Ответственность за неправомерное завладение имуществом

В. МАЛЬЦЕВ
В. Мальцев, доктор юридических наук.
Законом Российской Федерации от 1 июля 1994 г. УК России дополнен ст. 148(1) (неправомерное завладение транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом без цели хищения) и ст. 148(2) (неправомерное завладение чужим недвижимым имуществом), санкции которых содержат весьма суровые наказания, а деяния, предусмотренные ч. ч. 3, 4 ст. 148(1), к тому же отнесены к категории тяжких преступлений. Одновременно этим же законом из УК исключена ст. 212(1) (угон транспортных средств).
Упомянутыми статьями поставлены под охрану такие интересы собственников и законных владельцев имущества, которые раньше в уголовном праве защищались неполно (к примеру, имущественные интересы при завладении транспортным средством без цели хищения) либо фактически не защищались (те же интересы при противоправном завладении чужим жильем). Указанные дополнения кодекса, безусловно, социально обоснованы и своевременны. Вместе с тем, если рассматривать эти статьи сквозь призму юридико - догматического выполнения, их вряд ли можно признать безупречными. В частности, в наименовании и диспозициях ч. ч. 1, 4 ст. 148(1) неудачно употреблено слово "лошадь" - архаичное в данном контексте (почему бы тогда не перечислить и других животных, использующихся при гужевых перевозках: вол, олень, мул, осел или, наконец, собаки?), излишнее (ибо по смыслу оно охватывается выражением "иное ценное имущество") и допускающее двусмысленное толкование нормы (поставленное в один ряд с термином "транспортное средство", оно в противовес общепринятому в гражданском праве понятию "движимое имущество" сужает рамки термина "иное ценное имущество").
Есть также несоответствие между санкциями названных норм и других норм УК. Например, кража, совершенная в крупных размерах, или организованной группой, или особо опасным рецидивистом, наказывается лишением свободы на срок от четырех до десяти лет (ч. 3 ст. 144 УК) и неправомерное завладение транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом, совершенное организованной группой либо повлекшее уничтожение или утрату упомянутого имущества, наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет (ч. 4 ст. 148(1) УК). Однако хищения всегда справедливо считались более опасными имущественными преступлениями. Еще удивительней, что согласно ч. 4 ст. 148(1) УК ею сформулированное деяние опаснее и умышленного убийства (ст. 103 УК предусматривает лишение свободы от трех до десяти лет).
Получается, что при неправомерном завладении лошадью, мотоциклом, машиной, повлекшем их уничтожение или утрату, виновный по закону наказывается минимум на пять лет лишения свободы, а при умышленном убийстве человека - на три года.
По своему содержанию диспозиции и санкции ст. 148(1) и ст. 148(2) значительно отличаются, хотя реальная общественная опасность названных в них деяний примерно одинакова, схожи их конструктивные признаки. В сущности, эти деяния различаются только предметом посягательства (кстати говоря, в целом недвижимое имущество и по стоимости во всяком случае не уступает транспортным средствам, лошади или иному ценному имуществу). А если это так, то и нормативные отражения деяний не могут не быть похожими. В самом деле, почему, допустим, неправомерное завладение несовершеннолетним без цели хищения мотороллером, закончившееся уничтожением или утратой этого транспортного средства (ч. 4 ст. 148(1) УК, должно наказываться лишением свободы от пяти до десяти лет, а неправомерное завладение (причем обязательно с корыстной целью) например, домом, квартирой, гаражом, совершенное с использованием служебного положения или организованной группой (ч. 2 ст. 148(2), - лишь от двух до пяти лет лишения свободы? Такое решение не способствует борьбе с "беловоротничковой" и насильственной организованной преступностью.
Сказанное приводит к выводу о необходимости улучшения моделей статей нового УК, аналогичных ст. 148(1) и ст. 148(2) УК 1960 г. Они не могут закреплять приоритет собственности над жизнью и должны быть сбалансированы применительно друг к другу.
Объектом преступлений, предусмотренных ст. 148(1) и ст. 148(2) УК, является государственная, муниципальная, общественная, частная и иная собственность.
Из указания в ст. 148(2) УК на чужое недвижимое имущество следует, что определение неправомерного завладения транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом зависит от содержания понятия "движимое имущество", определяемое как "имущество, перемещение которого возможно без несоразмерного ущерба его назначению". К таковым вместе с транспортными средствами и лошадью относятся любые ценные предметы (любое ценное имущество), не составляющие недвижимого имущества.
