ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 18.12.1996"ЛОИЗИДУ (loizidou) ПРОТИВ ТУРЦИИ" [рус. (извлечение), англ.]

не имеет законной силы. Однако сделки, связанные с передачей права собственности между частными лицами, сохраняли свою силу.
События, произошедшие на Северном Кипре в 1974 г., сами по себе не были достаточными, чтобы обосновать потерю г-жой Лоизиду своей собственности. Например, если бы предыдущий status quo был восстановлен в 1975 г. или в 1976 г., то заявительница не потеряла бы свою собственность. Однако status quo так и не восстановлен до сих пор. Хотя и может создаться впечатление, что г-жа Лоизиду не лишилась своей собственности в результате разового акта 1974 г., тем не менее представляется весьма спорным, что переход собственности в действительности не имел места.
Более ранняя судебная практика Суда всегда имела дело в подобных вопросах с конкретными ситуациями. Так, например, в Решении по делу Папамихалопулос и другие против Греции от 24 июня 1993 г. вопрос касался отказа властей выполнить решение национального суда. В настоящем деле речь идет о другом, а именно о том, что право собственности г-жи Лоизиду было нарушено событиями 1974 г. или даже в результате последующего "перемещения собственности".
Можно предположить, что по истечении некоторого времени произошедшие в ТРСК события могли бы привести к изменению права собственности, т.е. не было бы постоянного нарушения, продолжающегося до настоящего времени. Соответствующие законодательные акты, вероятно, уже были бы приняты в северной части Кипра к тому времени, когда Турция сделала заявление о признании юрисдикции Суда.
Доктрина "длящегося нарушения" предполагает начало, т.е. событие, составляющее первоначальное нарушение, а затем и продолжение подобных нарушений. В деле Титины Лоизиду Суд, по моему мнению, не смог найти должное место для обеих составляющих этой концепции. Такого рода рассуждение привело меня inter alia к заключению о применимости возражения ratione temporis.
6. Сложившееся в 1974 г. положение дел сохраняется и сейчас. До настоящего времени все еще не ясно, какая сторона конфликта или какое компромиссное решение будут иметь "окончательный успех". Поскольку одна лишь долговременность контроля над территорией не может отождествляться с "окончательным успехом", нет полной ясности в том, сохранится или нет de facto ТРСК, а если и сохранится, то в какой форме: федерация или конфедерация, независимое государство или иная форма. В любом случае законность правовых актов Турецкой Республики Северного Кипра в отношении заявительницы зависит от финала. Окончательный результат конфликта, в форме post facto международного или двустороннего урегулирования, должен будет так или иначе решить вопрос о признании законодательных актов ТРСК, принятых после создания республики и / или о возвращении к первоначальному статусу, предшествовавшему принятию этих актов.
7. Национальный или международный судья, прежде чем определить, будет ли его позиция активной или сдержанной, должен, как правило, проанализировать, допускает ли дело единую точку зрения, готово ли оно для принятия решения или носит явно противоречивый или политический характер.
Возможно, что Решение Суда повредит усилиям ООН, Совета Европы и других международных организаций в деле достижения мирного решения кипрской проблемы. Однако "политическая природа" данного дела не должна учитываться в свете возможных политических последствий окончательного решения. Все Судебные решения, национальные и международные, имеют по меньшей мере некоторые социальные и политические последствия.
"Политическая природа" настоящего дела, с моей точки зрения, связана скорее всего с тем местом, которое занимают суды и, в частности, органы Конвенции в Страсбурге в системе разделения властей. При этом суды призваны играть роль, отличающуюся, например, от роли законодательных и исполнительных ветвей власти. Суды выносят решения в индивидуальных и конкретных случаях в соответствии с установленными правовыми нормами. Они в недостаточной степени предназначены для того, чтобы иметь дело с широкомасштабными и комплексными проблемами, которые, как правило, решаются посредством нормативных актов или путем проведения правовой реформы.
Точно такие же дилеммы стоят и перед международным судом, который, как мне представляется, должен осуществлять свою деятельность в несколько сдержанной, т.е. консервативной манере в вопросах, которые явно выходят за пределы конкретного дела, особенно когда они неразрывно связаны с конкретной структурой межобщинных отношений. Что касается данного конкретного дела, то Решение Суда о нарушении статьи 1 Протокола N 1 может привести к появлению еще сотни тысяч подобных дел, где заявители будут иметь законные основания рассчитывать на то, что как Комиссия, так и Суд будут руководствоваться данным прецедентом. В нашем случае можно говорить о том, что Суд фактически принимает решение с далеко идущими последствиями по широкому кругу вопросов, затрагивающих международное публичное право.
8. Более того, настоящее дело может затронуть роль Суда в другом вопросе, по которому я имел честь обменяться мнениями с моим коллегой судьей Вильдхабером. Данное Решение может повлиять на то, каким образом Суд будет рассматривать в будущем дела, касающиеся новых государств - участников, таких, как Хорватия, Босния и Герцеговина или Россия. Суду стоило бы проанализировать то, что происходит в хорватском районе Крайна, в Республике Сербия, в разных частях Боснии и Герцеговины или в Чечне. В этих местах предполагаемые нарушения прав человека и основных свобод

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 18.12.1996"АКСОЙ (aksoy) ПРОТИВ ТУРЦИИ" [рус. (извлечение), англ.]  »
Международное законодательство »
Читайте также