ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 26.01.1993"w. ПРОТИВ ШВЕЙЦАРИИ" [рус. (извлечение), англ.]


[неофициальный перевод]
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
W. ПРОТИВ ШВЕЙЦАРИИ
(Страсбург, 26 января 1993 года)
(Извлечение)
КРАТКОЕ НЕОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ДЕЛА
A. Основные факты
Г-н W., швейцарский гражданин, подозревался в совершении ряда экономических преступлений. 27 марта 1985 г. он был подвергнут предварительному заключению в связи с опасностью уклонения от правосудия, сговора и повторения правонарушений. Обвинения были связаны с деятельностью примерно 60 контролируемых им швейцарских и иностранных компаний и относились частично к 1977 г. Обвинения были также выдвинуты против 11 его соучастников. Следствие проводилось двумя специально назначенными судьями. Оно касалось проверки примерно 200 банковских счетов, включало около 350 допросов заявителя, его сообвиняемых и других лиц, при этом было составлено 711 томов основной документации по делу в дополнение к оригинальным документам, которые заняли 120 метров полок. Выявленный по делу ущерб был оценен по меньшей мере в 50000000 швейцарских франков. В период с марта 1985 г. по май 1988 г. заявитель подал 8 ходатайств об освобождении из предварительного заключения, все они были отклонены. 2 сентября 1988 г. его дело было передано для рассмотрения в Суд по уголовным экономическим преступлениям кантона Берн, который 30 марта 1989 г. после разбирательства, длившегося почти 6 недель, признал его виновным в должностном мошенничестве, злостном банкротстве, подделке документов и умышленном незаконном ведении дел компаний. Он был приговорен к 11 годам тюремного заключения и штрафу в 10000 швейцарских франков; 1465 дней, которые он провел в предварительном заключении, были зачтены в тюремный срок.
B. Разбирательство в Комиссии по правам человека
В жалобе, поданной в Комиссию 20 сентября 1988 г., заявитель утверждал, что была нарушена статья 5 п. 3 Конвенции. Жалоба была признана приемлемой 9 октября 1990 г.
В своем докладе от 10 сентября 1991 г. Комиссия установила обстоятельства дела и выразила мнение, что имело место нарушение статьи 5 п. 3 Конвенции (девятнадцатью голосами против одного).
Дело было передано Комиссией в Суд 13 декабря 1991 г.
ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ
ВОПРОСЫ ПРАВА
О предполагаемом нарушении статьи 5 п. 3
28. Заявитель утверждал, что продолжительность его предварительного заключения представляла собой нарушение статьи 5 п. 3, которая гласит:
"Каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию в соответствии с положениями подпункта "c" пункта 1 настоящей статьи... имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантий явки в суд".
Правительство оспорило эту точку зрения, тогда как Комиссия согласилась с ней.
29. Период, который предстоит рассмотреть, начался 27 марта 1985 г. - день ареста W. - и закончился 30 марта 1989 г., когда он был осужден Судом по уголовным экономическим преступлениям кантона Берн (см. п. 7 и 24 выше). Таким образом, период составил четыре года и три дня.
30. Мнение Комиссии было основано на том, что статья 5 п. 3 говорит о максимальной продолжительности предварительного заключения. Суд не может согласиться с этим мнением, тем более что оно не находит подтверждения в судебной практике, согласно которой разумное время не может быть определено in abstracto (см. mutatis mutandis Решение по делу Стогмюллер против Австрии от 10 ноября 1969 г. Серия А, т. 9 с. 40, п. 4). В Решении по делу Вемхоф против Федеративной Республики Германии от 27 июня 1968 г. Суд установил, что разумный срок непрерывного содержания обвиняемого под стражей должен определяться в каждом деле в соответствии с его специфическими чертами (Серия А, т. 7, с. 24, п. 10). Непрерывное содержание под стражей может быть оправданно, только если в деле есть конкретные указания на то, что требование защиты публичного интереса, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивает требование уважения личной свободы.
Именно национальные судебные органы должны прежде всего исследовать все обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии такого требования, и изложить их в своих решениях по жалобам об изменении меры пресечения. В основном именно на базе аргументов, изложенных в этих решениях, и достоверных фактов, представленных заявителем в его жалобах, Суд призван решить, имело ли место нарушение статьи 5 п. 3.
Наличие разумных оснований подозревать, что арестованное лицо совершило преступление, является sine qua non для законности непрерывного содержания под стражей, но по истечении определенного периода этого уже недостаточно: Суд должен далее установить, продолжают ли другие обстоятельства, на которые ссылались национальные судебные власти, оправдывать лишение свободы. В тех случаях, когда такие обоснования "релевантны" и "достаточны", Суд должен также выяснить, проявили ли компетентные национальные органы "особое усилие" при проведении следственных процедур (см. Решение по делу Томази против Франции от 27 августа 1992 г. Серия А, т. 241 - А, с. 35, п. 84).
