ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 04.02.2003"ДЕЛО "ВАН ДЕР ВЕН (van der ven) ПРОТИВ НИДЕРЛАНДОВ" [рус., англ.]


[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
БЫВШАЯ ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ВАН ДЕР ВЕН (VAN DER VEN) ПРОТИВ НИДЕРЛАНДОВ"
(Жалоба N 50901/99)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА
(Страсбург, 4 февраля 2003 года)
По делу "Ван дер Вен против Нидерландов" Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
--------------------------------
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
Э. Пальм, Председателя Палаты,
В. Томассен,
Гойкура Йорундссона,
Р. Тюрмена,
К. Бырсана,
Й. Касадеваля,
Р. Марусте, судей,
а также при участии М. О"Бойла, Секретаря Секции Суда,
заседая 15 января 2003 г. за закрытыми дверями,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 50901/99), поданной в Европейскую комиссию по правам человека 30 августа 1999 г. против Королевства Нидерландов подданным Нидерландов Францискусом Корнелисом ван дер Веном (Franciscus Cornelis van der Ven) (далее - заявитель) в соответствии с бывшей статьей 25 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя, которому была предоставлена правовая помощь, представлял Й.Й. Серраренс (J.J. Serrarens), адвокат из г. Маастрихта (Maastricht). Власти Нидерландов были представлены своим Уполномоченным при Европейском суде по правам человека Р.А.А. Бекером ({R.A.A. Bocker}) <*>, Министерство иностранных дел Нидерландов.
--------------------------------
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
3. Заявитель жаловался, что режим, в котором его содержали в тюрьме с максимальной изоляцией заключенных, являлся бесчеловечным и унижающим достоинство обращением и нарушал его право на уважение его личной и семейной жизни.
4. Жалоба была передана на рассмотрение Первой секции Европейского суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В соответствии с пунктом 1 правила 26 в рамках Первой секции была создана Палата, которая должна была рассматривать данное дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции).
5. 28 августа 2001 г., после проведения слушания по вопросу о приемлемости жалобы и по существу дела (пункт 4 правила 54 Регламента), Европейский суд признал жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу.
6. Заявитель и власти Нидерландов предоставили замечания по существу дела (пункт 1 правила 59 Регламента). Заявитель в письменной форме ответил на замечания властей Нидерландов. Решением председателя Палаты эти замечания были приобщены к материалам дела (пункт 1 правила 38 Регламента).
7. Власти Нидерландов пригласили членов Первой секции нанести рабочий визит в тюрьму с максимальной изоляцией заключенных. 21 февраля 2002 г. Европейский суд решил, что для исполнения его функций не требуется данного визита.
8. 1 ноября 2001 г. был изменен состав секций Европейского суда (пункт 1 правила 25 Регламента), но настоящее дело осталось на рассмотрении Палаты, созданной в рамках бывшей Первой секции.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
9. Заявитель родился в 1949 году и в настоящее время содержится в тюрьме в Маастрихте.
10. Заявитель находился в предварительном заключении (voorlopige hechtenis) с 11 сентября 1995 г. Уголовное дело против него по обвинению в многочисленных преступлениях, включая тяжкое убийство, непредумышленное убийство, причинение тяжкого вреда здоровью, изнасилование и преступления в области оборота наркотиков, закончилось 26 марта 2002 г., когда Верховный суд (Hoge Raad) подтвердил Постановление Хертогенбосского апелляционного суда (gerechtshof) от 6 марта 2001 г., в соответствии с которым заявитель был осужден к пятнадцати годам лишения свободы. При назначении наказания апелляционный суд учел тот факт, что большую часть предварительного заключения заявитель содержался в максимальной изоляции. Кроме того, апелляционный суд вынес приказ TBS (помещение в распоряжение Правительства) (terbeschikkingstelling) с помещением в учреждение закрытого типа (met bevel tot verpleging van overheidswege).
11. Сначала заявитель содержался в учреждениях предварительного заключения общего режима (huizen van bewaring). В письме от 7 октября 1997 г. Национальный государственный прокурор писал начальнику учреждения предварительного заключения, в котором в тот момент содержался заявитель:
"... Сообщаю Вам, что серьезно увеличился риск для безопасности со стороны заявителя. Информационная служба пенитенциарной разведки (Gedetineerde Recherche Informatie Punt - "GRIP") получила информацию, которую я лично изучил и счел достаточно важной, надежной и конкретной, согласно которой (заявитель) намеревается бежать из-под стражи и с этой целью ухитряется устанавливать связи вне учреждения предварительного заключения. В интересах безопасности данная информация должна держаться в секрете.
Вероятно, побег будет сопровождаться насилием против людей и проводиться с помощью извне.
Кроме того, обращаю Ваше внимание на то, что из вышеупомянутой информации следует также, что (заявитель) пытается наладить контакты с людьми, или их налаживают другие люди от его имени, с помощью угроз и запугиваний.
