Архисложно, архиважно что такое красота в архитектуре и кто мешает в Петербурге строить красиво?

Есть мнение, что Петербург имеет большие проблемы с новым строительством. И дело не в объеме сдаваемых метров, а в том, что построенное не блещет красотой. Скептики говорят, что строят сейчас куда менее стильные дома, чем строили сто лет назад. И даже современные задания на окраинах, хотя и посимпатичнее домов массовых серий хрущевско-бержневской поры, но тоже не выглядят шедеврами, достойными помещения в путеводители и подарочные альбомы. Чтобы разобраться в субъективной категории "красоты", "Город" собрал за круглым столом строителей, экспертов и представителей власти.

Строить красиво -- значит строить дорого

Вячеслав Заренков, президент холдинга "Эталон-ЛенСпецСМУ":

-- Эстетические категории напрямую зависят от вкладываемых средств. По большому счету строить красиво -- значит строить дорого. Но к этому не готовы основные потребители, для которых мы строим жилье. Они в массе своей пока просто не могут покупать дорогое, а значит, красивое жилье.

Хотя за последние десять лет эстетика вновь построенных домов все-таки изменилась в лучшую сторону, причем на порядок. Посмотрите на наш "Живой Родник", это -- интереснейший проект. То же самое можно сказать о "Морском Каскаде" и "Ланском Квартале". Я убежден, что в рамках ценовой политики, которую сегодня диктуют обстоятельства, в первую очередь невысокая покупательная способность населения и отсутствие нормального ипотечного кредитования, мы предлагаем достойные варианты.

Вообще, красоту в городе должны создавать четыре участника -- город в лице его властных структур, строительные организации, архитекторы и заказчики. Если эти четверо найдут оптимальное соотношение "цена -- красота", то вопрос будет решен.

Кстати, умных, грамотных и талантливых архитекторов у нас много. Безусловно, застройщик связывает им руки и ставит в жесткие рамки. Многие говорят сегодня: западные фирмы строят лучше, давайте заказывать объекты им. Я наблюдал строительство в Европе, Америке, Азии и Австралии и могу сказать ответственно: наши строят ничуть не хуже. И даже лучше. А вот ценовые ограничения, которым подчиняются архитекторы и строители, -- да, они у нас присутствуют, и они гораздо строже.

Смешно спорить, жилье по 3 -- 4 тысячи долларов за метр сильно отличается от того, что стоит 900 долларов. И красота появляется, и качество. Не совсем, конечно, прямая зависимость, но она есть. Сегодня жизнь нас вынуждает выжать из минимального участка земли максимальное количество квадратных метров. Конечно, удобнее и приятнее для глаза было бы построить микрорайон с трехэтажными коттеджами с приусадебными участками, как в европейских городах. Но нет сейчас такой возможности! На участке площадью 1 гектар мы должны сделать 15 -- 20 тыс. кв. метров жилья минимум.

Но если город скажет -- вот вам 40 гектаров земли, покажите, как вы умеете строить, -- мы покажем. И поверьте, что наши архитекторы сумеют спроектировать красиво.

Но пока так не получается. Например, несколько лет назад мы предлагали городским властям сделать микрорайон у метро "Пионерская" показательным. Я рассматривал его как единое целое. Мы хотели спроектировать и построить воздушные пешеходные переходы от станции метро к разным частям микрорайона, сделать цивилизованные торговые зоны в этих переходах, полностью благоустроить дворы, облицевать гранитной плиткой не очень приглядные фасады уже построенных блочных домов, оборудовать нормальные гаражные стоянки. В итоге мы получили бы красивый микрорайон, где были бы решены все инфраструктурные проблемы. Но нам сказали -- не надо глобализма, вот вам ваше пятно, на нем и стройте. В итоге нескольким застройщикам выделили земельные лоскутки, те настроили кто как мог, единого ансамбля не получилось.

Одна из наших самых больных проблем в том, что в Петербурге не существует регламента застройки или реконструкции кварталов и микрорайонов. Даже если застройщик, архитектор и городская администрация думают одинаково и стремятся к согласованной цели, законодательная база, то есть ее отсутствие, не дает им реализовать задуманное. Нужен регламент и нужны агентства по развитию территорий, наделенные реальными полномочиями. Если этим структурам передать часть функций городских комитетов и управлений, они были бы в состоянии постепенно приводить в чувство даже тяжелые депрессивные территории.