A. Обоснования для содержания под стражей
31. Отказывая W. в изменении меры пресечения, швейцарские суды опирались, кроме серьезных подозрений, на три главных основания, из которых исходило и Правительство: опасность уклонения от правосудия, риск сговора и необходимость предотвратить совершение обвиняемым новых преступлений.
1. Риск уклонения от правосудия
32. По мнению заявителя, чем дольше длилось его содержание под стражей, тем более снижалась вероятность его уклонения от правосудия, поскольку угрожавший ему по приговору срок наказания, с учетом возможности досрочного освобождения, вряд ли превысил бы уже истекший период пребывания под стражей. Заявитель напомнил, что предлагал внести залог и не воспользовался отпуском из тюрьмы, предоставленным ему после осуждения, для того чтобы скрыться от правосудия.
33. Суд указывает, что опасность уклонения от правосудия не может измеряться только в зависимости от суровости возможного наказания; она должна определяться с учетом ряда других релевантных факторов, которые могут либо подтвердить существование опасности уклонения от правосудия, либо сделать ее настолько незначительной, что это не может служить оправданием содержания под стражей (см. вышеупомянутое Решение по делу Томази. Серия А, т. 241 - А, с. 37, п. 98). При этом необходимо учесть характер обвиняемого, его моральные качества, его средства, связи с государством, в котором он преследовался по закону, и его международные контакты (см. mutatis mutandis Решение по делу Неймастер против Австрии от 27 июня 1968 г. Серия А, т. 8, с. 39, п. 10).
В своих тщательно обоснованных решениях суды Берна учитывали конкретные особенности ситуации заявителя: после переноса своего постоянного местожительства из Швейцарии в Монте-Карло он часто посещал Германию, Великобританию, США, Антильские острова (где он, возможно, был собственником банка) и установил многочисленные тесные связи в зарубежных странах. Более того, он несколько раз заявлял, что хотел бы переехать на жительство в США. Был ряд свидетельств того, что он все еще располагал значительными средствами за рубежом и имел несколько различных паспортов. Как человек необщительный, он с легкостью мог бы скрываться за пределами Швейцарии.
Федеральный суд 7 ноября 1985 г., 25 августа 1986 г. и 25 апреля 1988 г. тщательно изучил все возможные обоснования изменения меры пресечения (см. п. 15, 16 и 20 выше). Суд в апреле 1988 г. признал, что опасность уклонения от правосудия уменьшилась, поскольку возросла продолжительность содержания под стражей (см. inter alia вышеупомянутое Решение по делу Неймастера. Серия А, т. 8, с. 39, п. 10). Однако он счел, что факты, приведенные обвинительной палатой, не оставляли сомнения в отношении намерения W. уклониться от правосудия и достаточно убедительно подтверждали, что такая опасность все еще существовала.
Для иного вывода у Суда никаких оснований нет. Расследование данного дела постоянно выявляло все новые и новые нарушения, которые могли бы привести к еще более суровому приговору. Кроме того, обстоятельства дела и характеристика заявителя дали право соответствующим судам отклонить его просьбу от 18 мая 1988 г. об освобождении под залог (то, что он незадолго до этого отказывался сделать): как сама сумма (30000 швейцарских франков), так и неизвестное происхождение этих денег не позволяли считать залог достаточной гарантией того, что заявитель не примет решение скрыться из-за боязни потери залога (см. п. 21 выше).
Наконец, тот факт, что после осуждения заявитель возвращался в тюрьму после каждой отлучки, не делает безосновательной позицию судей.
2. Опасность сговора
34. W. утверждал, что риска сговора в любом случае не могло быть после 29 апреля 1988 г., т.е. даты, когда судебные следователи объявили о передаче дела в суд (см. п. 13 выше); самое позднее в этот день материалы дела должны были быть готовы в такой степени, что опасность сговора уже исчезла.
35. Суд охотно признает, что власти могут посчитать необходимым содержать подозреваемого в тюрьме, по крайней мере в начале следствия, для того чтобы помешать ему запутать расследование, особенно в таком сложном деле, как данное, где необходимы многочисленные и сложные следственные действия. Однако с течением времени ситуация меняется даже в таком деле, и при нормальном развитии событий предполагаемые риски постепенно уменьшаются по мере того, как проводится расследование, фиксируются показания и осуществляется проверка (см. Решение по делу Клоот против Бельгии от 12 декабря 1991 г. Серия А, т. 225, с. 16, п. 43).
