Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2010 по делу n А72-18254/2009. Оставить решение суда без изменения, а жалобу - без удовлетворения

того, регистрация юридического лица является результатом волеизъявления государственного органа, на который и возложена обязанность по проверке соответствия представленных документов и сведений об учредителях юридического лица требованиям законодательства. При этом, лицо, вступающее в гражданско-правовые отношения со своим контрагентом, лишено какой-либо возможности проверить основания его государственной регистрации.

Аналогичные выводы были сделаны Федеральным арбитражным судом Поволжского округа в постановлениях от 04 декабря 2009 г. по делу №А55-9710/2008 и от 14 июля 2009 г. по делу №А65-27027/2007.

Утверждение налогового органа об открытии расчетного счета ООО «Экорт» в Ульяновском филиале АКБ «Менатеп СПб» (ОАО) неустановленным лицом не подтверждено допустимыми и достаточными доказательствами.

Суд апелляционной инстанции считает недопустимым доказательством по настоящему делу письмо нотариуса Шейфер П. А., из которого следует, что им не заверялась подпись Малышева А. С. на банковской карточке, представленной впоследствии в АКБ «Менатеп СПб» (ОАО). Достоверность удостоверительной надписи нотариуса на банковской карточке не относится к числу тех сведений, которые могут быть установлены налогоплательщиком самостоятельно. Такие сведения как достоверность удостоверительной надписи нотариуса на банковской карточке подлежат проверке при открытии банком расчетного счета юридического лица, а, значит, именно на банк возложена обязанность по проверке соответствия представленных документов требованиям законодательства.

Более того, сведения нотариуса о несвидетельствовании подписи руководителя ООО «Экорт» не подтверждены выпиской из соответствующего реестра регистрации нотариальных действий.

Ссылка налогового органа на различия в подписях Малышева А. С. на доверенностях на имя Шпагина В. В. и Усачевой Е. В. (уполномоченных сдавать в банк и получать из него документы по расчетному счету ООО «Экорт») является безосновательной. Принадлежность подписи, выполненной на указанных документах не Малышеву А. С., а иному лицу, не была подтверждена никакими допустимыми доказательствами, в частности, заключением эксперта.

Из пояснений, данных Шпагиным В. В. и Усачевой Е. В., усматривается, что указанные лица не отрицают представление в Ульяновский филиал АКБ «Менатеп СПб» (ОАО) платежных поручений от имени ООО «Экорт» и получение выписок и иных документов, связанных с осуществлением операций по расчетному счету данной организации.

Утверждение налогового органа о наличии у ООО «Экорт» электронной цифровой подписи, используемой при совершении операций по расчетному счету в Ульяновском филиале АКБ «Менатеп СПб» (ОАО), не имеет правового значения при оценке реальности взаимоотношений ООО «Триарий» с данной организацией. Использование электронной цифровой подписи является распространенной деловой практикой и не влечет никаких правовых последствий в сфере налогообложения для контрагента ее владельца.

Суд апелляционной инстанции считает безосновательным довод налогового органа о том, что приобретение ООО «Экорт» векселей и перечисление с расчетного счета данной организации денежных средств на счет Агафонова Е. А. (одного из учредителей ООО «Триарий»), а также перечисление контрагентом общества денежных средств на расчетные счета ООО «Мегаторг», ООО «Симбирск-Джус», ООО «Геккон», якобы свидетельствует о нереальности сделок между ООО «Триарий» и его контрагентом.

Распоряжение ООО «Экорт» денежными средствами, в том числе, поступившими на его расчетный счет от ООО «Триарий», не влечет для общества, как самостоятельного налогоплательщика и участника гражданского оборота, никаких правовых последствий в сфере налогообложения.

Аналогичные выводы были сделаны Федеральным арбитражным судом Поволжского округа в постановлениях от 04 февраля 2009 г. по делу № А55-9710/2008, от 15 января 2009 г. по делу № А55-5612/2008 и от 02 апреля 2009 г. по делу № А65-12406/2008, причем в передаче последних в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации для пересмотра в порядке надзора отказано Определениями от 20 мая 2009 г. № ВАС-5681 и от 14 июля 2009 г. № ВАС-8436/09.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод налогового органа об экономической необоснованности и нецелесообразности приобретения ООО «Триарий» товара (минеральной воды «Волжанка») у ООО «Экорт».

Налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении, обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала или от эффективности использования капитала.

Утверждение налогового органа о том, что товар, приобретенный ООО «Триарий» у ООО «Экорт», впоследствии был обратно передан лицу, поставившему этот товар контрагенту общества, является бездоказательным.

Ссылка налогового органа на показания Кулика И. Л. (в проверяемом периоде, являвшегося генеральным директором ООО «Триарий»), пояснившего, что он не был знаком с директором ООО «Экорт», является безосновательной.

Из материалов дела усматривается, что взаимоотношения общества с поставщиком оформлены посредством договора, заключенного в письменной форме, а, значит, допустимым является отсутствие личных контактов директора организации-покупателя с руководителем его поставщика.

Что касается показаний главного бухгалтера ООО «Триарий» Коневой Н. А, то из них также не усматривается отсутствие реальных взаимоотношений общества с ООО «Экорт».

Из материалов дела видно, что ООО «Триарий», вступая во взаимоотношения с ООО «Экорт», располагало уставом данной организации и выпиской из ЕГРЮЛ, согласно которой указанная организация являлась действующей, то есть проявило должную степень осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.

В соответствии с Постановлением судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговый орган не представил доказательств в подтверждение того, что сведения, содержащиеся в представленных обществом документах, неполны, недостоверны или противоречивы.

