Гарри Каспаров и его "истребление тиранов" Шахматный гроссмейстер сыграет против номенклатуры

Один из самых знаменитых шахматистов мира, Гарри Каспаров, похоже, все более превращается в политика и публичного трибуна. Став во главе "Комитета-2008", Каспаров разрушил наши представления о шахматисте как о тихом "ботанике" - этаком набоковском Лужине, мир которого ограничен шахматной доской и которому дела нет до общественной жизни и "истребления тиранов".

Из международных залов, где в академической тишине шли беззвучные бои между фигурами и где короли прятались за спины пешек, он шагнул не просто в настоящую политику - он вышел на шумную площадь, над которой реяли флаги нацболов и коммунистов и где до него не осмелился появиться ни один из "заслуженных демократов". Но и здесь, в политике, Каспаров не изменил себе - он остался гроссмейстером. Когда слушаешь его рассуждения о левых и правых, кажется, что речь на самом деле идет о черных и белых и что он просто мысленно расставляет фигуры, прежде чем начать матч против так называемой "группы Путина". Выступая недавно в Петербурге перед журналистами, Каспаров говорил и о "Комитете-2008", председателем которого он является, и о новой демократической партии, которую он надеется создать вместе с другим молодым лидером оппозиции - депутатом Госдумы Владимиром Рыжковым.

- "Комитет-2008" уникален тем, что в него входят представители разных демократических партий, прежде всего СПС и "Яблока", - говорит Гарри Кимович. - Но все равно неясно, сможет ли комитет сыграть роль объединительной площадки для демократов? Да, мы были, пожалуй, самой первой политической организацией в России, которая заявила, что целью нового режима является де-факто упразднение конституции и узурпирование власти. Речь будет идти об отмене института выборов как такового. Но для того, чтобы этому противостоять, нужна новая и по-настоящему массовая партия. Трудно предполагать, что Комитет-2008 - московская организация, влияние которой с трудом распространяется за пределы Садового кольца, - в состоянии решить такую глобальную проблему. Но с чего-то надо было начинать...

Формирование новой оппозиционной партии может проходить по разным сценариям. Из них можно выделить, по крайней мере, два главных. Один - традиционный, по типу того, как создаются у нас все партии. То есть все, что в России происходит, должно инициироваться в Москве. Это вообще способ существования российской номенклатуры, в том числе номенклатуры либеральной. Но позиция Владимира Рыжкова и моя по этому вопросу была иной. Для того чтобы такая партия была создана, чтобы она перестала искать эти заколдованные семь процентов, смогла вырваться за пределы "либеральной резервации" и по-настоящему представлять широкую оппозицию в обществе, нужно ориентироваться на 20-30 процентов электоральной поддержки. Ведь оппозиционный потенциал в нашем народе огромен. "Единая Россия" - это не партия, это некое номенклатурное образование. И большинство наших сограждан живет во внепартийной атмосфере. И есть вектор движения - в основном движения влево, но оно необходимо для создания широкой оппозиции. Поэтому такая партия не может быть создана в Москве в результате сговора старых демократических лидеров. Единственный сценарий ее образования - это проведение масштабных региональных конференций, которые должны вылиться в массовый съезд, который будет проходить не в Москве и даже, простите, не в Санкт-Петербурге, а где-то в провинциальной России.

- Гарри Кимович, всели старые демократы, входящие в "Комитет-2008", поддерживают такой сценарий развития событий?

- Боюсь, что договориться по этому вопросу будет очень сложно. Это два разных принципа формирования партии. Но, по-моему, другого способа, кроме как привлечение широких слоев оппозиционной общественности из российских регионов, нет и быть не может.

К сожалению, у нас нет времени долго раздумывать, так как события на улице разворачиваются совсем не так, как представляют себе демократические представители в Москве. И здесь между демократами пролегает еще один разрыв. На любое упоминание об улице звучит фраза: "Улица - это не наше, это что-то там для Рогозина, для коммунистов и нацболов". Один из членов комитета даже кричал: "Нас там разорвут". Я говорю: "Не нас, а вас". Это принципиальная разница. Мы с Рыжковым встречались с митингующими пенсионерами в Воронеже, в Петербурге я участвовал в последнем несанкционированным митинге... Люди нормально к нам относятся. Мы говорим о том, что их волнует. Поэтому лидеры, создающие новую партию, должны хотя бы не отставать от уличного протеста. Мы должны понять, что этот процесс еще не сформировался, он не стал красно-коричневым, как стращают нас некоторые журналисты. Именно на улице формируются новые партийные структуры, появляются новые активисты. И процесс этот должен идти вперед как можнобыстрее, потому что времени на регистрацию партии осталось мало, власть ставит нас в очень жесткие рамки. Уже к концу этого года у нас должно быть 50 тысяч членов - причем настоящих, реальных. Ведь нам нужна партия, созданная не политтехнологиями и не попытками найти списки людей, где-то купленные... Поэтому и надо работать с людьми на улице.

