Как судят в Америке Российские юристы на смотринах у заокеанской Фемиды

Судьи в США постоянно жалуются на большую загруженность, объясняя этим практическое отсутствие процессуальных ограничений по времени рассмотрения того или иного дела. Но эти стенания явно не находят отклика у наших правоведов, побывавших недавно в гостях у своих американских коллег.

Часть 1. Новое правосудие выбирает сделку

Регулярный обмен опытом служителей Фемиды двух стран стал возможным благодаря программе "Открытый мир", финансируемой библиотекой Конгресса США.

Неформальные встречи помогают лучше понять те принципы, которыми руководствуются законодатели и юристы двух стран, стремясь ограничить рост преступности и защитить права законопослушных граждан, а также, по большому счету, сблизить судебные системы РФ и США. Однако десятки миллионов долларов, вложенных за несколько лет в осуществление этой программы, одним из отцов которой был, кстати, академик Дмитрий Лихачев, не могут окончательно стереть различия между двумя очень непохожими друг на друга институтами, опирающимися не только на разные правовые механизмы, но и на несовпадающий менталитет разделенных океаном народов.

Несколько журналистов, впервые получивших возможность сопровождать группу российских судей в поездке по Америке, могли убедиться, что наши практикующие юристы все еще плохо знакомы с характерными для США особенностями судопроизводства. Не раз приходилось видеть недоумение на лицах наших судей, когда им рассказывали о решениях американских коллег по тому или иному делу.

В нашей стране каждому судье приходится за месяц рассмотреть несколько десятков исков, тогда как за океаном такая нагрузка кажется немыслимой. Более того, 95% дел там вообще не доходят до судебного разбирательства и заканчиваются сделкой с правосудием. Такой исход выгоден обеим сторонам: прокуратура может поскорее закрыть дело, по которому не собрано достаточного количества доказательств вины подсудимого, а последний, признаваясь в совершенном преступлении, выторговывает снятие других (более серьезных) обвинений и таким образом сокращение срока, который ему придется отсидеть.

Российские судьи с большим удовольствием принимали участие в ролевых играх, в основу которых легли реальные уголовные и гражданские дела, но порой недоумевали, почему любую их импровизацию с таким неудовольствием воспринимают американские партнеры, привыкшие следовать весьма строгим, но непонятным для нас правилам. Так например, игравший роль обвиняемого в уголовном деле о продаже похищенных автомобилей никак не желал соглашаться со своим "адвокатом", который убеждал "клиента" признаться, что он перебивал номера на угнанных тачках, чтобы избавиться от преследования за более тяжкое преступление — перегон украденных машин в другой штат для продажи.

Недоумение россиянина вполне понятно: ему даже в случае признания вины грозил срок до двух лет лишения свободы, тогда как "уход в несознанку" позволял надеяться на благоприятный вердикт присяжных, которые должны были учесть, что обвиняемый не был раньше судим, что у него неработающая жена и четверо детей, что он не знал о преступных планах угонщиков, что он не подозревал, что ему в мастерскую попали похищенные автомобили и лишь выполнял ремонтные работы, стараясь придать им товарный вид. Он не учел одного — в США присяжные в 96% случаях выносят обвинительный вердикт, тогда как у нас закоренелые преступники, которым грозит серьезное наказание, рассчитывают именно на суд присяжных, оправдывающих подсудимых по статистике в каждом пятом случае.

Еще более непонятным показались нам и два других приговора, вынесенных уже не в ходе игры, а на реальных процессах одним и тем же американским судьей. На первом процессе мужику, который не сумел договориться с девицей легкого поведения об оплате ее услуг и был обвинен ею в изнасиловании, дали 9 лет. На втором — за изнасилование сразу двух женщин, причем на сей раз вполне благопристойных, сопровождавшееся к тому же ограблением, преступник был осужден всего на пять лет тюрьмы.

Вопиющая, по нашим понятиям, несправедливость! Однако сам судья считает, что поступил правильно. В первом случае, по его словам, присяжные так и не узнали, что потерпевшая имела три привода в полицию за занятие проституцией. "Хотя мне было жаль подсудимого, я не имел права огласить данные сведения, — признался судья". Во втором случае все фигуранты были гражданами Камбоджи. Законы этой страны позволяют мужчине развестись с женой, которая была изнасилована. Поэтому обе женщины не хотели огласки в суде, что и использовал преступник, согласившийся на сделку. В итоге соглашения с прокуратурой он признал себя виновным лишь в ограблении, которое и "потянуло" на 5 лет.

Наши юристы лишь разводили руками, слушая эти признания. Даже в северных регионах России, где многие из них вершат правосудие, нельзя с такой легкостью отказаться от обвинения в столь тяжком преступлении, каким считается изнасилование. Что уж говорить о южных, кавказских регионах, где мужчины должны защищать честь женщины всеми возможными способами, тем более с помощью закона. Но в США, похоже, иная логика — там главное, чтобы дело закончилось обвинительным приговором, а каким, это уже не столь важно.

Мы впрочем, сталкивались и с примерами другого рода. Так, очень громким и широко освещенным в прессе оказался суд над водителем автомобиля, попавшем "по пьяному делу" в дорожно-транспортное происшествие. Дело в том, что в результате ДТП погиб управлявший другой машиной полицейский. Присутствовавшие при оглашении приговора российские судьи были шокированы его суровостью. За непреднамеренное убийство, которое в нашей стране не потянуло бы и на 10 лет лишения свободы, американский суд отправил человека в тюрьму на срок от 29 до 35 лет (минимум он отсидит в случае примерного поведения, максимум — если хоть раз нарушит режим).

"Это немыслимо", — говорили наши юристы. "Это справедливое наказание, ведь погиб полицейский, — отвечали американские коллеги. — К тому же преступник уже имел 35 судимостей". Мы затихли. Однако вскоре выяснилось, что речь идет о 35 случаях вынесения административных взысканий любителю управлять машиной после распития спиртных напитков. И за все свои предыдущие грехи он отсидел в общей сложности всего год. Вот такой рецидивист... Если бы такое случилось у нас, человек вообще не имел бы судимостей, в худшем случае его бы лишили прав, да и то на время. Словом, что для русского хорошо, то для американца — кошмар.

Константин Катанян

ЗС рассмотрит проект об обращении к правительству РФ о восстановлении права на бесплатный проезд лиц, награжденных знаком "Почетный донор России".  »
Юридические статьи »
Читайте также