Я советую Вам предпринять надлежащие меры по обеспечению дальнейшего заключения (заявителя), а также надлежащие меры по предотвращению возможного вреда, в особенности, вреда людям, который может быть причинен вне пенитенциарного учреждения".
12. 14 октября 1997 г. начальник учреждения предварительного заключения, в котором содержался заявитель, предложил специальному распорядительному совету тюрьмы особо строгого режима (Extra Beveiligde Inrichting - EBI) поместить заявителя в тюрьму особо строгого режима, которая является частью пенитенциарного комплекса Новый Воссевельд (Nieuw Vosseveld Penitentiary Complex) в Вухте (Vught). На заседании распорядительного совета 24 октября 1997 г. было определено место дальнейшего содержания заявителя, и 29 октября 1997 г. его отправили в тюрьму особо строгого режима.
13. В письме от 4 ноября 1997 г. министр юстиции подтвердил заключение заявителя в тюрьму особо строгого режима и сообщил ему о причинах, по которым было принято данное решение. Была сделана ссылка на письмо (упомянутое как "официальный доклад" (ambtsbericht)) от 7 октября 1997 г. Что касается угроз и запугиваний, министр юстиции написал, что они осуществлялись не только в отношении сокамерников, но и на людей вне учреждения предварительного заключения. Кроме того, заявителю было сообщено, что его побег создал бы неприемлемый риск для общества. Министр решил также, что ввиду угроз заявителя совершить самоубийство в случае его заключения в тюрьму особо строгого режима его следует содержать в так называемом A-режиме.
14. В январе и марте 1998 г. заявитель подал в Хертогенбосский апелляционный суд два ходатайства о переводе его в учреждение предварительного заключения общего режима. Первое ходатайство было признано неприемлемым, а второе отклонено. Апелляционный суд основывал свое второе решение на информации, полученной GRIP, о которой Генеральный прокурор апелляционного суда сообщил конфиденциально апелляционному суду на слушании, состоявшемся 26 марта 1998 г. Ни заявителю, ни его представителю не позволили послушать, что Генеральный прокурор сказал апелляционному суду. Когда заявитель и его представитель снова вернулись в зал заседания, апелляционный суд очень коротко сообщил им некоторую информацию из того, что рассказал Генеральный прокурор, но в ней не было ничего о происхождении и времени получения GRIP этой информации.
15. 29 октября 1998 г. министр юстиции решил, что заключение заявителя в тюрьме особо строгого режима должно продолжаться. Формулировка данного решения почти совпадала с формулировкой Решения от 4 ноября 1997 г. Но министр решил отменить A-режим заключения заявителя.
16. 17 декабря 1998 г. заявитель снова просил Хертогенбосский апелляционный суд о переводе его в учреждение предварительного заключения общего режима, утверждая, что его помещение в тюрьму особо строгого режима было незаконно. Заявитель ясно требовал применения статьи 8 Конвенции. Заявитель заметил, что его помещение в тюрьму особо строгого режима имело серьезные последствия для возможности пользоваться правами на уважение личной и семейной жизни в соответствии со статьей 8 Конвенции: частная жизнь и контакты с внешним миром в тюрьме особо строгого режима были сильно ограничены. Так, заключенные тюрьмы особо строгого режима имели право всего на одно свидание с супругами, родителями и детьми без стеклянной перегородки в месяц, при этом единственный разрешенный физический контакт сводился к рукопожатию в начале и в конце свидания. Свидания с другими родственниками (включая братьев и сестер) допускались только через стеклянную перегородку. Кроме того, позволялось общаться с родственниками по телефону всего два раза в неделю по десять минут.
17. Во время закрытых слушаний, состоявшихся 18 февраля 1999 г. в апелляционном суде, заявитель утверждал, что условия его содержания в тюрьме особо строгого режима были бесчеловечным обращением, что нарушало статью 3 Конвенции. В связи с этим он ссылался на факты, установленные Европейским комитетом по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП).
18. Решением от 16 марта 1999 г., вынесенным в закрытом заседании, апелляционный суд отклонил ходатайство. Апелляционный суд признал, что упомянутые в Решении министра юстиции от 29 октября 1998 г. причины оправдывают продолжение заключения заявителя в тюрьме особо строгого режима. Далее апелляционный суд признал, условия содержания в тюрьме особо строгого режима не нарушали статью 3 Конвенции, так как режим в тюрьме особо строгого режима был предусмотрен законом, и содержание заявителя в данном режиме не могло рассматриваться как пытки или бесчеловечное или унижающее обращение или наказание. Наконец, что касается статьи 8 Конвенции, апелляционный суд признал, что вмешательство в права заявителя, предусмотренные данной нормой, было оправдано, так как оно соответствовало законодательству и было необходимо в интересах, inter alia, общественной безопасности.