Выделиться в Гонконге архитекторам гораздо легче

Иван Романов, генеральный директор строительной корпорации "Возрождение Санкт-Петербурга":

-- Не думаю, что проблема красоты напрямую зависит от количества денег. Впрочем, наша компания работает в другом ценовом сегменте, и мы меньше сталкиваемся с денежными ограничениями, хотя землю нам приходится покупать подороже, чем в новостройках. В то же время понятно, что вопрос эффективности, то есть количества квадратных метров жилья на квадратный метр земли, актуален для всех строительных компаний.

Вообще, вопрос о красоте архитектурных проектов -- несколько провокационный, и однозначно на него ответить трудно. Потому что красота -- понятие абстрактное, сколько будет людей, столько и мнений о том, красивый дом ты построил или нет. Впрочем, если говорить о пяти последних годах строительного рынка Петербурга, то можно назвать несколько своеобразных и даже уникальных объектов, построенных и нашей компанией, и коллегами.

При этом надо понимать, что выделиться где-нибудь в Гонконге или Сингапуре строителям и архитекторам гораздо легче, чем в Петербурге. Что делают в Гонконге? Построил здание выше, чем другие, -- и вот уже задача решена, проявилось уникальная постройка, которое войдет во все путеводители.

В Петербурге все по-другому. Здесь есть своя стилистика и высотный регламент, продиктованный особенностями градостроительного развития города. Сделать что-то отличающееся от соседа принципиально при таких ограничениях, когда высотой не выделишься, -- задача куда более сложная.

Тем не менее архитекторы ищут эту "изюминку", стараются уйти от типовых решений и будничных внешних видов. Даже при условии "выжимания" квадратных метров это можно сделать. Пример -- Шпалерная улица, 60.

Конечно, проблемы есть. Одна из них состоит в том, что интересные архитектурные решения начинают копироваться. А хотелось бы, чтобы самовыражение архитектора, даже в ситуации острой нехватки времени и перегруженности работой, все же преобладало над желанием выдать заказчику адаптированные чужие решения.

Если говорить о совсем уникальных и комплексных проектах, которые украсили бы Петербург, то тут амбициозными должен быть в первую очередь руководители города, которые могут создать такие правила, которые позволят чуть больше свободы, чтобы такие амбициозные проекты появлялись!

Кто защитит фасады от самодеятельности жильцов?

Магеррам Бехбудов, президент строительной компании "М-Индустрия":

-- В разговорах об архитектуре есть три интересных аспекта. Во-первых, сначала нужно определиться с тем, кто определяет этот параметр: красиво или некрасиво? Предположим, это будет делать совет архитекторов -- хорошо. Мы согласны.

Вторая проблема -- защита того, что уже построено в соответствии с согласованным проектом. Есть ли сегодня закон, который защищает архитектуру? Такого закона нет. Приведу пример -- на улице Лени Голикова мы сдали дом, потратив огромные средства на монолитное остекление французским стеклом. Через год после сдачи объекта проезжаю мимо и вижу такую картину -- на фасаде появились разноцветные пятна, которые всю эту запроектированную и построенную красоту свели на нет. Просто владельцу квартиры вдруг не понравился цвет остекления, он сказал -- я не хочу такой, я хочу другой. И он самовольно его меняет, уродуя фасад в целом. В итоге дом превращается в пряник.

Есть защита фасадов от самодеятельности жильцов? Нет. Должен быть закон, что фасады зданий являются достоянием государства. Пока фасад не обретет защиту государства, как бы мы ни старались, что бы мы ни делали, найдутся люди, которые, во-первых, считают фасад здания своей личной собственностью, а во-вторых, готовы на этой собственности проявлять свое сомнительное творчество.

Так что не только от взноса дольщика зависит красота дома, но и в огромной степени от культуры тех, кто его заселил.

Еще один пример из той же области. Мы сделали подсветку двух построенных нами зданий. Очень красиво. Но жильцы говорят, что не собираются платить за электричество, которое потребляется этой подсветкой. Что же делать? Наверное, оплату таких расходов на красоту должен взять на себя город. Ведь помимо своих эстетических функций подсветка частично решает проблему освещенности отдаленных районов Петербурга и повышает безопасность уличного движения в темное время суток.

Наконец, третья проблема -- отсутствие комплексных планов застройки. На месте властей я бы отдавал квартал одному застройщику, озадачивал бы его примерным планом -- как будущий облик квартала видят городские власти -- и сказал: "Работайте!" Но такой инициативы от властей не исходит.