- Почему, говоря об опасности отмены выборов как таковых, никто из демократов до сих пор не подал судебный иск против отмены губернаторских выборов?

- Все-таки организованной демократической оппозиции пока еще нет. В повестке дня вопросы о прямой атаке на власть только появились. Я знаю, что в ряде субъектов Федерации такие судебные иски уже поданы. И мы сейчас собираем об этом информацию, чтобы процесс как-то централизовать. Все судебные иски будут являться одним из тех конституционных способов, которые смогут противостоять беспределу власти. Бросать вызов власти на судебно-правовом поле - один из конституционных способов противостоять ее беспределу. Хотя мы понимаем, что шансов выиграть очень мало.

Комитет уже потратил немало организационных и материальных ресурсов на поддержание иска в Верховный суд РФ об отмене парламентских выборов. В иске участвовали КПРФ, "Яблоко" и практически все физические лица "Комитета-2008". Как вы знаете, суд просто не стал выслушивать свидетелей. Из ста заявленных нами свидетелей выслушан был только один. Судья счел, что изучать доказательную базу не обязательно, и из 80 частных определений, которые мы просили вынести, отказал во всех. Естественно, конституционная жалоба также была отвергнута. Теперь мы готовим иск в Страсбург.

- На ваш взгляд, может ли повториться в России "оранжевый сценарий"?

- Наверное, говорить о революции в России преждевременно и не совсем правильно. Потому что все революции ("революция роз", "оранжевая революция") развиваются по очень своеобразному сценарию, связанному с особенностями конкретной страны. На Украине революция была спровоцирована выборами, точнее, их фальсификацией. А в России инициатором социальных волнений стало само правительство. Никто не заставлял власть, которая купается в нефтедолларах, грабить самых обездоленных. Поэтому сложно говорить, чем российский сценарий будет похож на украинский. Мне кажется, что правомочно говорить о другом: многие ошибки власти являются ее имманентной сущностью, они уже в нее встроены. Эта власть постоянно будет делать шаги, которые ведут к ее саморазрушению. По существу, номенклатурный блок начинает разъедаться. В итоге, вероятно, будет достигнут вариант, отдаленно напоминающий 1991 год, когда часть номенклатуры начнет искать союза с улицей, чтобы избежать масштабного социального взрыва и найти какую-то новую форму управления.

- Есть ли надежда, что Закон о монетизации будет отменен?

- Что касается монетизации и льгот, то это только первый шаг, на этом процесс реформ не остановится. И студентов начнут забирать в армию. Я уже упомянул, что это Кремль последовательно размывает группы своей социальной поддержки. Это эффект снежного кома. Чем дальше будет, идти власть, забирая у людей не только льготы, но и стараясь влиять на этот негативный процесс, тем шире будет становиться социальный протест. Все финансовые службы сегодня находятся в Москве, а регионы нищают. Это само по себе должно вызывать протест.

- Если вы победите, какой путь развития вы предлагаете России?

- Самый главный вопрос - о сущности номенклатурного государства. В России 1990-х годов сохранялся дуализм: с одной стороны, Ельцин не тронул номенклатуру, с другой стороны - появились свободные выборы. Между тем это две несовместимые вещи. В этом плане Путин как выразитель номенклатурных интересов, отменив выборы, был очень последователен. Ведь если есть выборы, то номенклатура должна непрерывно меняться. Но так как меняться она не собирается, то выборы должны исчезнуть. Поэтому мы намереваемся упразднить номенклатуру. Конечно, чиновники есть в любом государстве, но процесс их смены зависит от политического климата в стране. Чиновничий аппарат должен обслуживать новую политическую власть, а не владеть ею, как он владеет сегодня.

Необходимо также восстановление всех демократических институтов, которые упразднены. Во-первых, федеративный принцип в России должен быть восстановлен. И кроме того, президентская власть должна быть ограничена. Президентские функции не должны, например, превышать функций президента Франции. Необходима кардинальная реформа власти, которая помогла бы уйти от этой триады. ЦК КПСС - Совмин - Верховный Совет. Ведь фактически эта триада сейчас восстановлена. Президентская администрация, которая всем заправляет, техническое правительство и бессловесный парламент, а над всем этим стоит КГБ... Этот советский метод управления должен быть упразднен.

Записал Валерий Береснев

Нужно ли знать депутата в лицо? Выборы по партийным спискам - плюсы и минусы новой системы.  »
Юридические статьи »
Читайте также