Генплан общественного согласия Валентин Назаров: "Я считаю, что неправильно задавать жесткие рамки. Чем жестче, тем хуже. Это мой принцип"

Новый Генеральный план Санкт-Петербурга имеет несколько уникальных отличий от всех предыдущих, утверждает руководитель группы его разработчиков генеральный директор ЗАО "Петербургский НИПИград" академик Валентин Назаров, также руководивший разработкой предыдущего Генплана 1987 года и участвовавший в написании Генплана 1966 года. Об этих особенностях, а также о подробностях первого "рыночного" Генплана Петербурга он рассказывает в специальном интервью журналу "Эксперт С-З".

- Что такое Генплан и зачем он вообще нужен?

- В любой современной стране принято планировать свою жизнь. В каждой сфере планирование свое: демографическое, социально-экономическое планирование и т.д. Генплан - это документ пространственного планирования, регламентирующий использование тех или иных территорий. Вообще, такое планирование - это целая отрасль деятельности. Она решает, где какие объекты надо строить.

Для города пространственное планирование особенно важно. Потому что чем теснее все объекты расположены друг к другу, тем больше может возникнуть неувязок, если мы, скажем, один пространственный элемент развиваем, а другой не развиваем. Например, развиваем жилые районы, подводим к ним метро, дороги и так далее и в то же время не развиваем инженерную инфраструктуру, не предусматриваем для них территорий. И получается, что канализации в нужных местах нет, котельных нет и так далее. Значит, мы зря потратили деньги. Кроме того, все это должно быть увязано с экономическими планами.

Вся система планирования отвечает на вопросы "Что? Где? Когда?". На вопросы "Что?" и "Когда?" отвечают планы социально-экономического развития. Скажем, город будет заниматься промышленностью или развитием других видов деятельности. Когда будут реализованы все необходимые мероприятия - это зависит от ресурсов и от воли конкретных людей. А вот на вопрос "Где?" отвечает Генплан. Мы в Генеральном плане освещаем два момента - где и в какой последовательности.

- По каким планам изначально строился Петербург?

- В Петербурге генпланы были всегда. Нынешний – двадцатый по счету. Был, правда, период, когда очередной Генплан долго не принимался, - при советской власти. В 1920-х годах Генплан даже не разрабатывался, в 1930-х разрабатывался, и в 1936 году его хотели принять, но так и не приняли. В 1948 году была следующая попытка, и тоже неудачная. Первый советский Генплан Ленинграда был утвержден правительством СССР в 1966 году. Второй и последний - в 1987-м.

А первый Генплан Петербурга создал Петр I. Их было то ли три, то ли четыре варианта. Петр перетаскивал столицу из одного места в другое. То она была на Петроградской стороне, то на Васильевском острове, то в Кронштадте. То строился Меньшиковский дворец, то Петропавловская крепость, то его собственная резиденция у Летнего сада. И каждый раз Петр менял Генплан. В результате появились генпланы, каждый из которых соответствовал очередной инициативе Петра I. Он их так же быстро отменял, как и принимал.

Впервые серьезное градостроительное планирование во всей стране началось при Екатерине II. Она сделала генпланы на европейский лад для всех более или менее крупных городов, ввела там европейские системы планировки. И европейские генпланы разрушили живую ткань средневековых русских городов, таких как Псков, Тверь и другие. Закончилась целая эпоха русского градостроительства. На Петербурге это, естественно, не отразилось, потому что он всегда был европейским городом. Но с другой стороны, Екатерина ввела в России градостроительную культуру, которой раньше не было. И это, безусловно, хорошо.

Застройка Петербурга всегда жестко регулировалась. Никогда хаотично не строили, даже во время градостроительного бума конца XIX - начала XX века. Впрочем, это относилось только к государственным землям. Частные владельцы петербургских земель - Кушелев-Безбородко, граф Белосельский-Белозерский - сами распоряжались своей землей, на этих территориях правительство вообще не имело власти. Кушелев-Безбородко владел огромными землями на Выборгской стороне. Его усадьба сохранилась - там, где больница, за Металлическим заводом. Это были деревни, сельскохозяйственные земли. На этих землях возникла заводская Выборгская сторона. Тогда коммерческий напор в Петербурге был очень силен, 10% всего промышленного производства России оказалось сконцентрировано в Петербурге.