В соответствии с Определениями Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июля 2001г. № 138-О и от 15 февраля 2005г. № 93-О для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком уставной деятельности, для которой получалась продукция и другие доказательства.

При рассмотрении настоящего дела налоговые органы таких доказательств не представили.

Из материалов дела видно, что действия ООО «Триарий» были направлены на получение экономического эффекта в результате осуществления им реальной предпринимательской деятельности, что, в соответствии с пунктом 9 Постановления, является безусловным основанием для признания наличия в действиях общества разумной деловой дели и полученной им налоговой выгоды обоснованной. При этом получение налоговой выгоды не являлось самостоятельной деловой целью общества.

Исходя из оценки перечисленных обстоятельств в их совокупности и взаимосвязи, с учетом правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции правильно признал недействительным решение налогового органа в части доначисления ООО «Триарий» НДС в сумме 2795939 руб. 33 коп., налога на прибыль в сумме 126085 руб., начисления пени, приходящихся на указанные суммы налогов

Данный подход согласуется с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в Постановлениях Президиума от 20 января 2009 г. № 2236/07, от 10 марта 2009 г. №№ 9821/08, 9024/08.

Суд апелляционной инстанции считает безосновательным вывод суда первой инстанции о том, что налоговый орган якобы ошибочно указал в решении на доначисление ООО «Триарий» НДС за 2004 г., поскольку сумма НДС по налоговой декларации общества за 2004 г. подлежит не уплате в бюджет, а возмещению из бюджета.

В акте выездной налоговой проверки и в оспариваемом решении налоговый орган указал на то, что ООО «Триарий» занизило НДС к уплате за 2004 г. на 4484421 руб. (т.1, л.д. 64, 78) в связи с неправомерным принятием налога в соответствующей сумме к вычету. Таким образом, налоговый орган пришел к выводу о необоснованном занижении обществом налоговой базы по НДС, что является основанием доначисления налога в соответствующей сумме.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о несоблюдении налоговым органом положений пунктов 3, 4 статьи 100 НК РФ об оформлении результатов выездной налоговой проверки, а также пунктов 1.8.1, 1.8.2 Требований к составлению акта выездной налоговой проверки, утвержденных Приказом Федеральной налоговой службы Российской Федерации от 25 декабря 2006 г. №САЭ-3-06/892@.

При этом, суд первой инстанции ошибочно указал на то, что налоговый орган неправомерно не вручил налоговому органу приложения к акту выездной налоговой проверки, содержащие информацию о результатах проведения встречных проверок, о допросах свидетелей.

Налоговое законодательство не содержит норм, обязывающих налоговый орган направлять налогоплательщику материалы проверки, в том числе приложения к акту налоговой проверки. Данный вывод согласуется с правовой позицией Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в решении от 09 апреля 2009 г. № ВАС-2199/09.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные неверные выводы суда первой инстанции не влияют на законность обжалуемого решения.

Суд первой инстанции правильно указал на то, что налоговый орган, вопреки требованиям пункта 1 статьи 101 НК РФ о вынесении решения по результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, не дал оценку доводам ООО «Триарий», приведенным в возражениях на акт выездной налоговой проверки.

Утверждение налогового органа об отсутствии в упомянутых возражениях ссылок на конкретные нарушения, допущенные налоговым органом при проведении проверки, является безосновательным. НК РФ не ставит обязанность налогового органа по рассмотрению возражений налогоплательщика в зависимость от содержания представленных возражений.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции правильно признал повторную налоговую проверку ООО «Триарий» проведенной с нарушением требований пункта 10 статьи 89 НК РФ. Данной правовой нормой предусмотрено, что повторная выездная налоговая проверка может проводиться вышестоящим налоговым органом в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку.

Из материалов дела усматривается, что обстоятельства взаимоотношений между ООО «Триарий» и ООО «Экорт» не были изложены ни в акте, ни в решении ИФНС России по Железнодорожному району г. Ульяновска. Соответствующие хозяйственные операции являлись предметом исследования лишь Управления по налоговым преступлениям Управления внутренних дел Ульяновской области. Полученные УФНС России по Ульяновской области от органа внутренних дел доказательства без дополнительной проверки были положены в основу оспариваемого решения. Таким образом, УФНС России по Ульяновской области не реализовало основную цель повторной выездной налоговой проверки – не осуществило контроль именно за деятельностью нижестоящего налогового органа. Кроме того, повторная проверка представляла собой исследование не всех хозяйственных операций, совершенных в проверяемом периоде, а взаимоотношений лишь с одним контрагентом.

Суд апелляционной инстанции также считает, что сведения, полученные Управлением по налоговым преступлениям Управления внутренних дел Ульяновской области и положенные в основу оспариваемого решения налогового органа, не отвечают критерию доказательств по делу о налоговом правонарушении, как сведений о фактах, полученных в предусмотренном законом порядке.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04 февраля 1999 г. № 18-О указал на то, что результаты оперативно - розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно - розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем.

Вопреки требованиям части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности доказывания, налоговый орган не представил никаких доказательств закрепления соответствующих сведений в порядке, установленном законом.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что налоговый орган не обеспечил соблюдение прав и законных интересов ООО «Триарий» при вынесении решения по материалам повторной выездной налоговой проверки, состоявшемся 23 января 2009 г.

Из материалов дела усматривается, что извещение о рассмотрении материалов проверки 23 января 2009 г. было направлено ООО «Триарий» также 23 января 2009 г. Налоговый орган, вопреки требованиям части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил доказательств, которые бы подтверждали