Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2013 по делу n А01-455/2013. Отменить решение, Принять новый судебный акт (п.2 ст.269 АПК)

даритель (Ташу А.А.) передал в качестве дара, а одаряемый (Ташу А.К.) принял в дар у дарителя принадлежащие последнему на праве собственности обыкновенные именные акции закрытого акционерного общества «Комбинат строительных материалов «Энемский», номинальной стоимостью 50 рублей за одну акцию, в количестве 23 683 штуки (л.д. 10). Этим же днем Ташу А.А. подписано передаточное распоряжение.

Согласно объяснениям Ташу А.К. и показаниям иных свидетелей заключение договора было обусловлено необходимостью защиты интересов семьи Ташу, в том числе Ташу Аслана Азметовича и его матери, также являвшейся акционером истца от притязаний Чундышко Р.А. на принадлежащие им акции. Мотивируя заключение договора, Ташу А.К. пояснил, что передача ему акций как старшему члену семьи более прочно гарантировала эти интересы, чем сохранение акций в собственности Ташу А.А., которому на момент совершения спорной сделки исполнилось лишь 18 лет.

Согласно Выписке из реестра акционеров закрытого акционерного общества «Комбинат строительных материалов «Энемский» от 04.07.2013 с 30.10.2012 Ташу Аскер Кимович является акционером общества, которому принадлежит 23 683 штуки акций, что составляет 25% уставного капитала, Ташу Аслану Азметовичу принадлежит 22 735 штук акций общества, что составляет 24% уставного капитала.

Из указанных доказательств также следует, что на момент совершения оспариваемой сделки акционерами общества также являлись Чундышко Р.А (43 066 акций), Пох А.Г. (4 300 акций) и Ташу С.А. (948 акций) (л.д. 148).

Считая договор дарения ценных бумаг от 30.10.2012 притворной сделкой, в действительности прикрывающей договор купли-продажи акций, закрытое акционерное общество «Комбинат строительных материалов «Энемский» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение

Из содержания подписанного между Ташу А.А. и Ташу А.К. 30.10.2012 договора следует, что стороны преследовали цель заключить договор дарения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК в редакции, действовавшей на момент заключения сделки, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что заключенный между ответчиками договор дарения акций ничтожен, поскольку он прикрывает собой другую сделку – договор купли-продажи акций.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Вывод суда о притворности договора дарения основан на объяснениях ответчика Ташу А.А., являющегося дарителем по спорной сделке, и свидетельских показаниях его тети Дауровой Ф.А.

Между тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Номинальная стоимость каждой из 23 683 переданных по спорному договору акций составляет 50 рублей. Поэтому совокупная стоимость указанных акций даже с учетом их номинальной стоимости значительно превышает десять минимальных размеров оплаты труда. Из пояснений же ответчика Ташу А.А. следует, что акции были проданы им Ташу А.К. по цене 62 500 000 рублей. Таким образом, при обычном течении дел договор купли-продажи акций должен был быть заключен между сторонами в письменной форме.

Согласно же пункту 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В силу указанных норм опровержение по основанию пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации заключенного в надлежащей письменной форме договора дарения и доказывание договора купли-продажи с помощью свидетельских показаний и объяснений одной из сторон сделки исключено.

Письменных и других доказательств, подтверждающих заключение между ответчиками Ташу А.А. и Ташу А.К. договора купли-продажи акций и его условий, в материалы дела не представлено.

Таким образом, доказательства, на основе которых суд первой инстанции пришел к выводу о притворности договора дарения и заключении договора купли-продажи акций, в силу прямого указания закона не способны подтвердить заключение договора купли-продажи акций и его условия и, следовательно, опровергнуть заключение договора дарения от 30.10.2012, прямо подтверждаемое имеющимся в деле текстом указанного договора, облеченным в надлежащую форму и определенно свидетельствующим о наличии воли сторон на заключение и исполнение договора дарения и о соответствующего этой воле волеизъявления.

Указанные выводы соответствуют судебной практике по данной категории дел (Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2013 № 15АП-16958/2012 по делу № А32-10843/2012).

К тому же апелляционный суд считает верным довод заявителя жалобы о том, что вывод суда о притворности договора дарения и условиях прикрываемого им договора купли-продажи сделан судом лишь на основании объяснений ответчика Ташу А.А., поскольку показания свидетеля Дауровой Ф.А. о факте заключения и условиях договора основаны на сведениях, также полученных ею от Ташу А.А.

С учетом того, что иск инициирован обществом, к которому, как следует из объяснений Ташу А.А., отраженных в судебном решении, и объяснений представителя общества в судебном заседании 20.09.2013, Ташу А.А. обратился по причине якобы имевшей место неоплаты акций со стороны Ташу А.К., а также того, что Ташу А.А. признал исковые требования, которые в случае их удовлетворения привели бы к возврату акций Ташу А.А., апелляционный суд считает ответчика по делу Ташу А.А. лицом, заинтересованным в установлении притворности договора дарения, чьи объяснения могли быть оценены судом с точки зрения их достаточности и достоверности только наряду с другими доказательствами (пункты 2 и 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Имеющиеся же в деле иные доказательства, а именно: спорный договор дарения акций, объяснения другого участника сделки ответчика Ташу А.К., показания свидетелей Ташу Анзаура Аскеровича и Ташу Аслана Люовича не только не подтверждают, но и в своей совокупности опровергают объяснения Ташу А.А., лишая их достоверности и доказательственной силы.

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает неустановленной с разумной достаточностью притворность спорного договора дарения акций от 30.10.2012 и прикрытие им договора купли-продажи акций, ввиду чего в удовлетворении самостоятельных требований третьих лиц, основанных на предполагаемой притворности спорного договора (пункт 3 статьи 7 Закона об акционерных обществах), надлежит отказать.

Ссылка представителя третьего лица Пох А.Г. на имеющуюся обратную судебную практику неосновательна. Приведенные в отзыве третьего лица судебные акты основаны на иных конкретных обстоятельствах дела, в соответствии с которыми дарение имело место между лицами, не связанными родственными связями; одаряемая не смогла привести мотив дарения акций на значительную сумму; в опровержение дарения были представлены письменные доказательства.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  при подаче заявления о вступлении в дело третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора по спорам имущественного характера, если иск не подлежит оценке, а также по спорам неимущественного характера взыскивается государственная пошлина в размере государственной пошлины, уплачиваемой при подаче искового заявления неимущественного характера;

В соответствии с подпунктом 4 той же нормы при подаче иных исковых заявлений неимущественного характера, в том числе заявления о признании права, заявления о присуждении к исполнению обязанности в натуре взыскивается государственная пошлина в размере 4 000 рублей;

Обращаясь с заявлениями о вступлении в дело в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Чундышко Р.А. и Пох А.Г. оплатили государственную пошлину в размере 8 000 рублей каждый.

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины по заявлению о вступлении в дело в качестве третьего лица и апелляционной жалобе подлежат отнесению на третьих лиц Чундышко Р.А. и Пох А.Г., как на лиц не в пользу которых принят судебный акт.

По указанным основаниям третьим лицам Чундышко Р.А. и Пох А.Г. надлежит возвратить из федерального бюджета по 4 000 рублей излишне уплаченной государственной пошлины по заявлению о вступлении в дело в качестве третьего лица каждому, а также взыскать с них в пользу Ташу А.К. судебные расходы по апелляционной жалобе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Адыгея от 17.07.2013 по делу №А01-455/2013 в части удовлетворения самостоятельных требований третьих лиц Чундышко Руслана Асланчериевича и Пох Адама Гиссовича, а также в части распределения между ними и ответчиками государственной пошлины по иску отменить.

В удовлетворения самостоятельных требований третьих лиц Чундышко Руслана Асланчериевича и Пох Адама Гиссовича отказать.

Возвратить Чундышко Руслану Асланчериевичу и Пох Адаму Гиссовичу из федерального бюджета по 4 000 рублей излишне уплаченной государственной пошлины  каждому.

Взыскать с Чундышко Руслана Асланчериевича и Пох Адама Гиссовича в пользу Ташу Аскера Кимовича судебные расходы по апелляционной жалобе по 1 000 рублей с каждого.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Н.Н. Мисник

Судьи                                                                                             М.В. Ильина

Т.Р. Фахретдинов