А вот граф Белосельский-Белозерский продавал свои территории и под жилые дома. Он был англоман и вообще очень интересный человек. Он создал спортивный центр Петербурга на своих землях на Крестовском острове. Построил там гребные базы, теннисные корты впервые заложил. Он развивал футбол, греблю, конную выездку и стрельбу по летающим тарелкам.

Застройку государственных земель в Петербурге всегда контролировал лично император. К Генплану относились не как к закону, а как к рабочему документу власти. Чиновники могли вносить в Генплан свои изменения, но только по мелочам. Базовые вещи, например "красные линии" улиц, имел право менять только император, только за его подписью могли измениться направление и ширина улицы. Это был важнейший элемент градостроительной дисциплины. Постепенно в царской России пришли к необходимости создания градостроительного законодательства.

С установлением советской власти волюнтаризм вернулся. Все российские градостроительные законы были отменены. "Красные линии" по-прежнему утверждались в составе Генерального плана, но менять их могли уже главные архитекторы, и они в советское время этим правом часто пользовались. Некоторые улицы закрывались, некоторые открывались, сужались, расширялись. А теперь этот вопрос должен быть закреплен в Правилах застройки. В самом Генплане точное положение "красных линий" улиц не определяется. Указано только, улица есть или нет. А точное положение и так далее определяется на стадии проекта планировки.

- Чем нынешний Генплан отличается от предыдущего?

- Предназначением. Раньше его делали для чиновников, управляющих городом. В советские времена Генплан был нужен не столько для управления, сколько для того, чтобы обосновать заявку на получение денег в Москве на строительство и реконструкцию. Потому что планирование, как и все управление, в СССР было сугубо централизованное, на развитие Ленинграда ресурсы выделялись в Москве на основании заявки. Генеральный план и играл роль такой заявки. Потому что если ты ничего не "забил" в Генплане, то тебе ничего и не дадут. Конечно, Генеральный план не являлся документом, обеспечивающим автоматическое финансирование из централизованного бюджета, но если какого-то объекта в Генплане не было, то получить деньги на его строительство было практически невозможно.

Раньше Генеральный план и утверждался в Москве. Теперь он утверждается городом. Правда, и сейчас, чтобы просить денег у Федерации на какие-то федеральные проекты, скажем на Кольцевую дорогу , Западный скоростной диаметр , на развитие портового комплекса и так далее, необходимо, чтобы все эти проекты были учтены в Генплане. Но главное все-таки в другом: новый Генплан мы создавали для того, чтобы согласовать интересы различных групп населения Санкт-Петербурга. И в этом самое главное отличие нынешнего Генплана от всех предыдущих. Он сейчас создается не для начальства, а для граждан.

Например, человек хочет вложить деньги в покупку квартиры или в строительство какого-то промышленного объекта, коммерческого объекта. И он должен знать, что будет рядом. Он должен быть уверен, что если он покупает квартиру за большие деньги из-за хорошего вида из окна и хорошей экологии, то рядом с его домом никогда не построят завод. А если завод могут построить, то человек должен знать об этом заранее, до того, как с него будут требовать повышенную цену. Чтобы инвестор, выбирая место для будущего предприятия, был уверен, что Генплан предусматривает здесь дорогу, подводку инженерных коммуникаций и развитие поблизости жилищного строительства, откуда можно будет брать трудовые ресурсы для предприятия. Все это нужно не власти, которая не инвестирует в предприятия и не строит жилье, а гражданам, бизнесу. Это не слова. Ради этого была проделана огромная работа, как техническая, так и интеллектуальная.

