Ценя Олега Вьюгина как макроэкономиста, его прежние начальники в Минфине и Центробанка не ставили перед ним больших управленческих задач. Тем неожиданнее оказалось его назначение руководителем Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР). Ведь на новой работе ему придется не только писать толковые законы, но и управлять большим ведомством, прислушиваясь к голосистым участникам рынка. Возможно, он и справится. Во всяком случае, еще до вступления в должность Вьюгин заручился согласием президента вывести службу за рамки жесткой конструкции, сочиненной авторами мартовской реформы правительства.

- Кто придумал, чтобы ФСФР возглавили именно вы?

- Инициатора еще ищут. Но предложение исходило от председателя правительства. У меня была встреча с президентом. Как говорят, было сделано предложение, от которого трудно отказаться.

- Вы оговорили условия, на которых готовы взяться за дело?

- Я высказал свою точку зрения. ФСФР, как наследница ФКЦБ, в нынешнем состоянии не способна к эффективному надзору за финансовыми рынками. ФСФР осуществляет надзор за хорошо обеспеченными финансово организациями. Статус и профессиональный уровень сотрудников должны быть на уровне. А средняя зарплата в ФКЦБ по штатному расписанию - 2000 руб. в месяц. Этим все сказано. Если речь идет о создании реального органа контроля за финансовыми рынками, необходимо менять статус ФСФР. Менять финансовую базу и впоследствии обособить от органов исполнительной власти.

- Иными словами, отключить от правительства и премьера?

- Это может быть госорган, действующий на основании особого закона, подконтрольный парламенту и президенту, как, например, ЦБ.

- Совсем не обычная. ФСФР - одна из двух служб, которая по указу президента подчиняется только премьеру.

- Это очень почетно, но качественного движения вперед я не вижу. Представьте, что принято решение создать министерство по надзору за банками в составе органов исполнительной власти с передачей туда надзорных функций ЦБ.

- Председатель ЦБ Сергей Игнатьев не очень бы обрадовался. ..

- Игнатьев само собой. Но и профессионалы банковского дела и макроэкономисты тоже сказали бы, что это хромое решение. Любое кризисное явление в стране всегда больнее всего сказывается на финансовой системе, на банковской системе и на всех, кого принято называть профучастниками рынка ценных бумаг. Они хранители финансового ресурса. А правительство, когда трудно, пытается запустить руку туда, где эти ресурсы есть. Вспомните 1998 г. , когда правительство, испытывая бюджетные проблемы, пополняло свои ресурсы, привлекая средства банковской системы через ГКО и ОФЗ. А ЦБ не проявил принципиальности и, более того, покупал госбумаги и поддерживал рынок. А потом правительство объявило дефолт и крупные банки вмиг исчезли. Вот почему во многих странах надзор над финансовыми рынками и банковский надзор обособлены от органов исполнительной власти. Хотя это не исключает тесную координацию деятельности ФСФР с правительством в вопросах нормотворчества на финансовом рынке.

- Свои соображения вы президенту и премьеру высказали?

- Вкратце - да. Я сказал, что, если мы хотим создать реальный надзорный орган, который давал бы определенные гарантии стабильности финансового рынка, нужен специальный закон, реализующий независимость ФСФР. На что мне ответили: вот и пишите.

- Но пока ваша служба подчиняется непосредственно премьеру. Таким образом, вы фактически оказались законодателем и регулятором рынка, а еще и окошком для выдачи лицензии. Это ломает всю идеологию административной реформы, направленную на отделение правоустанавливающих функций от надзорных.

- Не надо стричь всех под одну гребенку. Да, служба подчиняется премьеру. Но если быть точным, сегодня ФСФР как раз не наделена функциями нормотворчества. Более того, в указе президента прямо написано, что федеральные службы не вправе заниматься нормотворчеством. Это же зафиксировано в функциях ФСФР, утвержденных постановлением правительства. Поэтому законодательные функции по регулированию финансового рынка сегодня никто не осуществляет.

- Между ФСФР и премьером никого нет, а Фрадков не будет лично писать десятки законов. Вам и придется.

- Если выйдет указ президента, который наделит ФСФР такими функциями, тогда мы приступим. Но вопрос шире. Концепция разделения правоустанавливающих и надзорных функций сама по себе неплоха. Но универсальных идей в мире нет. В том же ЦБ совет директоров принимает нормативные акты и сотрудники ЦБ следят за их исполнением. Хотя не все довольны качеством надзора, в целом система работает. С ФСФР похожая ситуация. Если смотреть на вещи здраво, то ФСФР должна устанавливать нормы и контролировать их исполнение.

