Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2014 по делу n А12-19098/2013. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

банком от своего имени и за свой счет.

     В силу статьи 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам) и комиссионное вознаграждение по операциям устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентами.

     В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 сентября 2011 года № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре», банк имеет право на получение отдельного вознаграждения (комиссии) наряду с процентами за пользование кредитом в том случае, если оно установлено за оказание самостоятельной услуги клиенту. В остальных случаях суд оценивает, могут ли указанные комиссии быть отнесены к плате за пользование кредитом.

     Для разрешения спора необходимо определить природу комиссий, взимаемых банком с заемщика.

     Так, если комиссии были установлены банком за совершение таких действий, которые непосредственно не создают для клиента банка какого-либо отдельного имущественного блага, не связанного с заключенным сторонами кредитным договором, или иного полезного эффекта, то они не являются услугой в смысле 779 Гражданского кодекса Российской Федерации. Однако само по себе это не означает, что суммы таких комиссий, уплаченных заемщиком – юридическим лицом, подлежат возврату.

     Условия договора о тех комиссиях, обязанность по уплате которых является периодической, а сумма определяется как процент от остатка задолженности заемщика перед банком на дату платежа (комиссия за поддержание лимита кредитной линии, за ведение ссудного счета), являются притворными, они прикрывают договоренность сторон о плате за кредит, которая складывается из размера процентов, установленных в договоре, а также всех названных в договоре комиссий. Поскольку воля сторон кредитного договора была направлена на то, чтобы заключить договор с такой формулировкой условия о плате за предоставленный кредит,  а закон, запрещающий включение подобных условий в кредитный договор, отсутствует, данное (прикрываемое) условие договора не может быть признано недействительным.

     Иные же комиссии (комиссия за рассмотрение кредитной заявки, за выдачу кредита) по условиям договора уплачиваются единовременно при выдаче кредита из денежных средств, подлежащих зачислению на счет заемщика, поэтому подлежат оценке судом на предмет того, взимаются ли они за совершение банком действий, которые являются самостоятельной услугой, создающей для заемщика какое-либо дополнительное благо или иной полезный эффект. Необходимо определить были предусмотрены комиссии за стандартные действия, без совершения которых банк не смог бы заключить и исполнить кредитный договор. Такие условия договора являются ничтожными (статья 168 ГК РФ), а денежные суммы, уплаченные банку в их исполнение, подлежат возврату (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

     Заявитель апелляционной жалобы полагает, что возложение обязанности по уплате комиссии за подключение к программе страхования на заемщика незаконно,  ущемляет права потребителя, какой-либо пользы спорная услуга для потребителя не несет.

     Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

     Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

     На основании статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком). Договор личного страхования является публичным договором (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать жизнь, здоровье или имущество других определенных в законе лиц на случай причинения вреда их жизни, здоровью или имуществу. Обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону (статья 935 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     В силу статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователю), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

     Обязательное страхование осуществляется путем заключения договора страхования лицом, на которое возложена обязанность такого страхования (страхователем), со страховщиком. Обязательное страхование осуществляется за счет страхователя, за исключением обязательного страхования пассажиров, которое в предусмотренных законом случаях может осуществляться за их счет (статья 936 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Таким образом, нормами главы 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, иными федеральными закона не предусмотрена обязанность заемщиков страховать жизнь, здоровье или имущество при заключении кредитного договора.

     Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 8 Информационного письма от 13 сентября 2011 года № 146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров», включение в кредитный договор с заемщиком-гражданином условия о страховании его жизни и здоровья само по себе не нарушает прав потребителя, если заемщик имел возможность заключить с банком кредитный договор и без названного условия. В случае, если имеются достаточные доказательства того, что банк, предоставляя кредит, обусловил получение заемщиком суммы кредита необходимостью обязательного приобретения заемщиком услуги личного страхования (в противном случае решение о выдачи кредита не было бы одобрено банком), либо, когда возможность выбора условий потребительского кредитования без личного страхования заемщика связана с наличием явно дискриминационных ставок платы по кредиту, вынуждающих заемщика получить услугу личного страхования, у суда имеются основания для признания обстоятельства нарушения прав потребителя.

     При таких обстоятельствах для установления нарушения кредитной организацией законодательства о защите прав потребителей (ущемления прав потребителя) необходимо установить факт навязывания потребителю – будущему заемщику банка услуги личного страхования его жизни и здоровья.

     Судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами дела, что из условий кредитного договора от 28 декабря 2012 года № 274858 и Условий участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков открытого акционерного общества «Сбербанк России» не следует, что решение о выдаче кредита было обусловлено навязыванием Мокроусову Б.А. услуги личного страхования.

     Так, в спорном кредитном договоре отсутствуют: условие о необходимости предварительного (до зачисления суммы кредита на счет заемщика) оформления полиса личного страхования; ответственность заемщика за отказ после выдачи кредита присоединиться к такой программе; обязанность немедленно возвратить заявителю включенную в сумму кредита плату при отказе заемщика от присоединения к программе добровольного личного страхования.

     Согласно заявлению на страхование, подписанному Мокроусовым Б.А., последний выразил свое согласие быть застрахованным лицом по договору страхования от несчастных случаев и болезней заемщика открытого акционерного общества «Сбербанк России» в соответствии с Условиями участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков открытого акционерного общества «Сбербанк России», на то, что банк будет выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая, просил включить сумму платы за подключение к программе страхования в размере 19800 руб. за весь срок кредитования в сумму выдаваемого кредита.  Заемщик был ознакомлен с Условиями участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков открытого акционерного общества «Сбербанк России».  

     Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что заключая договор страхования заемщика и определяя плату за подключение к программе страхования, банк действовал по поручению заемщика. Данная услуга, как и любой договор, является возмездной в силу положений пункта 3 статьи 423, статьи 972 Гражданского кодекса Российской Федерации.

     В соответствии с положениями пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

     Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

     Апеллянт не представил доказательства несоответствия спорной сделки закону.

     По условиям пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

     Из положений закона следует, что для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: 1) обогащения одного лица за счет другого лица, то есть увеличения имущества у одного за счет соответственного уменьшения имущества у другого, и 2) приобретения или сбережения имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований.

     Следовательно, истец по требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение должен доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения, размер неосновательного обогащения.   

     Учитывая вышеизложенное, у суда не имеется оснований полагать о нарушении прав заемщика и незаконности списания с его счета спорной суммы, в связи с чем, истец не доказал возникновение на стороне банка неосновательного обогащения.

     На основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированного со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего  поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года № 12505/11). 

     По смыслу статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право.

     Из положений статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации вытекает, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору.

     В пункте 1 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда от                         30 октября 2007 года № 120 «Обзор практики применения судами главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» отмечено, что передача несуществующего (прекращенного надлежащим исполнением) права не влечет недействительность договора уступки права, а влечет лишь ответственность передающей стороны перед цессионарием.

     Должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору (статья 386 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных исковых требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания для переоценки доказательств.

     Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

     В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении