Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2013 по делу n А01-887/2012. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 47б лит А, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: [phone], факс: [phone]

E-mail: [email protected], Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону                                                         дело № А01-887/2012

22 января 2013 года                                                                           15АП-15898/2012

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2013 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 января 2013 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Барановой Ю.И.

судей В.В. Ванина, И.В. Пономаревой

при ведении протокола судебного заседания секретарем Нагорной А.И.

при участии:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: не явился, извещен.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

Государственного предприятия по производству риса "Краснооктябрьский"

на решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 30.10.2012 по делу № А01-887/2012

по иску Государственного предприятия по производству риса "Краснооктябрьский"

к ответчику закрытому акционерному обществу "Ривагро"

о взыскании денежных средств

принятое в составе судьи Шебзухова З.М.

УСТАНОВИЛ:

государственное предприятие по производству риса "Краснооктябрьский" в лице конкурсного управляющего обратилось в Арбитражный суд Республики Адыгея с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу "Ривагро" о взыскании ущерба в сумме 112 000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что 07.07.2006г. между ЗАО «Ривагро» и ГППР «Краснооктябрьский» заключен договор ответственного хранения имущества, согласно которому ГППР «Краснооктябрьский» передало на хранение ЗАО «Ривагро» объекты мехтока, а именно: служебно-бытовое здание и сарай. Также, 07.07.2006г.  заключен договор аренды, согласно которому передан  мехток. Имущество не возвращено, установлен его снос, в связи с чем возникли убытки.

Решением Арбитражный суд Республики Адыгея от 30.10.2012 в удовлетворении заявленных исковых требований отказано в полном объеме.  Судебный акт мотивирован не доказанностью истцом причинения вреда ответчиком.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обжаловал его  в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность решения, просил  отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы заявитель сослался на то, что не соответствует обстоятельствам дела вывод о том, что отсутствуют доказательства гос.регистрации права хозяйственного ведения на спорное имущество. Суд пришел к неверному выводу о не доказанности передачи имущества ответчику. Объекты недвижимости снесены в период действия договора ответственного хранения имущества. В результате самовольного сноса объектов истцу причинен ущерб в размере рыночной стоимости объектов недвижимости.

Стороны, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, отзыв на жалобу направлен, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению жалобы по существу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 07.07.2006г. между ЗАО «Ривагро» и ГППР «Краснооктябрьский» заключен договор ответственного хранения имущества, согласно которому ГППР «Краснооктябрьский» передало на хранение ЗАО «Ривагро» объекты мехтока, а именно: служебно-бытовое здание и сарай, что подтверждается актом передачи от 07.07.2006 т.1 л.д. 16.

07.07.2006г. между сторонами заключен договор аренды имущества № 3, согласно которому в аренду ЗАО «Ривагро» передан, в том числе объект – мехток т.1 л.д. 23.

06.09.11г. в адрес директора ЗАО «Ривагро» в соответствии со статьей 904 Гражданского кодекса Российской Федерации направлено требование о возврате имущества, переданного на хранение.

Впоследствии при ознакомлении конкурсного управляющего истца с технической документацией, представленной ГУП «Крайтехинвентаризация - Краевое БТИ» филиал по Темрюкскому району было установлено, что объекты недвижимости, принадлежащие истцу на праве хозяйственного ведения и расположенные на его земельном участке, снесены т.1 л.д. 62.

Предметом иска является взыскание ущерба, причиненного в результате уничтожения объектов недвижимого имущества: литера Г2-зерносушилки, литера Г4-навеса, литера Г5-навеса, литера Гб-навеса.

Оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении требований.

В соответствии со статьями 901, 902 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Кодекса. Убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 Кодекса, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

Для взыскания убытков в соответствии со статьями 393, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать факт и размер убытков, причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком и причиненными убытками.

Как следует из материалов дела, выпиской из реестра федерального имущества от 11.07.2006 подтверждается право федеральной собственности и право хозяйственного ведения заявителя на объекты недвижимости в том числе мехток с указанием место расположения объектов т.1 л.д. 10.

На основании Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 N 3020-1 мехток внесен в реестр федерального имущества т.1 л.д. 7.

Право Российской Федерации является ранее возникшим, в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу настоящего Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной данным Федеральным законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей.

Исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 5 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", право хозяйственного ведения на имущество возникает на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением, а также в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

Согласно абзацу 3 пункта 20 Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18.02.1998 N 219, при государственной регистрации права хозяйственного ведения или права оперативного управления на объект недвижимого имущества, находящийся в государственной или муниципальной собственности, в случае отсутствия в Едином государственном реестре прав записи о государственной регистрации права государственной или муниципальной собственности на этот объект в графе "Особые отметки регистратора" пишется слово "собственник" и указывается наименование собственника недвижимости.

При условии представления заявителем правоустанавливающих документов отсутствие государственной регистрации ранее возникшего права собственности Российской Федерации на недвижимое имущество не препятствует государственной регистрации права хозяйственного ведения на это имущество.

Таким образом, факт принадлежности истцу мехтока на праве хозяйственного ведения, подтверждается выпиской из реестра федерального имущества от 11.07.2006, в которой также указан балансодержатель в лице истца.

Между тем, в соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Статьей 886 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Согласно статье 900 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из содержания названных норм следует, что существенным условием договора хранения является его предмет, позволяющий определить, какая вещь (вещи) передается на хранение, для вещей, переданных на хранение с обезличением, - родовые признаки, для иных вещей - индивидуально-определенные признаки.

Анализируя условия договора хранения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что имущество указано в акте приема-передачи от 07.07.2006 – мехток: служебно-бытовое здание и сарай, договор и акт не содержат признаков переданного на хранение имущества, достаточных для идентификации.

В договоре не указан перечень имущества, переданного на хранение ответчику; перечень содержится в акте приема-передачи, данный документ подписан сторонами без возражений, однако не указано место нахождения имущества, не представлено доказательств того, что стороны приступили к исполнению договора, отсутствует техническая документация на спорные объекты.

Таким образом, подписанный сторонами договор хранения не позволяет определить переданное ответчику недвижимое имущество в качестве индивидуально-определенной вещи.

Также предоставление индивидуально-определенной вещи во временное пользование за плату является конститутивным признаком договора аренды.

Из этого следует, что отношения сторон в части обязательства по передаче имущества и его оплате регулируются главой 34 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с пунктом 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Пунктом 3 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Оценивая условия договора аренды, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что перечень имущества указан в приложении № 1 к договору (п.7 – мехток) т.1 л.д. 23.

Таким образом, подписанный сторонами договор аренды не позволяет определить переданное ответчику недвижимое имущество в качестве индивидуально-определенной вещи.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены  определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Истцом не доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения иска о взыскании заявленных убытков, поскольку ущерб определен в результате уничтожения объектов недвижимого литера Г2-зерносушилки, литера Г4-навеса, литера Г5-навеса, литера Гб-навеса (тех. паспорт мехтока от 22.03.2012) (т.1 л.д. 32), вместе с тем, имущество указанное в договоре хранения и аренды, а также в актах передачи имущества, не содержит признаков позволяющих достоверно определить идентичность утраченного имущества и переданного ответчику.

Кроме того, из материалов дела следует, что осмотр имущества произведен 15.03.2012, установлен перечень снесенного имущества т.1 л.д. 62.

06.09.2011 конкурсный управляющий направил в адрес ответчика требование о возврате имущества, хранимого по договору от 07.07.2006, однако, 09.09.2011 передал  это же имущество иному юридическому лицу, что подтверждается актом приема-передачи на ответственное хранение ООО «Дядьковский».

ООО «Дядьковский» заключен договор ответственного хранения с ООО «Альфа-Юг», спорное имущество передано по акту т.1 л.д. 101-112.

Указанные договоры и акты истцом не оспорены, пояснений по ним не заявлено. Таким образом, в материалы дела представлены документы, подтверждающие передачу спорного имущества иным юридическим лицом до  проведения обследования.

Для возложения на хранителя ответственности за причиненные ненадлежащим исполнением обязательства по хранению имущества убытки поклажедатель (истец) должен доказать суду факт передачи ответчику на хранение имущества и факт утраты его хранителем (ответчиком).

Таким образом, доказательств, подтверждающих то, что переданное имущество по договору хранения и аренды снесено ответчиком, истцом не представлено. Истец, заключая договоры хранения и подписывая акты передачи с иными юридическим лицами, фактически подтверждал наличие указанного имущества и факт передачи иным лицам до момента осмотра БТИ.

Истец не доказал, что на момент утраты имущество находилось в фактическом владении ответчика.

В