Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2013 по делу n А48-4858/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

ЗАО «Успенское» договора поручительства со Сбербанком России (ОАО) в обеспечение обязательств ООО «Консервный завод «Светлый сад» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 630707153 от 31.07.2007.

Срок действия договора с 01.06.2008 по 30.06.2011 (п.2.1).

Согласно п.4.1. Договора от 01.06.2008 арендная плата за весь период аренды составляет 7 242 000 руб., в том числе НДС.

В силу п.4.2 Договора от 01.06.2008 Арендатор перечисляет арендную плату самостоятельно на расчетный счет Арендодателя не позднее 31.12.2010 – 3 500 000 руб., не позднее 31.12.2011 – 3 742 000 руб.

При этом стороны специально предусмотрели, что обязательства по арендной плате могут исполняться Арендатором также иными способами, не противоречащими действующему гражданскому законодательству РФ, в том числе путем перечисления в счет расчетов по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 630707153 от 31.07.2007 в пользу Сбербанка России (ОАО), а также в счет расчетов по иным обязательствам перед Сбербанком России (ОАО) и иными кредиторами Арендодателя.

Суд установил, что комбайны, являющиеся предметом залога банка, переданы по договору аренды от 01.06.2008 с согласия Управляющего Орловским отделением № 8595 ОАО «Сбербанк России».

Имущество принято ЗАО «Успенское» в пользование по акту приема-передачи имущества от 01.06.2008.

На основании материалов дела суд установил фактическое использование Обществом шести арендованных комбайнов (два из которых в последствии были выкуплены) для оказания услуг сторонним организациям по уборке сахарной свеклы; материалами дела подтверждено получение дохода от указанных услуг.

 Исполнение обязательств по договору аренды движимого имущества подтверждено сторонами путем составления акта сверки расчетов по состоянию на 31.12.11 (т.3, л.70).

Также наличие договорных отношений по сдаче комбайнов в аренду ЗАО «Успенское» в 2008 году подтвердила допрошенная судом первой инстанции в судебном заседании в качестве свидетеля бывший директор ООО «КЗ «Светлый сад» Агафонова Н.Н., которая, будучи предупреждена судом об уголовной ответственности, подтвердила факт подписания ею договора от 01.06.2008, наличие сделки и форму расчетов, оговоренную в п.4.2 Договора аренды движимого имущества от 01.06.2008.

Ссылка Инспекции на наличие противоречий показаний Агафоновой Н.Н. с протоколом допроса этого свидетеля № 2 от 23.05.2013 налоговым органом апелляционным судом принята быть не может, поскольку при опросе свидетеля в порядке пунктов 2, 3 статьи 88 АПК РФ  суд устранил противоречия и установил исследуемые по делу обстоятельства.

Признав в качестве допустимого и относимого доказательства представленный только в ходе судебного разбирательства договор аренды от 01.06.2008, суд отметил, что тот факт, что договор не был представлен в налоговый орган при проверке, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной Суд учел, что налоговый орган не представил доказательств того, что в ходе проверки им исследовался вопрос об аренде комбайнов и запрашивались соответствующие договоры.

Таким образом, установив факт того, что спорные платежи Сбербанку за ООО «КЗ «Светлый сад» были произведены в качестве оплаты за пользование комбайнами по Договору аренды от 01.06.2008, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности их отнесения в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции Инспекция представила в качестве доказательств своей позиции о нереальности сделки аренды  Общества с ООО «КЗ «Светлый сад» документы, полученные в рамках выездной налоговой проверки иного налогоплательщика – ООО «Агросервис-Орел». Данные доказательства приняты апелляционным судом, поскольку получены после принятия решения судом первой инстанции и содержат информацию о шести комбайнах, являвшихся предметом Договора аренды от 01.06.2008. Инспекция представила: договор аренды комбайнов и акты приема-передачи от 15.07.2010 и 15.07.2011, подписанные руководителями ООО «Агросервис-Орел» и ООО «КЗ «Светлый сад»;  договор субаренды комбайна № 3 от 01.08.2010, подписанный руководителями ООО «Агросервис-Орел» и Общества; договор на уборку 98 га сахарной свеклы от 27.09.2011, подписанный ООО «Агросервис-Орел» и главой КФХ Кораблевой счет-фактуру № 1 от 04.10.2011, акт № 1 выполненных услуг от 04.10.2011, составленные ООО «Агросервис-Орел»; протокол допроса свидетеля № 1 от 01.08.2013.

Ссылаясь на указанные доказательства, подтверждающие, по ее мнению, факты аренды спорных комбайнов у ООО «КЗ «Светлый сад» обществом «Агросервис-Орел» и пользования комбайнами ЗАО «Успенское» на основании договоров субаренды с ООО «Агросервис-Орел», а не  ООО «КЗ «Светлый сад», Инспекция заявила апелляционному суду о фальсификации Договора аренды от 01.06.2008, изложив просьбу проверить достоверность указанного доказательства.

Согласно части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Раскрыв сущность заявления, предусмотренного статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 22.03.2012 № 560-О-О отметил, что процессуальные правила, регламентирующие рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

Из заявления Инспекции о фальсификации Договора аренды от 01.06.2008 следует, что налоговый орган по существу оспаривает факт исполнения сделки, оформленной указанным договором.

Следовательно, данное заявление направлено на опровержение достоверности сведений, содержащихся в Договоре аренды от 01.06.2008, а не подлинности документа, что по смыслу статьи 161 АПК РФ фальсификацией (подделкой) доказательств не является.

Выраженные в заявлении о фальсификации доводы Инспекции направлены на обоснование недостоверности содержания соответствующего документа, но не свидетельствуют о его фальсификации. Соответствующие доводы подлежат оценке по правилам статьи 71 АПК РФ. В соответствии с частью 3 статьи 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции оставил без удовлетворения заявление о фальсификации доказательства в связи с отсутствием процессуальных оснований для его заявления.

Оценив в порядке статьи 71 АПК договор аренды комбайнов и акты приема-передачи от 15.07.2010 и 15.07.2011, подписанные руководителями ООО «Агросервис-Орел» и ООО «КЗ «Светлый сад»;  договор субаренды комбайна № 3 от 01.08.2010, подписанный руководителями ООО «Агросервис-Орел» и Общества; договор на уборку 98 га сахарной свеклы от 27.09.2011, подписанный ООО «Агросервис-Орел» и главой КФХ Кораблевой счет-фактуру № 1 от 04.10.2011, акт № 1 выполненных услуг от 04.10.2011, составленные ООО «Агросервис-Орел»; протокол допроса свидетеля № 1 от 01.08.2013, апелляционный суд пришел к выводу, что данные доказательства не могут быть признаны опровергающими факт наличия арендных отношений между Обществом и ООО «КЗ «Светлый сад», оформленных Договором аренды от 01.06.2008, исходя из следующего.

Само по себе наличие договоров аренды комбайнов и  договоров субаренды комбайна № 3 и № 2 от 01.08.2010 не может достоверно свидетельствовать об исполнении указанных в них обязательств сторон сделок. Представитель Общества пояснил суду, что в период получения ООО «КЗ «Светлый сад» кредита рассматривались различные варианты сделок, в том числе, возможно, и оформленные представленными договорами; последние сделки не были реализованы. Апелляционная коллегия также критически оценивает стоимость аренды (100 руб. в месяц) и субаренды (2500 руб. в год) по договорам, представленным Инспекцией. Договор на уборку 98 га сахарной свеклы от 27.09.2011, Исполнителем по которому является ООО «Агросервис-Орел», также не может  быть расценен как достоверное доказательство отсутствия у Общества арендных отношений с ООО «КЗ «Светлый сад» по Договору аренды от 01.06.2008.

 При этом совокупностью доказательств по настоящему делу наличие и исполнение сторонами Договора аренды от 01.06.2008 подтверждено.

Доводы налогового органа об отсутствии у Общества права на признание уплаченных Сбербанку спорных сумм, обоснованные расчетами арендных платежей за периоды 2008-2011 годы по различным срокам уплаты, апелляционная коллегия отклоняет в силу следующего.

Как следует из содержания договора аренды от 01.06.2008, сроки уплаты арендной платы за весь период действия договора согласованы сторонами  в следующем виде: не позднее 31.12.2010 – 3 500 000 руб., не позднее 31.12.2011 – 3 742 000 руб.

В силу положений пп. 3 п. 7 ст. 272 НК РФ арендная плата, относящаяся при исчислении налога на прибыль к прочим расходам (пп. 10 п. 1 ст. 264 НК РФ), признается расходом на дату расчетов в соответствии с условиями заключенных договоров или дату предъявления налогоплательщику документов, служащих основанием для произведения расчетов, или последнее число отчетного (налогового) периода.