То же самое происходит и с относительно старыми кварталами. Например, мы строим новый дом среди "хрущевок", которые впоследствии снесут (а их снесут обязательно, не сейчас, так лет через 30 -- 40). Новое здание, отвечающее всем требованиям современного строительства, гарантированно прослужит не менее 150 лет. Поэтому именно оно становится ядром квартала, задает тон, стилистику и масштаб застройки остальной территории квартала. Так давайте сразу думать о будущем целого квартала, а не одного здания. Этого сейчас никто не делает.

Петербург держался на жесточайшей градостроительной дисциплине

Сергей Семенцов, генеральный директор Института исследований Санкт-Петербурга и Северо-Запада:

-- До 1917 года столичный город Санкт-Петербург диктовал архитектурную моду всему миру. Реконструкция Парижа проводилась на примере Петербурга, сюда приехал префект Парижа Осман, потом вернулся назад, и знаменитые Елисейские поля появились по мотивам этой поездки. Следующий пример -- здание американского Конгресса. В библиотеке Капитолия сохранились подлинные чертежи, в которых аналогом выступает Исаакиевский собор. Конечно, после революции было сделано все, чтобы забыть о роли Петербурга, превратить его в обычный, заштатный город. И областное ощущение сохраняется до сих пор -- вот в чем трагедия! Тянущаяся традиция областного города проявляется и в строительстве, и в проектировании. Конечно, мы гордимся некоторыми построенными зданиями. Но ведь это отнюдь не архитектурные шедевры, это не здания мирового класса -- так, средний уровень. В общем, если раньше в Гамбурге пытались строить как у нас, то сейчас мы пытаемся строить как в Гамбурге.

Конечно, и проблема цены квадратного метра, и сложности с психологией жильцов, все, о чем говорят уважаемые застройщики, -- все это имеет место быть. Но Петербург всегда был славен жесточайшей градостроительной политикой и градостроительной дисциплиной. Градостроительное законодательство было таково, что ему подчинялись даже члены императорской семьи. Жесткое законодательство и общественный контроль обеспечивали порядок -- очень четко следим за границами участков, в высоту не лезем, обязательно используем природный камень, добиваемся высококлассного исполнения проекта.

И это отнюдь не мешало бурному строительству -- за сезон (с апреля по сентябрь) в Петербурге в 1890 -- 1915 годах строили по миллиону квадратных метров жилья. Такого жилья, которым до сих пор гордимся. Для того чтобы вернуться к "петербургскому стилю", вырваться из пут провинциальности, нужны усилия и градостроителей, и строителей, и заказчиков. Нужно поднимать собственную планку -- другого пути нет.

Можно соблюсти все технические требования, но создать некрасивое здание

Александр Викторов, председатель комитета по градостроительству и архитектуре:

-- Я думаю, для того чтобы построить достойное здание, заказчик должен быть амбициозен. И передать посыл хорошему проектировщику. Хороший строитель качественно исполнит проект -- все в совокупности станет залогом успеха.

Сейчас наш комитет вместе с другими соответствующими структурами занимается разработкой правил застройки города. Мы их выпустим к концу года -- но готовы ли горожане к их исполнению?

Возвращаясь к проблеме изменения внешнего облика зданий, о которой говорил Магеррам Бехбудов, -- стеклили и стеклить будут. Все знают, что нельзя на наружные фасады вешать кондиционеры, но все вешают. Поэтому я убежден, что нужен орган, который будет следить за исполнением правил застройки. Дисциплина должна насаждаться, причем важно не наказание, а его неотвратимость.

Уверен, что Петербург не должен делиться по качеству строительства на исторический центр и новостройки, нельзя относиться наплевательски к спальным районам -- потому что это тоже Петербург. Город в лице комитета по градостроительству и архитектуре выдает жесткие правила застройки, но с уважением относится к авторским правам. Формально получается, что можно соблюсти все технические требования, но создать некрасивое здание.

Можно вводить любые жесткие регламенты, которые не окажут никакого воздействия на собственно архитектуру -- она останется делом вкуса автора. Только трое отвечают за нее -- заказчик, архитектор и застройщик. Властные структуры требуют качества и соблюдения регламента, а советы относительно творчества носят исключительно рекомендательный характер -- это нужно понимать.

Поэтому мне и кажется, что в условиях современной экономики для сохранения традиций "петербургского стиля" очень важно желание заказчика создать незаурядный, запоминающийся проект.

Жилищный кодекс остался с претензиями  »
Юридические статьи »
Читайте также