Другая тень

Теневой сектор в Калининградском анклаве имеет иную природу, чем в остальной России. В основном он формируется не в сфере реального производства, а за счет виртуальных сделок

В начале марта на рассмотрение правительства России был наконец внесен проект нового закона о калининградской особой экономической зоне (ОЭЗ). Суть документа, который будут рассматривать федеральные чиновники, за последние недели не изменилась (см. "Эксперт С-З" N6 от 14 февраля 2005 года). Правда, появились новшества в деталях: прежде всего - Москва отказалась от попыток полностью взять под контроль экономику региона через создание федеральных органов управления особой зоной. По новой версии, оперативное руководство ОЭЗ будет включено в структуру областной администрации, что, конечно, можно расценивать как победу региональных элит.

Отчасти этой победе стоит порадоваться: сложная реформа управления ОЭЗ, предусмотренная в прошлой версии закона, умножала существующие в регионе административные барьеры. При этом она не решала декларированной задачи - путем ужесточения контроля сократить число экономических злоупотреблений, имеющих место в Калининграде. Проблема массового ухода региональных компаний и их партнеров от таможенных и налоговых платежей не лечится такими поверхностными средствами, как создание новых надзирающих структур, - она обусловлена действующей в Калининграде экономической моделью. Поскольку разработанный вариант закона об ОЭЗ не меняет эту модель, по сути, только укрепляя ее, то и полулегальные схемы ведения бизнеса получат в регионе еще большее распространение. Такова цена отсутствия реальных экономических реформ.

Вторая экономика

Получение бизнесом доходов, скрытых от статистики, налогообложения и других законных платежей, свойственно, конечно, всем регионам России. Однако Калининградская область - особый случай. Если по России теневые доходы зарабатываются в тех же отраслях экономики, что и официальные (хотя степень "теневизации", безусловно, существенно разнится от отрасли к отрасли), то в калининградском варианте речь идет о создании "специальных" полулегальных сегментов рынка - порождения действующей в регионе экономической модели.

Как неоднократно отмечал "Эксперт С-З", эту модель формирует применяемый принцип федеральной поддержки области - компенсация конкурентных слабостей региона за счет эксклюзивных льгот. Режим ОЭЗ, базирующийся на данном принципе, фактически создает в регионе искусственную монопольную ренту и, как следствие, появляются дополнительные виды деятельности, где генерируются и оседают теневые доходы. Неудивительно, что в корне нездоровая экономика отбрасывает беспрецедентную по масштабам тень.

Например, в розничной торговле продовольствием доля теневых оборотов (рассчитанная методом баланса производства, потребления, ввоза и вывоза товаров) составляет 56-58%. Используя нехитрый дополнительный расчет, можно выяснить, что оплата труда калининградских работников является теневой почти на 60%. Иными словами, на внутреннем рынке области вращается в 2,5 раза больше денег, чем официально декларируется. По данным Российско-европейского центра экономической политики (проводившего в 2003 году в Калининграде обследование методом Дельфи), теневой сектор достигает в регионе 95% официально зарегистрированного ВРП, в то время как в среднем по России этот показатель вдвое ниже. Иначе говоря, в Калининградской области в тени сосредоточена фактически вторая экономика.

Тень в четырех лицах

По способам извлечения неучтенных доходов калининградскую теневую экономику можно разбить на несколько сегментов. Первый - сфера челночной, или так называемой малой приграничной, торговли: многочисленные физлица перепродают подакцизные потребительские товары, пользуясь разницей цен в Польше, Литве и России. До самого последнего времени такие "серые" рынки являлись своеобразным социальным амортизатором, помогая удержаться на плаву тысячам семей. Сегодня, после того как Польша и Литва ужесточили пограничный и таможенный контроль в соответствии с правилами ЕС, эти рынки сократились в масштабах, но не исчезли.

Второй сегмент - сфера деятельности средних и крупных торговых компаний, которые обеспечивают подавляющую часть калининградских импортных закупок. Они присутствуют на рынке в виде сетей многочисленных мелких фирм и частных предприятий без образования юридического лица, то есть намеренно дробят свои операции ради уклонения от налогов.

Третий сегмент - сфера производственной доработки импорта, где промышленные предприятия извлекают теневые доходы не столько за счет неофициального выпуска дополнительной продукции, сколько путем завышения номинальной стоимости импортных комплектующих в цене товаров, которые считаются произведенными в ОЭЗ и направляются на российские рынки без уплаты таможенных платежей. Проще говоря, речь идет о поставках из Калининграда в Россию завуалированного импорта, именуемых "импортозамещением".