Генплан - это документ общественного согласия в сфере градостроительства, имеющий статус закона. Я абсолютно уверен, что такое соглашение должно быть между жителями города, включая, конечно, и власти. Генплан - это своего рода законодательная гарантия, данная сообществом каждому своему члену. Она нужна и для решения спорных вопросов. Например, когда одна фирма хочет построить на каком-то участке жилой дом, а другая - гипермаркет. Чтобы они не перестреляли друг друга, Генплан узаконивает конкретное функциональное назначение данного участка. И тогда можно подать в суд за нарушение этого документа. Раньше никто и никогда по поводу градостроительных дел не судился. Это было невозможно, потому что у нас, по-моему, с 1932 года градостроительное законодательство вообще в стране отсутствовало. Не было ни законов, ни правил землепользования, ни правил застройки. В 1990-х годах законодательство начало появляться, правда фрагментарно, и сейчас по этим вопросам иногда уже судятся. Так что градостроительство постепенно входит в правовую зону.

- Властям, наверное, непросто будет привыкнуть, что Генплан стал законом и нельзя произвольно раздавать землю под застройку?

- Конечно. Генплан будет мешать им, путаться под ногами. Они будут пытаться вносить поправки по любому поводу. Но поправки нарушают баланс интересов. Одна поправка тянет в одну сторону, другая - в другую. И чтобы не потерять баланс, гармонию в этом "броуновском движении", необходима процедура согласования каждой поправки с общей картиной. Предполагаемое изменение должно быть проанализировано во всех отношениях - по экологии, экономике и т.д. Согласовано с соседними территориями. Заменяться должен целый фрагмент: делается проект изменения, он проходит все экспертизы, все этапы согласования, все процедуры - как и сам Генплан. И только после этого проект планировки части территории города вносится в Генплан. Вырезается из Генплана соответствующий фрагмент и вклеивается новый. Вот как должна вноситься поправка. Тогда целостность документа не нарушается.

И будет очень затруднен волюнтаризм, который раньше процветал. Вот, например, первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Зайков распорядился построить цех по производству кабин для грузовиков прямо у дачи Дашковой. В результате исторический парк был уничтожен. Впрочем, цеха сейчас тоже уже нет - в здании работает супермаркет. Но у него есть частный владелец, его уже не снести. Так что парк восстановить невозможно.

- Ваш Генплан действует до 2025 года. Значит, вы исходили из долгосрочных прогнозов. Но они всегда неточны. Как вы это учитывали?

- Конечно, документ пространственного планирования должен базироваться на планах социально-экономического развития. Но в Петербурге есть соответствующая программа только на четыре года, до 2009 года. Официального прогноза социально-экономического развития до 2025 года пока нет. Работа над ним еще не закончена. Так что пришлось совместно с Леонтьевским центром составлять такой прогноз. Но крепкого документа социально-экономического развития в конечном счете так и не получилось. Впрочем, такие проблемы есть у всех городов в мире.

В нашем Генплане мы предложили следующий выход - заложить резервы территорий, которые позволяют маневрировать, когда жизнь начинает отличаться от прогнозов. Пошло развитие какой-то сферы деятельности - берем из резерва необходимые территории. С другой стороны, резерв - это лишние затраты на инфраструктуру и так далее. Потому что мы должны держать территории с инфраструктурой много лет незастроенными, а это прямые убытки. Избыточность, и в том числе территориальная, в общем, неэкономична.

С другой стороны, избыточность предусмотрена самой природой. Например, сам человек - чрезвычайно избыточная машина. Мозг используется лишь в малой части, из каждой клетки можно вырастить человека. Это обеспечивает запас прочности, надежности всей системы. Для города такая надежность очень важна. Поэтому территориальная избыточность, наверное, неизбежна и необходима.

- Россия - страна переходного периода. На обычную для всех стран неопределенность накладывается еще и эта: мы еще сами не знаем, какую страну, экономику хотим построить. Как вы это учитывали?

- Эта наша специфика учитывается двумя факторами. Первый - избыточность, конечно. А второй - это изменяемость самого Генплана, его корректировка. Корректировка должна проводиться на основании четко отлаженного мониторинга ситуации. Это, конечно, создаст проблемы, потому что всем жителям хочется иметь устойчивый документ. Особенно бизнесу - чтобы можно было планировать деятельность компаний. Но тут сделать ничего нельзя: невозможно составить четкий Генплан в стране, где все быстро и малопредсказуемо меняется. Это издержки нашего времени.

