Чужое наследство

Начиная с 2006 года любой обладающий достаточными средствами сможет купить в Петербурге графскую усадьбу или даже великокняжеский дворец. Вступает в силу закон, отменяющий мораторий на приватизацию памятников истории и культуры .

Руины или частная собственность

Инициатором радикального решения передать в частное владение ряд лучших зданий стала губернатор Валентина Матвиенко. По ее мнению, бизнесмены не заинтересованы вкладывать средства в восстановление старинных домов, имея права лишь на аренду. Другое дело — если они станут собственниками. Характерно, что с почином выступила именно глава Петербурга: у нас расположен каждый десятый памятник истории и архитектуры из 75 тыс., официально зарегистрированных в России. Для сравнения: в Москве их 3500, в других городах — еще меньше.

За последние 15 лет во всей Российской Федерации сдано в долгосрочную аренду примерно 100 старинных особняков. Из них около 30 — в Петербурге. Беспокойство губернатора за судьбу исторического наследия вполне объяснимо: многие из старинных зданий, в свое время отданных различным ведомствам, закрытым институтам, пришли в упадок. Один из вопиющих примеров — великокняжеский особняк генерал-адмирала Алексея Александровича работы знаменитого архитектора М. Е. Месмахера, который сегодня превратился в полнейшую развалину.

Как считает глава Комитета по собственности Госдумы РФ Виктор Плескачевский, в продаже памятников архитектуры частным лицам нет никакого криминала. По его словам, норма, регулирующая подобные отношения, уже существует. Она отражена в законе «О приватизации государственного и муниципального имущества» .

Следует пояснить, что эпопея с приватизацией старинных особняков тянется уже не один год. Мысль о введении их в рыночный оборот посещает федеральное правительство уже в шестой раз. Трижды этим вопросом озаботился президент Ельцин. Еще в 1994 году он теоретически разрешил приватизацию памятников истории и культуры местного значения . Через год вступил в силу его указ, где был опубликован перечень объектов всероссийского значения, не подлежащих продаже. В 1997 году Борис Ельцин еще одним указом исключил из перечня объектов местного значения культовые здания .

В пору, когда президентом был избран Владимир Путин, было принято два соответствующих закона, оба в 2002 году. Один из них «О приватизации государственного и муниципального имущества» продажу памятников разрешал, другой «Об объектах культурного наследия» налагал на этот процесс временное вето. Это было сделано, с тем чтобы дать время на то, чтобы разграничить полномочия и права собственности на объекты недвижимости, принять нормативные документы о едином государственном реестре памятников, об их историко-культурной экспертизе и т. д.

К сожалению, эти работы не доведены до конца и сейчас. До сих пор нет четкой системы деления памятников на федеральные, региональные и муниципальные. Не приняты законодательные акты о льготах арендаторам и собственникам за ремонтно-реставрационные работы. Тем не менее, несмотря на недостатки, «дворцовые» реформы получили «зеленую улицу» от президента. В. Путин не раз говаривал: «Для нашей страны это не только богатство, но и огромный ресурс, ничуть не меньший, чем золото, нефть и газ».

А как «у них»?

Российские власти согласились с очевидным: нигде в мире государство не может содержать абсолютно все архитектурное наследие за счет средств бюджета. Как правило, этим занимаются частные владельцы. Например, во Франции, в живописной долине Луары располагается более 200 старинных замков, принадлежащих частным собственникам. Все они содержатся в образцовом порядке и открыты для посещения туристами. В государственной собственности находится всего 10 замков.

Характерно, что даже в консервативной Великобритании в последнее время начались продажи дворцов, принадлежащих королевской семье. Правда, понятие «продажа» здесь не совсем точное, поскольку продается не недвижимость, а право аренды на срок от 99 до 125 лет. К слову сказать, в Лондоне каждый 15-й особняк стоимостью свыше 1 млн фунтов стерлингов покупается русскими.

Однако глава службы по управлению федеральными памятниками Валериан Георг в отличие от нашего губернатора не так уверен в успешном исходе дела. По его словам, приватизация памятников архитектуры не является панацеей. Сегодня (по существующим условиям) никто не может поручиться за их целостность. А что касается возможности посещения частных дворцов горожанами и туристами, то тут и вовсе одолевают сомнения, захотят ли «новые русские», чтобы кто попало топтался в их апартаментах.

Дворцовый переворот

Сегодня говорят о предстоящей приватизации особняков Петербурга, забывая, что это в какой-то мере уже свершившийся факт. Еще до моратория, объявленного законом «Об объектах культурного наследия», в городе было приватизировано два десятка памятников регионального значения. Один из наиболее известных — Тенишевский дворец на Английской набережной, купленный в 2002 году небезызвестным владельцем футбольного клуба «Челси» и «начальником Чукотки» Романом Абрамовичем за 500 тыс. долларов под официальное представительство Чукотки в Петербурге. В этом трехэтажном особняке все было отреставрировано согласно пожеланиям реставраторов.

С памятниками архитектуры регионального значения все проще — их аренда или продажа составляет минимум трудностей. А вот с федеральными — хлопот не оберешься. Поэтому еще в 2003 году КУГИ заявил о снятии со 198 объектов статуса «памятник архитектуры федерального значения». Аргументы были такие: для восстановления исторических зданий их необходимо передать в управление коммерческим структурам.

Сегодня в Смольном составлен список из 26 старинных особняков, предназначенных к первоочередной распродаже. Среди них — дворец великого князя Алексея Александровича на набережной Мойки, дача А. А. Безбородко на Свердловской набережной, дворец Ю. П. Самойловой в Павловске, особняк З. И. Юсуповой в Пушкине. Среди памятников регионального значения — усадьбы Бенуа, Ланских, Зубовых, Дурново. Готовится к приватизации Фонтанный дом (вместе с музеем А. А. Ахматовой), дворец Кочубея. Власти утверждают, что в собственность будут отдавать только те здания, которые функционально не используются и разрушаются. Именно поэтому, например, особняк барона Штиглица сразу же по принятии закона о приватизации исторических зданий отойдет в собственность компании «ЛУКОЙЛ», которая сейчас его арендует и обещает вложить в его реставрацию 37 млн долларов.

Распродажа или реституция?

Продажами наших дворцов обеспокоились и за границей. В Госдуму поступило обращение потомков российских эмигрантов первой волны с предложением учесть при подготовке закона о приватизации зданий-памятников, что до революции у большинства из них были законные хозяева. Пока этот вопрос не решен, любая приватизация имущества будет «распродажей награбленного» — так считают потенциальные наследники. Объемы недвижимости, на которые они претендуют, достаточно высоки — ведь по всей России после революции было национализировано около 100 тыс. крупных объектов собственности. В Петербурге свои права на семейное гнездо готова предъявить княгиня Вера Оболенская, дед и бабка которой во время гражданской войны бежали во Францию.

В Москве такие лишенцы уже создали Союз защиты прав владельцев, который ведет мониторинг сотни возбужденных дел: истцы пытаются (пока безуспешно) вернуть себе недвижимость. По мнению сотрудника петербургского Института международных проблем Игоря Лещукова, если реституция и будет когда-нибудь иметь место, то никаких открытых конкурсов на передачу недвижимости не будет: все будут решать городские власти. Каким будет это решение, сказать сложно, поскольку требования наследников порождают массу проблем. Во-первых, их может быть несколько. Во-вторых, наверняка появятся фальшивые претенденты (вспомним замечательный фильм «Корона Российской империи»).

Наверняка раздача того, что на протяжении почти столетия считалось государственной (и даже народной) собственностью, может спровоцировать напряжение в обществе. Но главное — многие претенденты на имущество своих предков далеко не так обеспечены, чтобы содержать и реставрировать исторические здания. И уж вряд ли смогут конкурировать с современными олигархами, желающими заполучить те же самые дворцы.

Что почем

К продаже исторического наследия надо относиться с максимальной осторожностью. К этому призывает, в частности, директор Эрмитажа Михаил Пиотровский. По его словам, на памятники культуры не может распространяться «примитивное понятие» собственности и владения. У памятника может быть хозяин, но его права должны быть ограничены со стороны государства множеством правил и предписаний. И прежде чем продавать имущество, следует создать контролирующую службу, которая бы не позволяла новым хозяевам перестраивать старинные особняки по своему вкусу.

Не определена система оценки стоимости, а также реестр цен на поистине бесценные сокровища питерского зодчества. И в то же время, по некоторым данным, дворец на Шкиперском, 21, будет продаваться за 2,5 млн долларов. По мнению заместителя председателя КГИОП Алексея Комлева, в конкурсных торгах основным критерием должна быть не сумма, которую может заплатить покупатель, а качество реставрационных работ и сроки их проведения. Тем временем в Смольном готовится законопроект, предусматривающий приватизацию дворцов на льготных условиях. Например, снижение их рыночной стоимости до 50%...

Марина Сумина

Куда поедет Конституционный суд?  »
Юридические статьи »
Читайте также