В связи с развитием крестьянских хозяйств и усиливающимся интересом населения к содержанию животных, экзотических представителей фауны следует заметить, что нельзя исключать из числа предметов незаконного завладения скот и птицу, породистых собак и кошек, зверей, пресмыкающихся, птиц и рыб, если их стоимость соотносима со стоимостью транспортного средства или лошади. С учетом материального положения пострадавших, значения предметов (орудия и средства производства, топливо, продукты и т.п.) к "иному ценному имуществу" могут быть отнесены предметы и меньшей подразумевавшейся выше стоимости.
Объективная сторона анализируемого деяния выражается в неправомерном завладении транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом (ч. 1 ст. 148(1) УК). Неправомерным завладение будет тогда, когда оно совершается с нарушением закона, норм права. Хотя в ст. 148(1) нет упоминания о чужом имуществе, из содержания главы пятой ("Преступления против собственности") вытекает обязательность установления факта завладения именно чужим имуществом. Само же по себе завладение общим, совместным, долевым и т.п. имуществом, пусть и с нарушением юридических норм, не образует состава неправомерного завладения имуществом.
Не будет данного состава, думается, и в тех ситуациях, когда неправомерное завладение чужим имуществом совершается в счет погашения действительного долга или в возмещение причиненного ущерба. Однако если подобные деяния были сопряжены, например, с вторжением в жилище, нанесением вреда здоровью, самоуправством или злоупотреблением служебным положением, то вполне возможна ответственность в соответствии с нормами, содержащимися в других главах Особенной части УК.
Под завладением имуществом следует понимать его обращение в свое распоряжение, действия по его изъятию, захвату. Более того, представляется, что способы совершения хищений (конечно, с учетом отсутствия цели хищения) применительно к неправомерному завладению движимым имуществом вполне могут рассматриваться как способ совершения последнего. Оконченным завладение имуществом будет тогда, когда виновный получает реальную возможность пользоваться им или распорядиться по своему усмотрению.
К квалифицирующим признакам неправомерного завладения имуществом (ч. 2 ст. 148(1)) относятся: совершение этого деяния повторно; по предварительному сговору группой лиц; с насилием, не опасным для жизни или здоровья потерпевшего или с угрозой применения такого насилия; с причинением собственнику значительного ущерба.
Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении (ч. 1 ст. 17(1) УК). Завладение имуществом с распределением ролей не должно квалифицироваться как совершенное группой лиц, поскольку иначе ст. 17 УК (соучастие) утратит часть своего содержания, а деяния, действительно представляющие повышенную общественную опасность (когда одновременно действуют несколько исполнителей, совместно устраняющих препятствия на пути завладения имуществом), как бы "растворятся" в менее опасных посягательствах.
Под насилием, не опасным для жизни или здоровья потерпевшего, понимается причинение легкого телесного повреждения, не повлекшего за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, а также причинение потерпевшему физической боли либо ограничение его свободы, если это не создавало опасности для жизни и здоровья.
При определении значительности ущерба, причиняемого собственнику, надо учитывать, что его стоимостное выражение, по-видимому, не может превышать стоимости транспортного средства, лошади или иного ценного имущества, уничтожение или утрата которых образует самый опасный вид неправомерного завладения имуществом (ч. 4 ст. 148(1) УК). Поэтому значительным ущерб будет в тех случаях, например, когда после возвращения имущества собственнику возникает необходимость в ремонте имущества, требующем значительных затрат. При этом, конечно, надо учитывать не только стоимость ремонта, но и материальное положение собственника.
Под завладением имуществом, соединенным с насилием, опасным для жизни или здоровья потерпевшего или с угрозой применения такого насилия (ч. 3 ст. 148(1)), понимается причинение потерпевшему менее тяжкого телесного повреждения, либо легкого телесного повреждения, повлекшего за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности, а также иное насилие, которое хотя и не причинило указанного вреда, но в момент применения создавало реальную опасность для жизни и здоровья потерпевшего, либо угроза применения такого насилия.
Особо квалифицирующими признаками неправомерного завладения имуществом (ч. 4 ст. 148(1)) являются его совершение организованной группой и уничтожение или утрата транспортного средства, лошади или иного ценного имущества. Согласно ч. 2 ст. 17(1) УК преступление признается совершенным организованной группой, если устойчивая группа лиц заранее объединилась для совершения одного или нескольких преступлений. Об устойчивости группы могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава и организационных структур, сплоченность ее членов, постоянство форм и методов преступной деятельности. Под уничтожением имущества подразумевается его приведение в полную негодность, невозможность восстановления для использования по своему назначению, а под утратой - окончательное лишение имущества, его исчезновение.