Наконец четвертый сегмент - сфера заключения ложных внешнеторговых контрактов российскими и зарубежными участниками внешнеэкономической деятельности. Благодаря параллельному действию на территории калининградской ОЭЗ нескольких таможенных режимов регион используется в качестве удобной площадки для оформления внешнеторговой документации. Контракты, формально заключенные в Калининграде, на самом деле могут исполняться на территориях других стран и служить маскировкой для сложных цепочек лжеимпорта и лжеэкспорта.

Некоторые наиболее распространенные в регионе способы получения теневых доходов стоит рассмотреть подробнее.

Мал, мала, меньше

Ныне пересматриваемый закон об ОЭЗ, действующий в Калининграде с 1996 года, способствует масштабному уходу местных предприятий от НДС, что обусловлено внутренней противоречивостью норм данного закона, а также их несогласованностью с федеральным законодательством. С одной стороны, калининградские предприятия лишены возможности возмещать НДС, исчисленный с таможенной стоимости товаров (ст.7 закона об ОЭЗ освобождает от уплаты данного налога при ввозе импортной продукции), следовательно, должны уплачивать налог после реализации товара с его полной стоимости. С другой стороны, та же норма закона об ОЭЗ, в сочетании с нюансами федерального законодательства, создает предпосылки для полного ухода от НДС. Дело в том, что по российскому Налоговому кодексу от уплаты этого налога освобождены предприятия с малым оборотом или работающие по "упрощенке", если они не являются импортерами. Но в калининградской ситуации исключение для импортеров можно обойти.

Торговые и производственные предприятия области, работающие с импортными поставками, дробят бизнес на множество мелких фирм. Эти фирмы не платят НДС при ввозе товаров из-за границы в рамках закона об ОЭЗ. При дальнейшей реализации товаров внутри области они его не платят уже по Налоговому кодексу, как представители малого бизнеса.

Эти нормативные лазейки существенно сокращают налоговые поступления в бюджеты. Доля НДС в валовом продукте Калининградской области в полтора раза ниже общероссийского уровня и к тому же постоянно снижается. Зато формально регистрируемая в анклаве доля малого бизнеса существенно выше среднероссийской и постоянно растет. При этом между тенденцией роста малого бизнеса и снижением собираемости НДС прослеживается четкая корреляция. Более того, местные компании выигрывают на том, что как малый бизнес, имеющий право работать в рамках упрощенной системы налогообложения (а то и как предприниматели без образования юридического лица), они могут снижать налоговое бремя не только по НДС, но и по налогу на прибыль. К тому же практика дробления крупного и среднего бизнеса на множество мелких юрлиц донельзя смазывает информационную картину: статистическая отчетность малых предприятий, применяющих "упрощенку", никак не связана с их налоговой отчетностью, а частные предприниматели и вовсе не отчитываются перед органами статистики. Поэтому в регионе постоянно фиксируются казусы: например, по отчетам некоторых отраслей экономики, объем вывоза товаров за пределы Калининградской области в несколько раз выше объема их производства.

Пока не ясно, что произойдет после принятия закона об ОЭЗ в новой редакции с популярными налоговыми лазейками, прежде всего - со схемами ухода от НДС. Разработчики законопроекта - представители федеральных структур предусмотрели ликвидацию несоответствия порядка уплаты налога на добавленную стоимость в Калининграде нормам федерального законодательства. Однако власти региона разработали свой вариант законопроекта, в котором неразбериха с НДС сохраняется. На данный момент трудно прогнозировать, какая точка зрения будет преобладать при рассмотрении законопроекта федеральным правительством, а в дальнейшем Госдумой.

Игра в производство

Манипуляции с налогообложением путем дробления бизнеса - масштабное, но, пожалуй, не главное теневое бедствие, порождаемое режимом ОЭЗ. Узаконенная в регионе практика беспошлинной торговли приводит к тому, что под маркой развития областных импортозамещающих производств, ориентированных на сбыт продукции в большую Россию, происходит наращивание скрытого импорта. Из-за рубежа завозятся комплектующие высокой степени готовности, в анклаве производятся в лучшем случае завершающие технологические операции (сборка-сварка), а зачастую товар просто упаковывается. Иными словами, достаточно минимальных усилий, чтобы доказать: продукция является собственной, а не импортированной, следовательно, по закону об ОЭЗ, предприятия имеют право не платить таможенные платежи при ее вывозе на российские рынки.

Массовый уход калининградских предприятий от общероссийских пошлин нелегитимен в том смысле, что не отвечает целям развития в Калининграде конкурентного производства, ради которых он был узаконен. "Главное в региональном теневом обороте - таможенные пошлины, - считает Георгий Дыханов, генеральный директор калининградского консультационного центра "Бизнес-Эксперт". - Компании ввозят товары в регион беспошлинно и стараются вывезти его в Россию беспошлинно, доказывают всеми правдами и неправдами создание добавленной стоимости и зачастую строят потемкинские деревни". Попутно промышленные и псевдопромышленные компании изобретают специфические схемы ухода от налогов.