36. Для того чтобы показать, что значительный риск сговора имел место и продолжал существовать до начала судебного процесса, обвинительная палата ссылалась в основном на исключительный объем дела, огромное количество изъятых документов и их преднамеренно запутанное состояние, а также большое количество свидетелей, которых необходимо было допросить, включая свидетелей, проживающих за границей. Ее второй аргумент базируется на личности заявителя, чье поведение как до, так и после ареста отражало его намерение уничтожить все уличающие его свидетельства, например, путем фальсификации или ликвидации счетов. По мнению обвинительной палаты, имелись также достаточные опасения, что, оказавшись на свободе, он может злоупотребить ею и, пользуясь чрезвычайной запутанностью дел 60 с лишним контролируемых им компаний и своим влиянием на сотрудников, уничтожить не найденные улики, вероятное существование которых подтверждали другие документы, а также манипулировать свидетелями и склонять их к ложным показаниям. Наконец, обвинительная палата отметила расширение масштаба следственных действий в апреле 1987 г. в связи с расследованием преступлений, которые были совершены заявителем в Германии и первоначально расследовались там.
Федеральный суд, получая жалобы, в каждом случае скрупулезно изучал вопрос о том, действительно ли вышеизложенные соображения делали необходимым непрерывное содержание заявителя под стражей. Он призывал 7 ноября 1985 г., 4 июня 1986 г., 24 марта 1987 г. и 25 апреля 1988 г. судебных следователей работать интенсивно и получить недостающие документы и показания как можно скорее (см. п. 15 - 17 и 20 выше), но никогда не исключал существование опасности сговора. Напротив, он подтвердил, что такой риск существовал даже после окончания следствия и передачи дела в суд (2 сентября 1988 г.). Он принял во внимание не только личные качества W. и его прошлое, но и прежде всего то обстоятельство, что W., судя по материалам дела, во время других разбирательств фабриковал оправдательные доказательства, искажал датировку документации и манипулировал свидетелями (см. п. 22 выше).
В данном случае Суд также не видит причин для несогласия с мнением Федерального суда. Следовательно, национальные власти с полным основанием могли рассматривать изложенные обстоятельства как основание для содержания обвиняемого под стражей, чтобы избежать риска сговора.
3. Опасность повторения преступлений
37. Правительство утверждало, что имел место также риск, что в случае освобождения заявитель продолжит совершать преступления. Федеральный суд без рассмотрения аргументов обвинительной палаты - достаточно убедительных - не стал рассматривать этот аспект, поскольку опасность уклонения от правосудия и сговора уже являлась достаточным оправданием непрерывного содержания под стражей. Суд разделяет это мнение.
4. Вывод
38. В итоге два вышеупомянутых вида опасности были релевантными и достаточными аргументами в этом деле; они не были просто "остаточными" рисками, как, очевидно, посчитала Комиссия (см. п. 145 доклада Комиссии).
B. Проведение следствия
39. Проведение следствия также требует рассмотрения (см. п. 30 выше).
40. Заявитель жаловался, что по вине судебных следователей произошли значительные задержки, поскольку они продолжали допрашивать его в течение нескольких недель после того, как он дал им понять 11 апреля 1986 г., что согласно своему праву на молчание он больше не будет отвечать на их вопросы. Кроме того, у них не было необходимой для расследования данного дела техники, хотя в этом плане сложность дела была относительной, поскольку отсутствовали бухгалтерские документы, подлежавшие проверке.
41. Правительство со своей стороны подчеркнуло, что это было расследование самого сложного дела об экономическом преступлении в практике кантона Берн. Оно намного превосходило все другие дела такого типа как по объему, так и по сложности; собранные по делу документы заняли 120 метров полок. Более того, никогда еще предварительное заключение не длилось столь долго. Власти сделали все от них зависящее при подготовке досье по делу; была даже создана группа из двух судебных следователей, которым, в свою очередь, помогали специально приданные этой группе сотрудники, включая двух полицейских - специалистов и четырех секретарей; работу курировал генеральный прокурор. Были задействованы также значительные технические средства, включая компьютерное обеспечение. Прежде чем было вынесено окончательное судебное решение на 1100 страницах, было проведено 350 допросов, включая 36 допросов заявителя, и принято около 30 решений по его жалобам.
Заявитель не выразил никаких претензий относительно методов следствия. Что касается многочисленных допросов, они позволили ему осуществить свое право на защиту в отношении каждой новой улики, обнаруженной во время следствия.
42. Суд отмечает, что еще 7 ноября 1985 г. Федеральный суд, проверяя соразмерность продолжительности оспариваемого лишения свободы, рассмотрел вопрос о ходе дела. Федеральный суд пришел к выводу, что претензии W. в этом отношении были необоснованны (см. п. 40 выше). Опасаясь, что период предварительного заключения окажется чрезмерно длительным,

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Правительства РФ от 23.01.1993 n 61"ОБ УТВЕРЖДЕНИИ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РЕСПУБЛИКИ ПОЛЬША О ПООЩРЕНИИ И ВЗАИМНОЙ ЗАЩИТЕ КАПИТАЛОВЛОЖЕНИЙ И СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ ПОЛЬША О СОТРУДНИЧЕСТВЕ РЕГИОНА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА И РЕГИОНОВ РЕСПУБЛИКИ ПОЛЬША"  »
Международное законодательство »
Читайте также