Впрочем, дело не только в стране, то есть в изменении внешних факторов по отношению к Генплану. Планы самого Петербурга тоже меняются, подчас кардинально. Анатолий Собчак хотел сделать Петербург банковской столицей. Потом заговорили о городе туризма, городе науки, городе высшего образования. Но приоритеты расставляет жизнь и происходит их смена. А ведь есть еще общее движение мировой экономики. Понятно, как встраивается Петербург в мировую экономику, но это зависит от очень многого, в том числе и от мировых цен на нефть.

В концепции Генплана были заложены три варианта территориального развития Петербурга - экстенсивный (в основном освоение новых территорий), интенсивный (в основном повышение эффективности использования нынешних территорий) и промежуточный. Разумеется, нам пришлось выбрать промежуточный вариант. Иначе просто невозможно все решить. Только так.

- Каков мировой опыт составления генпланов в ситуации, аналогичной нашей, например в послевоенных Японии и Германии? Как, например, создавался Генплан Токио в послевоенной Японии? Как этот опыт используется у нас?

- Опыт довольно богатый. Были, например, безумные попытки освоения Токийского залива: в нем планировались грандиозные постройки. Это был один из вариантов развития Токио, но он не мог быть реализован. С другой стороны, возникла проблема, связанная с повышением цен на недвижимость, - центр Токио стал хиреть. Потому что цены на землю поднялись так, что в Токио никто не мог ничего делать. Рынок сам себя замкнул, сам себя законсервировал. Правительство Токио объявило международный конкурс предложений, как в условиях сверхцен на землю все-таки развивать центр Токио. Я точно не могу сказать, какой конечный выход был найден, но, в общем, они нашли способы, с одной стороны, снизить эту цену, а с другой стороны, найти те функции, которые могли бы работать в условиях высоких цен.

В Петербурге использовать этот опыт напрямую невозможно, потому что каждый город имеет свой "норов" и ничто не может быть перенесено буквально. Но принципы, идеи, конечно, можно использовать. Вообще любой опыт помогает. Например, не знаю, насколько нам угрожает такое катастрофическое подорожание недвижимости в центре, как было в Токио, но рост цен, конечно, идет. Впрочем, я думаю, что это Москве грозит в большей степени.

Точно известно, что Петербургу реально угрожают те проблемы, которые решает любой город в своем развитии. Это, например, суперавтомобилизация. Это же типовая ситуация в истории развития любого города. И не использовать опыт других городов смешно. Но почему-то некоторые наши образованные депутаты этого не понимают. Они не осознают, что транспортный коллапс в Санкт-Петербурге, который прогнозируется к 2010 году, обязательно произойдет, если не предпринять необходимых, согласно мировой практике, мер. Мы предлагаем решения этой проблемы, но только в той части, которая касается территориального планирования. В Генплане зарезервированы территории для развития системы скоростных магистралей. Ряд этих территорий заняты сейчас различными объектами. Если их не снести и не выделить деньги на строительство магистралей, то новая транспортная система не будет реализована вовремя. Тогда транспортного коллапса нам не избежать.

Впрочем, одними скоростными магистралями тут не отделаешься. Необходимо еще, как во всех крупных городах мира, законодательно ограничить движение и парковку автомобилей в центре. Для этого необходимо создавать подземные паркинги в центре и перехватывающие парковки у метро, на подступах к центру. Мы заложили места для таких парковок. Конечно, их надо еще освободить, на это тоже придется потратить деньги.

В центре города сеть метрополитена должна быть развита так, чтобы от любой точки центра до входа в метро было не больше 500 метров. Под центром имеется в виду территория, ограниченная на юге Обводным каналом, на востоке - Невой, на севере и западе - дельтой Невы. Кроме того, у нас в Генплане заложен европейский принцип - общественный транспорт имеет свою полосу движения. Все стоят, а он едет. Если весь этот комплекс мер вовремя не реализовать, то центр точно задохнется.

- Какая градостроительная концепция развития Петербурга заложена в Генплане?

