Двадцать лет по огрызкам

На процессе по убийству Галины Старовойтовой главным обвиняемым стал прапорщик запаса Юрий Колчин, приговоренный к 20 годам заключения. Защищавший его петербургский адвокат Валерий Сандальнев с приговором не согласился и поделился своими аргументами с корреспондентом "Версии в Питере"

- На суде вы подвергли сомнению правомочность применения к делу статьи 277 УК РФ (Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля).

- В данном процессе она выглядит просто нелепо. По существу суд так и не решил: за что конкретно убили госпожу Старовойтову? Что гласит статья 277? "Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, совершенное в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность (террористический акт)". Так вот, из приговора не ясно: Галину Васильевну убили как государственного или как общественного деятеля? Заказчик хотел прекратить ее деятельность или мстил? Ответа на эти вопросы у суда и обвинения нет, однако они уверенно называют убийство политическим. На основании чего?

- Не удалось установить и заказчика преступления...

- В приговоре о нем не сказано ни слова. Называли бывшего депутата Государственной думы Михаила Глушенко, но вопрос о его экстрадиции из Испании даже не ставился. Говорили, что смерть Галины Васильевны была выгодна тогдашнему спикеру Государственной думы Геннадию Селезневу, с которым она конфликтовала, но и к нему никаких вопросов. То же самое с Владимиром Путиными и Валерием Сердюковым, конкурентом которых Старовойтова собиралась стать, соответственно, на выборах президентских и губернаторских. А еще есть лидеры блоков, соперничавших со старовойтовской "Северной столицей" на выборах в Законодательное собрание, и лица, возглавлявшие ее движение "Демократическая Россия"...

Тем не менее ни следствие, ни суд, похоже, не задавались вопросом "кому выгодно?" и реально не искали заказчика. Кстати, если обвиняемые совершили заказное убийство, так им должны были за него заплатить, не правда ли? Данная тема судом не затрагивалась. Или преступление совершили по идейным соображениям? Но ничего конкретного по этому вопросу я в зале суда так и не услышал. Как и доказательств причастности к убийству моего подзащитного.

- Насколько мне известно, его вина основывалась исключительно на свидетельских показаниях и данных прослушек.

- Некоторые свидетельские показания вызывают сомнения в психическом здоровье лиц, их дававших. Например, подсудимый Алексей Воронин утверждал, что по указанию Колчина следил за Старовойтовой. Допустим. Но как он это делал? Приходил на Московский вокзал и чуть ли не сутками следил, не приехала ли Галина Васильевна. Представляете?! На вокзал приходит несколько поездов с интервалом в считаные минуты, к разным перронам, из каждого выходит толпа народу, а бедный наблюдатель мечется вокруг, выглядывая госпожу Старовойтову.

Покойная, конечно, была женщина крупная, но не до такой степени, чтобы ее в подобной ситуации надежно отследить! И главное - зачем эти детские игры, если, по версии следствия, Колчин имел в Москве информатора, сообщавшего ему о поездках Старовойтовой? Более того, ряд свидетелей из помощников Галины Васильевны показали, что Старовойтова и не скрывала планов по своим перемещениям, планы ее поездок чуть ли не на стене вывешивались и в Думе, и в штаб-квартире в Питере. Да и вообще, проще всего позвонить и узнать, когда можно попасть на прием.

Далее, Колчин, оказывается, велел Воронину записывать на магнитофон программы Ленинградского областного телевидения, чтобы отслеживать передвижение жертвы. Это уже просто безумие. ЛОТ что, личный канал Старовойтовой, показывающий ее передвижения в прямом эфире? Если да, то киллерам следовало бы лично сидеть у телевизора со стволами. А услышав, что Галина Васильевна выехала, скажем, из Смольного и отправляется в Мариинский театр, лететь на перехват.

- Но ведь Воронин еще якобы устанавливал у квартиры Старовойтовой подслушивающее устройство?

- Да, это есть в его показаниях, и на лестничной клетке даже обнаружены какие-то проводки. Вот только наряду с Ворониным на их подключение претендует неоднократно судимый наркоман Вячеслав Петров, освобожденный от уголовного преследования в июле 2003 года, а теперь находящийся в следственном изоляторе в связи с кражей мобильного телефона. Если верить протоколу, Петров и Воронин подключали подслушивающее устройство в одно и то же время, но каждый заявляет, что действовал в одиночку. Прямо невидимки какие-то или вовсе призраки. Несмотря на все потуги следствия, никаких объективных следов их пребывания на чердаке Старовойтовой, скажем в виде отпечатков пальцев или окурков, так и не получено.