Показательна в этом отношении наиболее динамичная отрасль региона - машиностроение, поднявшееся на сборке бытовой техники для массовых российских потребителей (холодильники, телевизоры, пылесосы) и автомобилей марки BMW.

По статистике, рентабельность данной отрасли держится на мизерном уровне - 3%, тогда как объемы производства выросли за последние годы в несколько раз. Никто не будет наращивать невыгодный бизнес, значит, реальная прибыль калининградских сборочных предприятий намного выше декларируемой, но прячется в издержки. Так, две крупнейшие "импортозамещающие" компании региона постоянно ввозят импортные комплектующие на сумму, эквивалентную 70-90% стоимости готовой продукции всей машиностроительной отрасли в целом. Иными словами, можно предположить, что затраты на импортируемые детали существенно завышаются. И, конечно, наполнению казны не способствует тот факт, что производимая в регионе добавленная стоимость крайне низка на общероссийском фоне.

Эту группу проблем новый законопроект не решает, поскольку пролонгирует на 10 лет действие нынешних таможенных льгот для старых участников ОЭЗ. Новые же участники (появление которых предусмотрено проектом), получающие широкие налоговые льготы и формально лишенные ключевых таможенных льгот, сумеют найти схемы для использования обоих видов преференций. Соответственно, можно смело прогнозировать, что импортозамещение будет интенсивно расти, усиливая "теневизацию" калининградской экономики.

Антишоковая терапия

Рано или поздно под давлением объективных обстоятельств правила игры в регионе все же начнут меняться, а калининградский бизнес - выходить из тени. Однако, когда это произойдет, не стоит рассчитывать на автоматическое расширение официального сектора экономики за счет притока ресурсов (капиталов и рабочей силы) из теневой сферы. Скорее всего, надо готовиться к тому, что реальный сектор и регистрируемая величина ВРП существенно сократятся. Виртуальные сделки, за счет которых зарабатывается большая часть региональных теневых доходов, в принципе не подлежат легализации и включению в нормальный хозяйственный оборот. Как только возможность таких сделок исчезнет, то и реальные производственно-торговые операции, которые за ними стоят, в значительной мере потеряют смысл.

Впрочем, шоковый эффект для области вследствие неизбежного в долгосрочной перспективе сокращения теневого сектора можно сгладить. Для этого есть единственное средство: заранее, то есть прямо сейчас, начать перестройку принципов работы областной экономики и ее специализации. Иными словами, создавать условия для появления перспективных видов реальной деловой активности взамен обреченных виртуальных. Калининграду нужно не 10 лет переходного режима, при котором прежние правила игры пролонгируются (десятилетний переходный период предусмотрен в нынешней версии законопроекта), а два-три года для создания институциональной среды, позволяющей дальше идти на плавный структурный поворот.

Однако ни федеральный центр, ни областной к такому сценарию не готовы. Судя по последней версии законопроекта об ОЭЗ, Москва не намерена инициировать в Калининграде ни одно принципиальное институциональное изменение. Сама же область стремится к закреплению своего особого статуса в составе России, например в виде заграничной территории РФ, в том числе и для того, чтобы выбить у центра дополнительные привилегии и правомочия. Показательно, что 65% калининградцев, по данным недавнего исследования группы ЦИРКОН, считают: "федеральное правительство обязано оказывать области масштабную финансовую помощь". Таким образом, теневой сценарий развития региона обусловлен не только правовыми, экономическими, но и психологическими причинами: у большинства жителей области пока нет мотивации к созданию конкурентоспособной, то есть независимой и в перспективе легальной экономики.

Калининград - Москва

Базовые теневые сегменты Калининградской области

1. Малая приграничная торговля: многочисленные физические лица перепродают подакцизные потребительские товары, пользуясь разницей цен в Польше, Литве и России

2. Торговые компании, которые присутствуют на рынке в виде сетей многочисленных мелких фирм, то есть намеренно дробят свои операции

3. Производственная доработка импорта: предприятия извлекают теневые доходы путем завышения номинальной стоимости импортных комплектующих в цене товаров, которые считаются произведенными в ОЭЗ и направляются на российские рынки без уплаты таможенных платежей

4. Оформление внешнеторговой документации: контракты, формально заключенные в Калининграде, на самом деле могут исполняться на территориях других стран и служить маскировкой для сложных цепочек лжеимпорта и лжеэкспорта

Наталия Смородинская, Елена Степура

Сбор за оформление  »
Юридические статьи »
Читайте также