- У Петербурга, в отличие от многих других городов, есть одно свойство - здесь много такого, что надо сохранять. В других городах сохранять, по большому счету, нечего, важно только развивать, а для Петербурга функция сохранения очень важна. Приезжие восхищаются в Петербурге не тем, что мы сейчас сделали, а тем, что в нем было накоплено раньше. Но законсервировать город нельзя, потому что тогда он умрет. Жизнь - это всегда развитие. Поэтому нам надо развиваться, но одновременно не утратить всего того архитектурного, культурного наследия, которое есть в городе. Это большие деньги, большие заботы, большие усилия. И большое обременение для Генплана. В этом и состояла главная наша идея - развивать, сохраняя.

Поэтому в Генплан включили границы зон охраны исторической застройки. И идеологически это правильно. В Генплане - только границы зон охраны. Режимы, регламенты будут в Правилах застройки. Мы как раз начинаем их готовить. Надо понять ключевые моменты, которые формирует облик Петербурга, - система доминант, или система планировки, или что-то еще.

Что такое Генплан?

Градостроительный кодекс РФ : "Генеральный план является основным градостроительным документом, определяющим в интересах населения и государства условия формирования среды жизнедеятельности, направления и границы развития территорий городских и сельских поселений, зонирование территорий, развитие транспортной и социальной инфраструктур, градостроительные требования к сохранению объектов историко-культурного наследия и особо охраняемых природных территорий, экологическому и санитарному благополучию".

В соответствии с требованиями Градостроительного кодекса РФ, новый петербургский Генплан оформлен в виде закона Петербурга "О Генеральном плане Санкт-Петербурга и границах зон охраны объектов культурного наследия на территории Санкт-Петербурга" в следующем составе:

1. Положение о территориальном планировании Санкт-Петербурга, с картой границ Петербурга и функциональных зон, с указанием параметров их планируемого развития.

2. Материалы, устанавливающие размещение и очередность развития основных объектов жилищного и капитального строительства, объектов транспортной и инженерной инфраструктуры федерального, регионального и местного значения, с соответствующими картами.

3. Материалы, устанавливающие границы территорий и зон охраны объектов культурного наследия, территорий с особыми условиями использования по природно-экологическим требованиям, особо охраняемых природных зон и территорий с особыми условиями использования по санитарно-гигиеническим требованиям, с соответствующими картами.

Объем документа, имеющего статус закона Санкт-Петербурга, - около 900 страниц. Из них текстовая часть - 20 страниц. 250 страниц занимает список петербургских памятников, также имеющий статус закона. Остальное - карты Петербурга. Кроме того, к Генплану прилагается Обоснование (с исходными данными, расчетами, прогнозами) объемом около 600 страниц. Силу закона Обоснование не имеет.

Временные регламенты застройки земельных участков, утвержденные до вступления в силу настоящего закона Санкт-Петербурга, иные нормативные правовые акты Санкт-Петербурга, разрешения на строительство, реконструкцию, разрешительная документация, регулирующая осуществление градостроительной деятельности, действуют вплоть до их изменения, истечения сроков их действия или наступления иных обстоятельств, прекращающих их действие.

Я считаю, что главным критерием является узнаваемость. Сейчас не осталось домов на набережных Невы, которые изображены на старинных гравюрах. Но места все равно узнаваемы. Ты точно знаешь, что это место - оно и есть. Многое изменилось, вся ткань изменилась, а исторические места все равно узнаваемы. Вот и мы должны так же строить, чтобы узнаваемость сохранялась. Это, наверное, главный принцип развития исторических городов - сохранять узнаваемость. Чтобы всегда было видно: вот это - Петербург, а это - Париж. Самое трудное - найти ту меру, в пределах которой позволительно развивать, при этом сохраняя узнаваемость города. Чтобы не получилось как с Лондоном, который местами потерял свою идентичность: его испортили высотными зданиями в Сити.

Это, кстати, тоже задача согласования общественных интересов. Одна влиятельная часть общества хочет максимально все сохранить, а другая, не менее влиятельная, - максимально все перестроить. А мы должны найти баланс. При советской власти такая задача перед Генпланом не ставилась. Мы это тоже делаем впервые.

- Куда переедет промышленность из центра города? Уедет вся промышленность? А крупные заводы, вроде ЛМЗ, Балтийского завода и др.?