- Да, показания сомнительные. А как со свидетельством Павла Стехновского, вроде бы закупавшего оружие убийства?

- Стехновский сообщил, что вынес из квартиры некоего Федорова и передал ныне находящемуся в розыске Сергею Мусину сумку, где лежал автомат, причем сам ее не открывал и содержимого не видел. Федоров показания Стехновского подтвердил. Даже место, где пристреливался автомат, показал. Проверили, нашли гильзы, сравнили с найденными на месте преступления. И те и другие подходят к пистолету-пулемету "Агран", но стреляли в обследованных местах из разного оружия! Мало того, в суде выяснилось, что у представленного суду автомата сломан боек, и когда это случилось, никто из экспертов сказать не смог.

- Есть еще показания сотрудника компании "Мегафон"...

- Да, господин Пономарев утверждал, что нахождение подсудимых определил 20-21 ноября 1998 года. И тут же признался, что осуществлял некие оперативно-технические мероприятия, то есть выполнял функции привлеченного специалиста. Статус такого лица совсем иной, чем у свидетеля, допрашивать его как свидетеля, используя полученные показания, незаконно. Кроме того, они противоречили другим показаниям.

- Каким?

- Редактор газеты "Русь Православная" Константин Душенов показал, что в момент убийства и ранее звонил Колчину из Москвы. Проверили: действительно звонки имели место. Поскольку Душенов указал, с каких конкретно аппаратов гостиницы и Государственной думы звонил и кто при сем присутствовал, правдивость его слов проверялась элементарно, но ничего не было сделано. Просто заявили, что Душенов симпатизирует подсудимому, и значит, ему не надо верить. И так по всем материалам, большую часть которых ни суд, ни защита так и не увидели.

- Не понял...

- Очень просто. Есть уголовное дело об убийстве Старовойтовой под номером 55. Из него выгрызли кусочек, касающийся обвиняемых на данном процессе, обозвали делом N27 и вынесли приговор. Обычно в отдельное производство выделяются дела в отношении лиц, находящихся в розыске, а тут сделали с точностью до наоборот. В итоге за кадром остались и материалы, касающиеся разыскиваемых, и еще бог знает что.

Приведу два примера. На видеозаписи с места преступления четко видны печать на двери квартиры Старовойтовой. Значит, там прошел осмотр, что при обнаружении тела хозяйки на подходе к квартире являлось первоочередным следственным действием. Между тем протокол в деле N27 отсутствует! Поэтому я могу предположить, что там записано все что угодно. Например, звонки на автоответчик, проливающие свет на личность заказчика. Или вещественные доказательства, принадлежащие подлинным убийцам.

Второй пример - история с журналистом Александром Борисоглебским. Имелась информация, что он прибыл на место раньше милиционеров и вел видеосъемку. Если так, то ваш коллега либо заранее знал о происшествии, либо его первым поставили в известность. Выяснив это, мы могли рассчитывать пролить свет на ряд обстоятельств дела, но вызвать Борисоглебского как свидетеля суд отказался.

- Похоже, у вас действительно есть все основания обжаловать приговор.

- Само собой. Если понадобится, вплоть до Европейского суда. Там, между прочим, очень трепетно относятся к процессуальным нарушениям, а их в деле полно! В частности, судьей Валентиной Кудряшовой по надуманным основаниям Колчин был лишен возможности на рассмотрение дела с участием присяжных, хотя в Петербурге суд присяжных действует с 1 января 2004 года, а мы подали соответствующее ходатайство 17 декабря 2003 года. Верховный суд РФ неоднократно указывал, что лишение права на рассмотрение дела с участием присяжных является грубейшим нарушением действующего законодательства, влекущим безусловную отмену приговора.

Последнее беззаконие имело место всего месяц назад. Когда 31 мая у моего подзащитного истек срок содержания под стражей, его незаконно содержали в следственном изоляторе целый месяц, без решения о продлении. В цивилизованных странах уже одно это может стать поводом для отмены приговора! А уж сам факт осуждения на 20 лет на основании произвольно подобранных огрызков уголовного дела - тем более!

Беседовал Юрий Нерсесов

Фемида под угрозой Когда суды Петербурга станут охраняемыми и безопасными?  »
Юридические статьи »
Читайте также