Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2012 по делу n А71-5624/2010. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить определение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7975/2011-ГК

г. Пермь

27 июня 2012 года                                                                  Дело № А71-5624/2010­­

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2012 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 июня 2012 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего       Чепурченко О.Н.

судей                                      Романова В.А., Мармазовой С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Пыленковой Т.А.,

при участии:

от ОАО «Сбербанк России» в лице Удмуртского отделения № 8618: Федорова И.В., паспорт, доверенность от 03.11.2010г.;

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Удмуртгеология-Бурение»  Белова Игоря Юрьевича

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 17 апреля 2012 года

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Удмуртгеология-Бурение»  о признании недействительными пяти соглашений о перемене лица в обязательстве от 15.06.2010 и применении последствий недействительности сделок, вынесенное судьей Л.П. Шаровой в рамках дела № А71-5624/2010

о признании общества с ограниченной ответственностью «Удмуртгеология-Бурение» (ОГРН 1051802267340, ИНН 1835066250) несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.02.2011г. общество с ограниченной ответственностью «Удмуртгеология-Бурение» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Определением арбитражного суда от 23.08.2011г. конкурсным управляющим утвержден Белов Игорь Юрьевич.

Конкурсный управляющий ООО «Удмуртгеология-Бурение» Белов Игорь Юрьевич (далее – заявитель) 05 декабря 2011г. обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительными пяти соглашений о перемене лица в обязательстве от 15 июня 2010г., заключенных между ООО «Смарт Лизинг» (Лизингодатель), ООО «Удмуртгеология-Бурение» (Лизингополучатель) и ООО «ИжевскБурСервис» (Новый лизингополучатель), которыми переданы права и обязанности по договорам лизинга №№61,62,63,64,65 от 28.11.2007г. и применении последствий недействительности сделок в виде восстановления должника в правах лизингополучателя.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.04.2012 (резолютивная часть определения от 26.03.2012 года) в удовлетворении заявления ООО «Удмуртгеология-Бурение» о признании недействительными пяти соглашений о перемене лица в обязательстве от 15.06.2010г. и применении последствий недействительности сделок отказано.

С ООО «Удмуртгеология-Бурение» взыскана в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 20 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ООО «Удмуртгеология-Бурение» Белов И.Ю. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить и принять новый. 

В апелляционной жалобе ее заявитель указывает, что судом при вынесении определения неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, судом не была дана оценка абзацу 2 пункта 2 соглашений, свидетельствующего о безвозмездности сделки по перемене лиц в обязательстве. По мнению конкурсного управляющего сделки по перемене лиц в обязательстве являются недействительными, как заключенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Исходя из текста оспариваемых соглашений цессионарием (покупателем) прав по договору лизинга выступило ООО «ИжевскБурСервис», а цедентом (продавцом) этих прав – ООО «УГБр». Таким образом, у ООО «ИжевскБурСервис» возникла обязанность по оплате приобретенных у ООО «УГБр» прав лизингополучателя. Однако, вместо этого стороны предусмотрели обязанность цедента (продавца) прав лизингополучателя уплатить цессионарию (покупателю) этих прав определенное вознаграждение. Таким очевидным намерением передать права по договорам лизинга является наличие в оспариваемых соглашениях абзаца 2 пункта 2, которым стороны подчеркнули безвозмездный характер отношений по передаче прав лизингополучателя.

От ООО «ИжевскБурСервис» поступил отзыв, согласно которому против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, просит оставить определение без изменения.

Представитель ОАО «Сбербанк России» в судебном заседании против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве, ссылаясь на законность обжалуемого определения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 28 ноября 2007 года  между ООО «Смарт Лизинг» (Лизингодатель) и ООО «Удмуртгеология-Бурение» (Лизингополучатель) заключено пять договоров лизинга за номерами 61, 62, 63, 64, 65 по условиям которых ООО «Смарт Лизинг» передало ООО «Удмуртгеология-Бурение» в финансовую аренду (лизинг) транспортные средства (спецтехнику) (том 1 л.д. 24-41).

Факт передачи предмета лизинга Лизингополучателю подтверждается актами приема-передачи к договорам лизинга.

Согласно п.1.5 договоров в течение полного срока нахождения транспортного средства в лизинге с момента подписания акта приема-передачи до 15 ноября 2010г. указанный предмет лизинга принадлежит Лизингодателю на праве собственности и учитывается на балансе Лизингодателя.

Согласно п.1.1 договоров лизинга результатом исполнения договоров должен стать переход права собственности на предмет лизинга к Лизингополучателю. Согласно п.2.2 договоров лизинга предмет лизинга передается в собственность Лизингополучателю при условии внесения Лизингополучателем всей суммы лизинговых платежей согласно Приложению № 2.