- Во-первых, хлебопекарные заводы все остаются в центре. Они не мешают, экологию не портят, хлебом пахнут, это приятно. Что касается крупных заводов, то остаются все, но часть их территорий (Балтийского завода, "Адмиралтейских верфей"), наиболее близкая к центру, обозначена в Генплане как резерв для развития общественно-деловой застройки. То есть в пределах расчетного срока (до 2015 года) мы можем дать развиваться там промышленности. Как, кстати, и на Выборгской стороне. Это формально не центр, и вся промышленность там остается. Это огромные территории. Они остаются промзонами.

От заводов полностью освобождаются все набережные Невы в ее дельте - под общественно-деловую зону. ЛМЗ, "Арсенал" и другие согласны свою береговую зону продать под общественно-деловую функцию. Набережную в районе Обуховского завода мы тоже обозначили как резервную территорию. Освободить ее от производства для общественно-деловой деятельности в ближайшие годы вряд ли удастся.

Что касается перемещения промышленности, то никто никого силой не выгоняет. Это невозможно по закону. Мы просто не будем давать им развиваться здесь, вкладывать деньги в развитие. Они не смогут получить разрешение на новую промышленную застройку. А то, что сейчас есть, пусть работает, пока собственники не решат, что выгоднее на этих территориях заняться чем-то другим. А это произойдет по мере роста цен на недвижимость в центре и ужесточения экологических требований. Вот уже с Петровского острова практически вся промышленность (кроме завода "Алмаз") уходит. Разумеется, добровольно. Некоторые собственники просто закрывают производство, а территории перепрофилируют. То же самое постепенно происходит и на южном берегу Обводного канала. Там большие территории высвобождаются. Они запланированы под общественно-деловую и жилую застройку.

Кстати, к нам как-то приезжали голландцы - европейские консультанты по развитию городов. Они нам говорили: "У вас великолепные возможности сделать прекрасный город. Вы должны этот серый промышленный пояс, который окантовал центр, весь ликвидировать и сделать тут систему рекреационных зон - парки, сады... И у вас будет лучший город мира". Это очень красивая идея, конечно. Но на такой решительный шаг мы не рискуем пойти. Мы пока планируем постепенное "выжимание" промышленности из центральных районов. Мы заложили довольно большие территории на юге города, в Шушарах, Обухово, Предпортовой, и на севере, в районе Лахты, для развития новых промышленных зон. В балансе города промышленные территории не уменьшаются, а даже несколько увеличиваются.

- Как планируется развивать рекреационные зоны в Петербурге?

- Во-первых, в пределах тех территорий, которые мы отдали под развитие, в соответствии с нормативами, заложен достаточный объем рекреационных зон. Во-вторых, мы сохраняем существующие рекреационные зоны. Точнее, то, что от них осталось. Потому что бизнес со своими новыми постройками довольно сильно нарушил баланс. И мы сейчас в Генплане пытаемся прекратить этот процесс. Все, дальше нельзя. Депутаты ЗакСа провели большую работу по закреплению всех этих зон. Во Фрунзенском районе предполагается создать парк, подобный Парку Победы. В свое время начали создавать огромный парк южнее проспекта Славы, но не успели. Там появился кирпичный завод. Во всех генпланах, начиная с 1966 года, на этом месте значится парк, но завод стоит как ни в чем не бывало. Выгнать его нельзя. Но мы, естественно, в Генплане заложили там парк.

Таких мест, кстати, довольно много. Например, в районе Володарского моста есть военная радиостанция. На этом месте можно сделать хороший зеленый массив: там есть старая историческая усадьба, парк, и эту территорию можно расширить. Попытались также сохранить зеленую зону в районе Муринского ручья. Сейчас эту территорию пытаются забить гаражами. Наша задача состоит в том, чтобы стабилизировать этот процесс, прекратить "съедание" зелени.

Мы также попытались сохранить те рекреационные ресурсы, которые есть в ближайших пригородах. И развить их. Мы, например, предлагаем создать новую спортивную зону на юге города, на территориях, примыкающих к Пулково, - между основным Петербургом и Пушкиным. Промышленная зона в районе аэропорта стабилизируется. Там в основном рекреационные зоны запланированы. И мы пытаемся найти способ сохранить эти свободные территории незастроенными. Я хочу воспользоваться тем, что сейчас вроде бы оживает идея создания комплекса "Формула-1". Для этого требуются большие территории. И мы предполагаем создание такого комплекса в районе Пулково.

