Дело Шадаева живет. В суде Прошлое против либерального демократа

После того как известный лесной магнат Дамир Шадаев так и не стал сенатором, о нем как будто забыли. Его лицо перестало мелькать на телеэкранах, его имя - в горячих новостях. Тем не менее Шадаев не ушел "на дно" - напротив, на последних парламентских выборах он успешно был избран депутатом Госдумы по спискам ЛДПР и в настоящее время заседает в Белом доме где-то по правую руку от Владимира Жириновского. Говорят, его даже прочат в представители Жириновского по Северо-Западу, и это при наличии в Петербурге таких влиятельных либеральных демократов, как Денис Волчек и Константин Сухенко. Одновременно продолжаются судебные заседания по следам одного из прекращенных уголовных дел Шадаева. Несмотря - на хроническое отсутствие на этом судебном процессе самого Дамира Равильевича, он может иметь определенные последствия для своего героя.

"Мы хорошо знали, кто он такой"

Поражает уже цена иска, поданного против Шадаева, - 240 миллионов 101 тысяча рублей. Именно такую баснословную сумму требуют взыскать со скромного депутата Госдумы супруги Вельковичи - его бывшие коммерческие партнеры. Впрочем, сумма становится понятной, когда видишь в иске некоторые узнаваемые адреса - например, Владимирский проспект, 19, где в настоящее время размещается фешенебельный Владимирский пассаж...

Речь в иске идет о событиях 11-летней давности. Однако страшную правду о Шадаеве его партнеры надумали рассказать лишь полтора года назад. Свое длительное молчание сами истцы объясняют следующим образом: "Веские основания опасаться Шадаева у нас были. Мы хорошо знали, кто он такой. Он располагал влиятельными связями в правоохранительных органах, органах власти и имел отношение к казанской преступной группировке..."

Но в апреле 2003 года, очевидно, что-то подвигло Вельковичей потерять всякий страх. Именно тогда в районный суд города Выборга (по месту прописки Шадаева) в первый раз пришло заявление обоих супругов, в котором рассказывалось, как в 1991 году возникло АОЗТ "Торговый дом "Торгсервис", сразу получившее известность в Петербурге благодаря своим крупным приобретениям в сфере недвижимости. Центральную роль в бизнесе торгового дома играли Вельковичи: Галина Абрамовна являлась президентом, а ее муж Сергей Михайлович ведал реконструкцией арендованных зданий. Шадаев как человек молодой и энергичный отвечал за связи с таможней.

В 1992 году "Торгсервис" совершил, пожалуй, свою самую крупную сделку: приобрел в долгосрочную аренду уже упоминавшийся дом 19 по Владимирскому проспекту. Согласно исковому заявлению, к этому времени стоимость имущества фирмы составляла 13 миллионов 351 тысячу долларов. И тут в торговом доме неожиданно произошел переворот, в результате которого "товар "Торгсервиса" на сумму не менее 227 миллионов 168 тысяч неденоминированных рублей перешел к фирмам ТОО "Одиссей" и АОЗТ "Сильверадо". До сих пор эти предприятия были известны лишь своей близостью к Дамиру Шадаеву. Сам Шадаев не отрицал своей причастности к передаче товара, но уверял, что "сделал это для улучшения финансового положения общества и с согласия акционеров Вельковичей".

Однако в версии Вельковичей их отношения с Шадаевым в этот период были совсем не безоблачными. По свидетельству супругов, вечером 29 марта 1993 года Шадаев пришел к ним на квартиру и "в процессе спора о передаче ему правоустанавливающих документов нанес Галине Велькович удар в область правого уха неустановленным предметом, предположительно пистолетом "Беретта". Галина Абрамовна попала в Мариинскую больницу, а важные документы, судя по всему, - в цепкие шадаевские руки. Так или иначе, но на первые роли в прежнем совместном бизнесе выдвинулся Дамир Равильевич. Как установило затем следствие, через полтора месяца после инцидента на квартире Вельковичей супруги были выведены из состава учредителей "Торгсервиса". Вряд ли это было их доброй волей.

Спустя год Галине Велькович присвоили инвалидность 2-й группы. Шадаев между тем неуклонно шел в гору: он начинал и как лесной магнат, и как общественный деятель Правда, в 1993 году фирма лишилась дома на Владимирском проспекте, уступив его другому арендатору - одиозно знаменитой "Корпорации "Двадцатый трест". Но проигравшим руководство "Торгсервиса" вряд ли себя ощущало: в качестве компенсации "Двадцатый трест" выплатил фирме 470 тысяч долларов.