- Какими видятся вам статус и полномочия ФСФР?

- В перспективе ФСФР должна регулироваться отдельным законом, быть подконтрольной президенту и подотчетной парламенту. Руководитель такого органа назначается президентом на определенное число лет. Если плохо работает, можно ставить вопрос о замене досрочно. В краткосрочном плане речь идет о возврате ФСФР нормотворческих функций, которые были у ФКЦБ, а сейчас повисли в воздухе. На переходный период ФСФР необходимо вернуться к коллегиальности в принятии решений, как это было в ФКЦБ. А сейчас по духу указа ФСФР - просто министерство, разве что чуть сортом пониже. В иерархии министерства все решения принимает руководитель. Но единоначалие вступает в противоречие с коллегиальностью принятия нормативных актов, которая заложена в закон о рынке ценных бумаг. Надо снять противоречие и найти юридические способы создать в ФСФР коллегиальный орган, который контролировал бы издание нормативных актов.

- То есть вы за самоограничение?

- На этом этапе - да. Впоследствии, когда появится закон и ФСФР обособят от органов исполнительной власти, можно перейти к единоначалию и ответственности руководителя службы за контрольную функцию и координацию нормотворческой деятельности. Потому что к этому времени появятся инструменты его подотчетности и контроля.

- После назначения вы заявили, что под надзор ФСФР должны попасть банковский сектор, страховые и аудиторские компании. Ваш бывший начальник Сергей Игнатьев убежден, что вывод банковского надзора из-под ЦБ вреден и опасен.

- Это не оперативная цель. Я высказался в долгосрочном плане. В ряде стран надзор над всеми институтами финансового рынка, включая банки, страховые компании и аудит, концентрируются в одном органе. Это происходит на высокой стадии взаимопроникновения бизнесов. Организуются финансовые холдинги, банки начинают заниматься страховым и инвестиционным бизнесом. Сегодня наши банки - активные участники рынка ценных бумаг. Мы явно пересекаемся с ЦБ по функциям контроля за деятельностью на этом рынке. Но по всему кругу бизнесов взаимопроникновения еще не произошло. Вторая причина, по которой единый орган преждевременен, состоит в том, что объединять надо хорошо функционирующие надзоры. Сегодня этого нет. Сам ЦБ предпринимает гигантские усилия, чтобы изменить принципы и создать эффективный надзор за банковской системой. Я уж не говорю о том, что переводить надзор в ФСФР, понизив в энное число раз зарплату сотрудников ЦБ, просто безответственно. На объединение всех надзоров России требуется 2 - 3 года, а может, и больше.

- Указ президента дал вам два месяца на формирование команды. Разработали ли вы структуру ФСФР? Сколько у вас будет заместителей, кто и что будет курировать?

- Все за меня написали в правительстве. У меня будут четыре заместителя и девять управлений. Меня это, в принципе, устраивает. В службе будут четыре главных функциональных управления, непосредственно занимающихся регулированием, контролем и надзором. Кроме того, управление внешних связей, взаимодействия и координации, юридическое управление, хозуправление, управление делами, бухучета. Штатная численность - 300 человек, кстати, как у подобного же органа во Франции. Но у нас есть еще 800 человек в региональных структурах. Что касается заместителей, то я встречался с рядом профессионально готовых людей, которые могли бы работать в ФСФР. Пока я внес только кандидатуру президента биржи РТС Владислава Стрельцова. Можно поискать в министерствах, внутри ФКЦБ, т. е. в среде чиновников, но я считаю, что некоторое количество неангажированных людей, "свежей крови" с рынка обязательно должно быть. Конечно, никогда нельзя дать 100% , что человек не является засланным казачком. Но надеюсь, что интуиция не подведет.

- А "свежая кровь" пойдет на 2000 руб. ?

- Во-первых, зарплата будет несколько повышена. Есть уже проект указа президента. Во-вторых, в общении я услышал примерно следующее: "Я заработал определенные деньги и могу несколько лет поработать за зарплату".

- Будет ли представлена внятная концепция развития фондового рынка с конкретными задачами?

- Я не любитель концепций. Мне кажется, что более конструктивно сформировать приоритеты в законотворческой и нормативной деятельности, цель которой - создать эффективный, надежный для инвесторов финансовый рынок, где "поднимает деньги" российский бизнес. Это покажет, куда мы хотим двигаться.

Нормотворчества мы пока не касались, там ситуация сложнее. Но с законодательными инициативами в принципе определились. В числе приоритетов - закон о статусе ФСФР. В конечном счете это вопрос эффективности регулирования всего финансового рынка. Далее - законодательное обеспечение консолидации инфраструктуры финансового рынка.