- Как вы учитываете потребности населения в жилье разных категорий? В частности, как вы учитываете мировую тенденцию, когда люди хотят жить в пригородах, в недорогих маленьких таун-хаусах, окруженных деревьями? В 2025 году основное население Петербурга будет жить в многоэтажках или коттеджах?

- Я повторяю: единственное, что мы можем сделать, - это зарезервировать территории. Будут ли они застроены или нет - не наш вопрос. Под индивидуальные жилые дома мы зарезервировали огромные территории. Прежде всего - в пригородах: в Пушкинском, Петродворцовом районах. И даже в пределах города. Самые крупные площадки - это территории южнее Пушкина. Там предусмотрена целая цепь населенных пунктов индивидуального строительства.

Кроме того, систему коттеджных поселков мы запроектировали по южному побережью Финского залива. В частности, за счет выноса птицефабрики в Петродворце, развития района Володарки на север - к Финскому заливу. Там огромная территория. Ее до сих пор не застраивали из-за отсутствия очистных сооружений. Сейчас открылись ЮЗОС и можно строить. Также мы довольно сильно развиваем территории на северо-западе - район Горской, территорию рядом с Северной ТЭЦ, район Левашово, территорию около Мурино, в сторону Токсово, ближе к полигону. Короче говоря, мы довольно много зарезервировали под индивидуальное жилье.

Вообще-то мы в свое время делали концепцию, где индивидуальное строительство было признано преобладающим на какой-то период времени. Индивидуальный дом определяется так: вы стоите на собственной земле и открываете дверь в собственную квартиру. Это значит, что у вас есть земельный участок, а над вами и под вами никто не живет. А какой дом - коттедж, таун-хаус, одноэтажный или двухэтажный - все это неважно.

В нынешнем Генплане мы даем возможность 20% петербургских семей поселиться в индивидуальных жилых домах. Мы зарезервировали для этого необходимые территории. А воспользуется общество этой возможностью или нет - это уже другой вопрос. Пока что преобладает многоэтажное строительство. Из-за этого иногда возникают конфликты, когда рядом с коттеджами начинают строить многоэтажные дома. Нынешний конфликт в Коломягах - самый яркий пример. В Сестрорецке пока нет конфликта, но может возникнуть. Зреет конфликт в Зеленогорске. Все это происходит потому, что в старом Генплане такие интересы не учитывались. В новом Генплане мы попытались эти интересы согласовать.

- Учтена ли угроза возникновения в Петербурге трущоб наподобие Южного Бронкса в Нью-Йорке? Специалисты говорят, что такая угроза реальна: дома разрушаются, в некоторых ситуациях реконструировать их невыгодно.

- Трущоб мы не планируем. А если город их создаст, то это произойдет независимо от Генерального плана. Их появление зависит от экономической политики власти - от земельной политики, от налоговой политики, вообще от экономического климата. Власти Нью-Йорка в свое время прозевали эту опасность. Надо было вовремя отрегулировать процесс, сделать привлекательным этот район для инвесторов, и туда пошли бы деньги.

У нас такая угроза тоже существует: центр давно обветшал. Этот процесс начался в 1960-х годах, когда была принята политическая установка дать каждой семье отдельную квартиру. И все деньги пошли на периферию, а на развитие центра, на капремонт стали выделять очень мало средств. Произошла стагнация застройки центра города. Это политика: куда вкладываются деньги, где создаются преимущественные условия, там и происходит развитие. Это и есть государственное регулирование. Пока эта политика продолжается. И сейчас выгоднее строить жилье на окраинах и туда идут основные деньги.

- Где будет развиваться морской порт, на нынешнем месте или на какой-то другой территории, например в Ломоносове или в Усть-Луге, как предлагают некоторые политики и бизнесмены?

- Вопрос порта, конечно, всегда был ключевой проблемой в территориальном развитии Петербурга. Еще с николаевских времен обсуждали, где его развивать. Было три проек

На твердую почву  »
Юридические статьи »
Читайте также