Интересно, что в мае 1999 года по следам описанных событий в недрах ГСУ было возбуждено уголовное дело по статье "мошенничество, совершенное в крупном размере". За период следствия дело несколько раз прекращалось, пока в мае 2002 года не прекратилось окончательно. В постановлении о прекращении дела значилось, что "показания Шадаева в части правомерного распоряжения имуществом АОЗТ ТД "Торгсервис" не нашли своего подтверждения", зато его "вина в совершении преступлений... доказана показаниями потерпевших Вельковичей... а также показаниями свидетелей (всего 28 имен)... и документами". Однако преследование Шадаева решили прекратить в связи с тем, что срок давности привлечения его к уголовной ответственности истек ровно за год до возбуждения дела.

Точно такая же участь ожидала и уголовное дело, возбужденное по факту причинения Галине Велькович телесных повреждений. Дело, разумеется, прекратили в связи с истечением сроков давности.

Дело о подделке документов

Повторные неприятности у Дамира Шалаева начались летом 2003 года, когда Законодательное собрание Ленобласти единодушно избрало его своим представителем в Совете Федерации РФ. Судебный процесс против Шадаева, возникший вскоре после этого, был, пожалуй, самым громким в судьбе удачливого коммерсанта и политика. Но самое интересное, что новоиспеченному сенатору припомнили не происхождение его капитала, не скандальный конфликт с телевизионной бригадой Борисоглебского и даже не множество уголовных дел, благополучно закрытых к этому времени. Самый страшный компромат, который смогли найти на Шадаева, сводился к сомнительности его диплома о высшем образовании. Сомнения высказал некий Михаил Шадаев, с которым Дамира Равильевича ранее вроде бы ничего не связывало - ни совместная коммерческая деятельность, ни заклятая вражда. Но именно этот человек подал в июле 2003 года иск в Выборгский городской суд с просьбой оспорить решение областного ЗакСа об избрании Шадаева сенатором - ввиду того, что последний "в течение длительного периода времени представлял ложные сведения о своем образовании".

Известно, что Выборгский суд иск Шалаева удовлетворил, признав его обоснованным, а соответствующее постановление ЗакСа - недействующим с момента принятия. Карьера федерального сенатора для Шадаева на этом закончилась. В октябре 2003 года судебная коллегия по гражданским делам отменила решение своих выборгских коллег и прекратила производство по делу. На смену судьям тут же пришли прокуроры: за день до прекращения судебного производства постановлением одного из заместителей прокурора Петербурга в отношении Шадаева возбудили уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 327 УК РФ (подделка документов). Вначале дело находилось в ГСУ, в следственной части по расследованию организованной преступной деятельности, а затем было передано в Управление по расследованию особо важных дел прокуратуры Петербурга.

Чем же занимались ведомства с такими грозными наименованиями? Все тем же - попытками усомниться в подлинности диплома Шадаева об окончании им Государственной морской академии имени Макарова в 1991 году. Дамира Равильевича даже вытащили на допрос, где он, заявив: "Выданный мне диплом я считаю подлинным", предположил, что недавнее судебное разбирательство инициировано его политическими оппонентами, а открытое вслед за этим уголовное дело возникло "в связи с этими политическими спорами"...

Возможно, в чем-то Дамир Равильевич и был прав, потому что летом 2004 года его очередное уголовное дело благополучно прекратили. Как вы, наверное, догадались - истек срок давности. Хотя в резолютивной части постановления о прекращении дела имеется ссылка на пункт 2 части 1 статьи 24 УПК РФ - отсутствие в деянии состава преступления. Вот и пойми прокуратуру! Следствие усмотрело в деяниях Шадаева признаки преступления, предусмотренного статьей, "подделка документов". Но при этом прекратило дело по реабилитирующим обстоятельствам. Или это простая опечатка?

Пока тянулся скандал вокруг шадаевского диплома, супруги Велькович все время были рядом. Их имена мелькали в списках свидетелей по судебному делу. Но иск Вельковичей по "Торгсервису" по каким-то причинам так и не получил широкой огласки, хотя пришел в Выборгский суд несколько раньше заявления Шалаева. Более того, иск отклонили, и он еще некоторое время блуждал по высоким судебным инстанциям, прежде чем на исходе 2004 года вернуться в Выборг - на новое рассмотрение.

Чем закончится судебное разбирательство на этот раз, можно только гадать. Может быть, в паруса Вельковичей задует ветер новой политической конъюнктуры и им повезет так же, как прежде Шадаеву? Тем более что дело ведет выборгский судья Георгий Смирнов - тот самый, в чьих руках находилось и громкое дело о дипломе. А возможно, разбирательство будет проходить в полной тишине, как это происходит уже сейчас. По крайней мере, сам Дамир Равильевич не балует провинциальный суд своим присутствием. Пока что Шадаева в суде представляет его доверитель - адвокат Евгений Тонкое.

Валерий Береснев

Суд защитил плательщиков  »
Юридические статьи »
Читайте также