Далее - обеспечение надежности учета прав собственности на ценные бумаги. Другая проблема - поглощения через эмиссию ценных бумаг. В свое время стихийное перераспределение собственности проходило через механизм закона о банкротстве. Потом закон поправили, и сегодня основное стихийное перераспределение, при котором наносится ущерб правам добросовестных владельцев ценных бумаг, идет с использованием эмиссии. Мы намерены в течение этого года дать законодательное предложение, чтобы этот процесс поставить под контроль.

Я считаю, что законодательно нужно поддержать формирование централизованного клиринга. Создавать централизованный депозитарий за счет госинвестиций - не лучшее решение. Хотя некоторые страны так делали, а потом приватизацию проводили. В России рынок достаточно сильный и деньги, я считаю, для создания централизованного клиринга и депозитария есть. Если законодательно поддержать этот процесс и гарантировать учет прав собственности на ценные бумаги, стоимость сделок на рынке резко упадет, рынок станет привлекательным. Тогда IPO будут делать здесь, а не за рубежом.

- Ваш предшественник Игорь Костиков усмотрел в инсайдерской информации большую опасность для рынка.

- Было достаточно много неприятных дискуссий на эту тему. Проблему инсайда надо решать цивилизованно через закон, но сузив определение инсайда, чтобы не возникало возможности преследовать тех, кто никаким инсайдом не занимался. Словом, у ФСФР получается некий набор законопроектов. Основной из них позволит усилить сам орган регулирования, повысить его статус и финансовую базу, а в конечном счете - эффективность. Есть шлейф законов и поправок в законы, создающие более дешевую и надежную инфраструктуру рынка. И еще есть второй эшелон - инструменты финансового рынка, по которым уже существуют законодательные инициативы, действуют рабочие группы. Мы будем в них входить. Примерно 6 - 8 законопроектов, пока в начальной стадии, обсуждаются в Центре стратегических разработок.

- Утверждают, что при вашем предшественнике некоторые компании были фактически аффилированы с ФКЦБ. Намерены ли вы провести ревизию взаимоотношений комиссии с профучастниками рынка?

- Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть такую аффилированность. У меня нет каких-то документально подтвержденных фактов. Я считаю, что со временем должно быть так, чтобы сотрудники финансового регулятора не использовали свое должностное положение, чтобы создавать себе какие-то специальные источники доходов.

- Стоит ли переписывать или отменять многочисленные постановления ФКЦБ, которые, по мнению участников рынка, только вредят ему?

- Я встречался с ассоциациями участников рынка. Да, есть критика в отношении некоторых нормативных актов. Но пока критикуются только отдельные акты, связанные с финансовыми консультантами, и положения ФКЦБ по биржам. Еще есть ряд претензий к аттестации специалистов и, естественно, к объему отчетности. То же самое мы слышали в ЦБ. Отчетность всегда вызывает раздражение у участников рынка, потому что дешевле ее не делать. Возможно, она на самом деле излишняя, но это нужно смотреть.

- Ваше отношение к институту финансовых консультантов?

- Этот институт имеет право на существование, и он встречается в мировой практике. Некоторые профессиональные институты берут на себя ответственность дать заключение, что в проспекте эмиссии ценных бумаг все представлено и соответствует действительности (помимо аудированной отчетности). Ведь когда Федеральная комиссия регистрирует проспект эмиссии, она только подтверждает наличие необходимых документов. А достоверность представленных документов она не подтверждает.

Для инвестора это хорошо. Когда он покупает бумагу, то знает, что имеет дело не с котом в мешке, а с проверенным эмитентом.

Но то, как это было сделано, вызывает вопросы и дискредитирует этот институт. Причем даже не нормативными документами, а тем, что, насколько мне известно, каким-то образом получилось так, что основное финансовое консультирование почему-то оказывали фактически две компании , хотя право оказывать такие услуги имели 23 компании. Из-за этого ставки за услуги финконсультантов получились достаточно высокими.

Комитет Госдумы по финансовым рынкам предлагает ликвидировать этот институт. ФСФР не приняла окончательного решения по характеру отзыва на этот законопроект.

- Какой вы представляете роль саморегулируемых организаций на фондовом рынке?

- СРО способны консолидированно излагать мнение рынка по ключевым вопросам. Они обладают уникальной возможностью выработать обычаи делового оборота, многие из которых впоследствии могут быть закреплены в нормах регулятора.

Первый кадр Фрадкова Первым вице-премьером станет Александр Жуков  »
Юридические статьи »
Читайте также