Субъективная сторона рассматриваемого деяния характеризуется прямым умыслом (лицо сознает, что неправомерно завладевает чужим ценным имуществом, и желает этого) и отсутствием цели хищения (то есть корыстного стремления к обращению чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц). При этом состав неправомерного завладения имуществом будет как в ситуациях, когда оно изымается для целей временного (иногда достаточно продолжительного) и, может быть, корыстного употребления, так и в случаях, когда виновные действовали из альтруистических соображений, подобно киногерою Деточкину.
Субъектом неправомерного завладения транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом без цели хищения является вменяемое лицо, достигшее четырнадцати лет. Если это преступление совершается должностным лицом с использованием служебного положения, то его действия следует дополнительно квалифицировать как злоупотребление властью или служебным положением (ст. 170 УК) либо превышение власти или служебных полномочий (ст. 171 УК). Необходимость такой квалификации следует из того, что в этих случаях причиняется ущерб двум самостоятельным объектам уголовно-правовой охраны, а по опасности указанные деяния к тому же примерно одинаковы (следовательно, ни одно из них не может включать в себя другое).
Предметами преступления, предусмотренного ст. 148(2) УК, выступает чужое недвижимое имущество, под которым понимается земельные участки и все, что прочно с ними связано, как - то: здания, сооружения, предприятия, иные имущественные комплексы, многолетние насаждения и т.д.
В силу специфики предмета посягательства объективная сторона этого деяния (ч. 1 ст. 148(2)) обычно не может заключаться в тайном для собственника изъятии имущества. Она прежде всего выражается в неправомерном, вопреки воле собственника или законного владельца, установлении контроля над чужим недвижимым имуществом. Поскольку приобретение и прекращение права на такое имущество требуют специального юридического оформления (государственной регистрации, нотариального удостоверения), возможность даже фактического распоряжения недвижимым имуществом, несмотря на неправомерное пользование им, может не появиться вообще. Отсюда преступление следует считать оконченным в момент, когда у виновного возникает реальная возможность пользоваться недвижимостью. При этом, конечно, надо иметь в виду, что действия лица по "узаконению" за ним недвижимости могут неопровержимо свидетельствовать о наличии у него умысла на хищение. Поэтому, если фактическое завладение имуществом уже произошло, такие действия должны расцениваться как покушение на хищение, например мошенничество.
Квалифицирующими признаками неправомерного завладения чужим недвижимым имуществом являются совершение его группой лиц по предварительному сговору либо с использованием служебного положения (ч. 2 ст. 148(2)). Поскольку в законе опущено наименование "должностное лицо", а воспользоваться служебным положением могут и так называемые технические работники (сотрудники нотариальных, всякого рода техническо - инвентаризационных, жилищно - коммунальных, социально - реабилитационных отделов и контор, не являющиеся должностными лицами), их действия по завладению недвижимостью, как и действия должностных лиц, совершенные с использованием служебного положения, должны квалифицироваться по ч. 2 ст. 148(2) УК.
Субъективная сторона описанного в ст. 148(2) деяния характеризуется прямым умыслом (лицо сознает, что неправомерно завладевает чужим недвижимым имуществом, и желает этого), корыстной целью (желанием из владения имуществом извлечь выгоду, обогатиться) и отсутствием стремления присвоить недвижимость, обратить ее в свою пользу или пользу других лиц.
Субъект преступления - вменяемое лицо, достигшее шестнадцати лет. Если завладение недвижимым имуществом, совершенное должностным лицом с использованием служебного положения, характеризуется также и наличием признаков ч. ч. 2 ст. ст. 170, 171 УК, действия должностного лица нужно квалифицировать и как соответствующее должностное преступление при отягчающих обстоятельствах. Вместе с тем "простые" составы этих деяний (ч. 1 ст. 170, ч. 1 ст. 171 УК), думается, охватываются составом ч. 2 ст. 148(2) УК. Использование служебного положения здесь выступает одним из способов совершения более опасного преступления.
ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

"УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР"
(утв. ВС РСФСР 27.10.1960)
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 01.07.1994 N 10-ФЗ
"О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ И ДОПОЛНЕНИЙ В УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР И
УГОЛОВНО - ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РСФСР"
Законность, N 3, 1995

Комментарии к законам »
Читайте также