19. После очередного продления срока заключения заявителя в тюрьме особо строгого режима Решением от 10 ноября 2000 г., он подал апелляцию в Апелляционную комиссию (beroepscommissie) Центрального совета осуществления уголовной юстиции (Centrale Raad voor Strafrechtstoepassing). 12 февраля 2001 г. Апелляционная комиссия отклонила апелляционную жалобу. Хотя комиссия признала, что заявитель больше не мог считаться с большой степенью вероятности склонным к побегу, она сочла, что в случае побега заявитель подверг бы общество недопустимому риску ввиду характера преступлений, в совершении которых его обвиняли, и последствий для общества и общественного мнения.
20. В мае 2001 года заявитель был переведен в тюрьму общего режима в Маастрихте.
21. Заявитель утверждал, что во время его пребывания в тюрьме особо строгого режима он столкнулся с чувством беспомощности и угнетенности. Психологическое состояние заявителя неоднократно проверялось в пенитенциарном выборочном центре (Penitentiair Selectie Centrum - далее "ПВЦ") до того, как было принято решение о продлении срока его заключения в тюрьме особо строгого режима. В следующих пунктах цитируются выдержки из отчетов некоторых исследований, написанных V., главой отдела психологии ПВЦ.
22. Отчет от 28 октября 1999 г. гласит:
"Недавно, 21 апреля 1999 г., ПВЦ издал рекомендации, касающиеся (заявителя)... В то время был сделан следующий вывод:
"Учитывая личность (заявителя) и ход его заключения, заявителя необходимо признать способным на акты отчаяния. В пределах тюрьмы особо строгого режима такие акты почти наверняка (должны) будут направлены против себя. В менее строгом режиме он мог бы дать выход эмоциям на окружающих. В настоящее время остается необходимым особое внимание. Возникает вопрос, может ли тюрьма особо строгого режима, в конце концов, несмотря на все предпринятые попытки, предложить требуемое внимание. Если риск побега больше не требует заключение (заявителя) в тюрьме особо строгого режима, могла бы быть рассмотрена возможность перевода его в специальное отделение индивидуальной помощи (bijzondere individuele begeleidingsafdeling - далее "BIBA")".
Отчет за последние шесть месяцев подтверждает данную клиническую картину (заявителя). Его психологическое состояние то улучшается, то ухудшается. Имел место период депрессии. Причиной периодов психологического спада является несколько факторов, таких как: тоска (заявителя) по семье (этому, безусловно, способствует его заключение в тюрьме особо строгого режима), продолжающееся напряжение апелляционного разбирательства по вопросам права (в конце концов, на кону у (заявителя) стоит большая ставка), относительно низкая цельность личности (он имеет низкую психологическую устойчивость), а также его познавательные способности, которые находятся не на высоком уровне.
(Заявитель) содержится в тюрьме особо строгого режима в течение двух лет, и ему, очевидно, тяжело справится с этим. Помимо этого, некоторые черты личности и неопределенность относительно его дальнейшего заключения накладывают большие требования к ограниченным силам (заявителя). Я бы предложил его заключение в BIBA, но, к сожалению, это неосуществимо, учитывая, что (заявитель) находится в предварительном заключении.
Что касается настоящего продления срока заключения, я советую при принятии решения о продлении заключения в тюрьме особо строгого режима придать относительно большой вес вышеупомянутым аспектам в сравнении с текущей информацией о возможном риске побега".
23. Отчет от 13 апреля 2000 г. гласит:
"Из отчетов о ходе заключения (заявителя) следует, что до его помещения в тюрьму особо строгого режима его рассматривали как лидера, знакомого с тюремной жизнью. Имелись систематические проявления того, что он оказывал значительное (отрицательное) влияние, в том числе с помощью, inter alia, угроз. Результатом этих проявлений являлись частые переводы. С тех пор, как он содержится в тюрьме особо строгого режима, гораздо заметней стала более неустойчивая и подавленная сторона личности (заявителя).
(Заявитель) описывается тюремными медиками как уязвимая личность, склонная к депрессии, который проходит курс лечения по своим жалобам. Некоторые причины могут объяснить контраст между ролью (заявителя) во время заключения до помещения в тюрьму особо строгого режима и его текущей ролью. Во-первых, разумеется, необходимо упомянуть угрозу возможного осуждения к (пожизненному) лишению свободы. Удовлетворение апелляции по вопросам права возродило надежду, но очередное осуждение к пожизненному лишению свободы очень сильно огорчило (заявителя). По словам тюремных медиков,

"ПРОТОКОЛ О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН О ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОМ СОТРУДНИЧЕСТВЕ ОТ 27 ЯНВАРЯ 1994 ГОДА"(Подписан в г. г. Москве, Душанбе, 30.01.2003 - 03.02.2003)  »
Международное законодательство »
Читайте также