Поскольку спорные платежи банку за третье лицо произведены Обществом в счет расчетов по договору аренды и даты платежей соответствуют условиям договора аренды от 01.06.2008 (3 500 000 руб. – не позднее 31.12.2010 и 92 000 руб. + 3 742 000 руб. – не позднее 31.12.2011), то следует признать, что Общество правомерно учло расходы в полной сумме на указанные даты осуществления платежей.

Доводы Инспекции об отсутствии акта приема-передачи имущества, отсутствии в договоре аренды условия о возврате арендуемого имущества по акту приема-передачи; отсутствии в материалах дела изменений к договору аренды от 01.06.2008, связанных с реализацией Обществу двух из шести свеклоуборочных комбайна подлежат отклонению, так как указанные обстоятельства не свидетельствуют в пользу вывода о реальном характере затрат по аренде комбайнов, связанных с экономической деятельностью Общества  по получению доходов от оказания услуг по уборке сахарной свеклы.

Также не могут свидетельствовать в пользу довода Инспекции о нереальности сделки доводы инспекции о том, что выбытие имущества, сданного в аренду, в результате его выкупа отражено у арендодателя как обычное выбытии основного средства; операции по договорам аренды не отражались ни в налоговом, ни в бухгалтерском учете ООО «Консервный завод «Светлый сад», данная сделка не учитывалась последним при определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Указанные доводы относятся к фактам надлежащего бухгалтерского и налогового учета налогоплательщиком ООО «Консервный завод «Светлый сад» и не могут доказывать отсутствие хозяйственных операций по аренде при условии наличия доказательств, достоверно их подтверждающих (договор аренды, подписание которого подтверждено директором ООО «Консервный завод «Светлый сад», согласование данного договора с банком, фактическое использование комбайнов, акты сверки сторон со ссылками на договор аренды от 01.06.2008).

То обстоятельство, что Общество ошибочно учитывало спорные платежи  за ООО «Консервный завод «Светлый сад» в налоговом учете как внереализационные расходы по договору поручительства, не препятствует сделанному судом выводу об обоснованности учета спорных сумм при уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль с учетом выявленного характера данных затрат.

 Довод Инспекции о необходимости  суду принять во внимание уровень рыночных цен на аренду комбайнов в сопоставимых условиях в соответствии со статьей 40 НК РФ не может быть рассмотрен апелляционным судом, поскольку надлежащих доказательств, свидетельствующих о необходимости применения положений статьи 40 НК РФ и завышении рыночной цены арендной платы за спорное имущество, налоговый орган суду не представил.

Как следует из материалов дела, оспариваемым решением Общество привлечено к ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ, за умышленную неполную уплату налога на прибыль.

По результатам повторного рассмотрения дела по апелляционной жалобе апелляционный суд пришел к выводу, что решение Инспекции в части привлечения Общества к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в общей сумме 893 508 рублей правомерно признано судом первой инстанции недействительным в связи с необоснованной квалификацией действий ЗАО «Успенское» по обязательствам со спорным контрагентом по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса РФ.

Учитывая положения пункта 2 статьи 110 Налогового кодекса РФ, налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Налоговым органом в ходе проверки не собрано доказательств, подтверждающих участие налогоплательщика в схеме, направленной на уклонение от уплаты налогов. В деле отсутствуют документы, подтверждающие, что ЗАО «Успенское» в лице своего исполнительного органа доподлинно знало о фиктивности заключаемой с ООО «Лоция» сделки и намеренно внесло ложные сведения в налоговую и бухгалтерскую отчетность; Инспекцией не доказан умышленных характер действий налогоплательщика, в связи с чем действия Общества подлежали квалификации по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса РФ.

Поскольку арбитражные суды, разрешая дела о признании недействительными решений налоговых органов в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса РФ, оценивают законность принятого ненормативного правового акта и не являются органами, рассматривающими вопрос о привлечении к налоговой ответственности, к компетенции арбитражного суда не относится изменение квалификации выявленного правонарушения.

При таких обстоятельствах оспариваемое решение налогового органа правильно признано судом недействительным в части начисления налоговых санкций по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса РФ за неполную уплату налога на прибыль и налога на добавленную стоимость по мотиву неверной квалификации выявленного правонарушения.

Доводы