По состоянию на 15 июня 2010 года за Лизингополучателем – ООО «Удмуртгеология-Бурение» образовался долг по всем лизинговым договорам, при этом просрочка лизинговых платежей составила более двух месяцев, в связи с чем, у Лизингодателя возникло право на предъявление требования о расторжении договоров лизинга и возврата предметов лизинга.

15 июня 2010 года между ООО «Смарт Лизинг» (Лизингодатель), ООО «Удмуртгеология-Бурение» (Лизингополучатель) и ООО «ИжевскБурСервис» (Новый Лизингополучатель) заключено пять соглашений о перемене лиц в обязательстве по соответствующим договорам лизинга, в соответствии с которыми ООО «ИжевскБурСервис» становится новым лизингополучателем,  к которому перешли все права и все обязанности лизингополучателя по договорам лизинга, в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту подписания соглашений (том 1 л.д. 42-46). 

 К моменту подписания соглашений по договору лизинга № 61 имелась задолженность по лизинговым платежам за период с ноября 2009  по май 2010 в сумме 8 182 477,60 руб.; по договору № 62 – 11 403 447,97 руб.; по договору № 63 – 6 314 114,58 руб.; по договору № 64 – 952 278,05 руб., по договору № 65 – 9 142 720,51руб.

Кроме того, указанными соглашениями были переведены обязанности по оплате платежей будущих периодов соответственно в размере 6 194 009,15 руб.; 6 628 505, 57 руб.; 3 727 636,46 руб.; 6 423 562,22 руб.; 5 628 539,82 руб.

         15 июня 2010 года между ООО «ИжевскБурСервис» и ОАО «Сбербанк России» был заключен договор уступки прав (цессии) № 11 по условиям которого, ОАО «Сбербанк России» уступило право требования, а ООО «ИжевскБурСервис» приобрел права требования к ООО «Смарт Лизинг» из договоров об открытии невозобновляемых кредитных линий № 14639 от 20.12.2007, № 14724 от 26.12.2007, № 14725 от 09.01.2008, № 2169/4-НКЛ-И от 18.01.2008, заключенных между ООО «Смарт Лизинг» и Сбербанком РФ, на общую сумму 50 266 208,94 руб. (том 2 л.д. 6-14).

         15 июня 2010 года между ООО «Смарт Лизинг» и ООО «ИжевскБурСервис» были заключены договоры купли-продажи лизингового имущества №10/2010, №11/2010, №12/2010, №13/2010, №14/2010, в соответствии с которыми ООО «Смарт Лизинг» обязалось продать ООО «ИжевскБуреСервис» лизинговое имущество (том 2 л.д. 23-36).

         15 июня 2010 года между ООО «ИжевскБурСервис» и ООО «Смарт Лизинг» были заключены соглашения о прекращении взаимных обязательств зачетом №1, №2, №3, №4, №5, в соответствии с которыми стороны прекратили встречные требования зачетом – ООО «ИжевскБурСервис» произвело зачет своих требований к ООО «СмартЛизинг» из Договоров об открытии невозобновляемых кредитных линий № 14639 от 20.12.2007г., № 14724 от 26.12.2007г., № 14725 от 09.01.2008г., № 2169/4-НКЛ-И от 18.01.2008г., заключенных между ООО «Смарт Лизинг» и Сбербанком РФ, на общую сумму 50 266 208,94 руб., а ООО «СмартЛизинг» - об оплате задолженности по лизинговым платежам (том 2 л.д. 38-42).  

Таким образом, в результате указанных сделок была полностью погашена задолженность по договорам лизинга, предмет лизинга перешел в собственность ООО «ИжевскБурСервис».

Полагая, что оспариваемые соглашения недействительны по основаниям, указанным в п. 2 ст.61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделка является дарением, договоры лизинга являются незаключенными,  во всех соглашениях отсутствуют условия об оплате перевода долга новым лизингополучателем прежнему лизингополучателю, т.е. отсутствуют условия возмездности сделок, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что основания, указанные заявителем в качестве признания указанных сделок недействительными отсутствуют, в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказал, соответственно отказал и в применении последствий недействительности сделки.

Суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст.71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, не находит оснований для отмены обжалуемого определения в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Абзацем 4 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7  Постановления).

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суд первой инстанции, проанализировав обстоятельства дела, пришел к обоснованному выводу о том, что вред имущественным правам кредиторов причинен не был. 

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 11 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» предмет лизинг, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя, право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

Положения пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве устанавливает, что все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного