Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2011 по делу n А19-9909/08-62. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда полностью и принять по делу новый с/а

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина 100б

тел. [phone], тел./факс [phone]

E-mail: [email protected]   http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита                                                                                                                                                                                         Дело № А19-9909/08-62

30 марта 2011 года                                                                              Дело № А19-19229/2010

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2011 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 марта 2011 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Ячменёва Г.Г.,

судей Доржиева Э.П., Рылова Д.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Малановой А.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 13 января 2011 года по делу № А19-19229/2010 по заявлению Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ОГРН 1037739877295, ИНН 7708503727) к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в Тайшетском районе Иркутской области (ОГРН 1023801941624, ИНН 3815007420) о признании недействительным решения от 2 сентября 2010 года № 27

(суд первой инстанции: Мусихина Т.Ю.)

в присутствие в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от ОАО «РЖД»: Стрижнева Т.Б., заместитель начальника отдела судебно-арбитражной работы юридической службы Восточно-Сибирской железной дороги - филиала ОАО «РЖД», доверенность от 25 марта 2011 года № 320/210;

от УПФР: не было (извещено)

и установил:

Открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (далее – Общество, ООО «РЖД») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) в Тайшетском районе Иркутской области (далее - Фонд, УПФР) о признании недействительным решения от 2 сентября 2010 года № 27.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 13 января 2011 в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ОАО «РЖД» к ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 17 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее – Закон о персонифицированном учете).

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «РЖД» обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение судом пункта 29 Инструкции о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о застрахованных лицах для целей обязательного пенсионного страхования, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.03.1997 № 318, поскольку двухнедельный срок, о котором идет речь в данной норме, применяется только в том случае, если ошибки обнаружены Фондом, а не лицом, представившим сведения о застрахованных лицах.

Заявитель апелляционной жалобы указывает также на нарушение Фондом при вынесении решения от 2 сентября 2010 года № 27 требований статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации, которое выразилось в отсутствии в этом решении изложения обстоятельств совершенного правонарушения.

По мнению ОАО «РЖД», основания для привлечения его к ответственности отсутствуют, так как ошибки в сведениях по персонифицированному учету выявлены им  самостоятельно, после чего представлены корректирующие формы сведений о застрахованных лицах. В обоснование своей позиции заявитель апелляционной жалобы ссылается на письмо Пенсионного фонда Российской Федерации от 14 декабря 2004 года № КА-09-25/13379.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы указывает на нарушение Фондом процедуры привлечения к ответственности, выразившееся в допущении к рассмотрению дела неуполномоченного представителя Общества.

В отзыве от 11 марта 2001 года № АА-09/1449 на апелляционную жалобу Фонд выражает согласие с решением суда первой инстанции, просит оставить его без изменения.

О месте и времени судебного заседания УПФР извещено надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается информацией, содержащейся на официальном сайте Почты России (www.russianpost.ru), а также отчетом о публикации 28 февраля 2011 года на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» судебного акта о принятии апелляционной жалобы к производству и назначении судебного разбирательства, однако явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, заявив ходатайство от 11 марта 2011 года № АА-09/1452 о рассмотрении дела без его участия.

В соответствии с частью 2 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя ОАО «РЖД», изучив материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в соответствии с пунктом 15 Положения о Восточно-Сибирской железной дороге, утвержденного Президентом ОАО «РЖД» 6 мая 2010 года № 28, ВСЖД обязана  исполнять обязанности страхователя по обязательному пенсионному страхованию и профессиональному пенсионному страхованию работников в порядке, предусмотренном пенсионным законодательством Российской Федерации и внутренними документами ОАО «РЖД».

10 января 2009 года ОАО «РЖД» (его филиалом ВСЖД) в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 5 по Иркутской области была представлена декларация по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование для лиц, производящих выплаты физическим лицам за 2008 год (л.д. т. 1, л.д. 66-71), а 22 января 2009 года - ведомость уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование (форма АДВ-11) (т. 1, л.д. 76). Сумма платежей по страховым взносам, подлежащая уплате за 2008 год составила: на страховую часть пенсии – 6 479 329 рублей, на накопительную часть пенсии – 1 963 346 рублей.

16 января 2009 года были представлены индивидуальные сведения о суммах начисленных страховых взносов на 221 застрахованное лицо (форма СЗВ-4-2).

18 мая 2010 года была подана корректирующая форма декларации по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование для лиц, производящих выплаты физическим лицам за 2008 год (т. 1, л.д. 57-63), согласно которой была изменена подлежащая уплате сумма платежей по страховым взносам на страховую часть пенсии.

Сумма платежей по страховым взносам на страховую часть пенсии составила 6 484 037 рублей, на накопительную часть пенсии сумма платежей не изменилась.

3 июня 2010 года ОАО «РЖД» были представлены корректирующие формы индивидуальных сведений за 2008 год (форма СЗВ 4-2) в отношении двух застрахованных лиц.

Сумма начисленных страховых взносов на страховую часть пенсии на указанных лиц составила 113 600 рублей.

Установив при приеме корректирующих форм индивидуальных сведений за 2008 год факт недостоверности ранее представленных индивидуальных сведений, Фондом 29 июля 2010 года составлен акт об обнаружении фактов, свидетельствующих о нарушениях законодательства об обязательном пенсионном страховании № 27 (т. 1, л.д. 14).

По результатам рассмотрения указанного акта решением от 2 сентября 2010 года № 27 ОАО «РЖД» привлечено к ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 17 Закона о персонифицированном учете, за представление недостоверных сведений, необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в виде штрафа в размере 11 360 рублей (т. 1, л.д. 13).

Суд апелляционной инстанции считает ошибочными выводы суда первой инстанции о законности оспариваемого решения, исходя из следующего.

Частью 3 статьи 17 Закона о персонифицированном учете (в редакции, действовавшей на момент вынесения решения) предусмотрены финансовые санкции за непредставление в установленные сроки сведений, необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования, либо представление неполных и (или) недостоверных сведений к страхователям, в том числе физическим лицам, самостоятельно уплачивающим страховые взносы.

В рассматриваемом случае в качестве объективной стороны состава данного правонарушения Обществу вменено представление недостоверных сведений, необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

Исходя из абзаца шестого статьи 1 Закона о персонифицированном учете  индивидуальным (персонифицированным) учетом является организация и ведение учета сведений о каждом застрахованном лице для реализации пенсионных прав в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 11 Закона о персонифицированном учете предусмотрено, что страхователи представляют в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации сведения об уплачиваемых страховых взносах на основании данных бухгалтерского учета, а сведения о страховом стаже - на основании приказов и других документов по учету кадров.

Обязанность ежегодно представлять сведения за застрахованных лиц должна быть исполнена до 1 марта (пункт 2 статьи 11 Закона о персонифицированном учете).

На основании статьи 15 Закона о персонифицированном учете страхователь имеет право дополнять и уточнять переданные им сведения о застрахованных лицах по согласованию с соответствующим органом Пенсионного фонда Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ОАО «РЖД», самостоятельно выявив ошибки в представленных в УПФР документах, подало корректирующие формы документов - 18 мая 2010 года в УПФР представлена корректирующая декларация, а 3 июня 2010 года Обществом - корректирующие формы индивидуальных сведений за 2008 год.

Таким образом, на дату составления акта от 29 июля 2010 года № 27 об обнаружении фактов, свидетельствующих о нарушениях законодательства об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования,  ошибки, допущенные в ранее представленных сведениях, были Обществом самостоятельно устранены.

Доначисленные в связи с корректировкой страховые взносы и пени по ним были оплачены также до составления указанного акта, что подтверждается платежными поручениями от 26 мая 2010 года № 988 и № 663 (т. 1, л.д. 48-49) и Фондом по существу не оспаривается.

Пунктом 4 статьи 81 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если уточненная налоговая декларация представляется в налоговый орган после истечения срока подачи налоговой декларации и срока уплаты налога, то налогоплательщик освобождается от ответственности в случае представления уточненной налоговой декларации до момента, когда налогоплательщик узнал об обнаружении налоговым органом неотражения или неполноты отражения сведений в налоговой декларации, а также ошибок, приводящих к занижению подлежащей уплате суммы налога, либо о назначении выездной налоговой проверки по данному налогу за данный период, при условии, что до представления уточненной налоговой декларации он уплатил недостающую сумму налога и соответствующие ей пени.

Суд апелляционной инстанции полагает, что приведенная норма права по аналогии может быть применена и при рассмотрении настоящего дела.

Как уже отмечалось, ошибки в ранее представленных сведениях были выявлены Обществом самостоятельно, до составления акта от 29 июля 2010 года № 27, при этом ОАО «РЖД» в полном объеме уплатило доначисленные страховые взносы и пени по ним.

Следовательно, принимая во внимание положения пункта 4 статьи 81 Налогового кодекса Российской Федерации, основания для привлечения Общества к финансовой ответственности, предусмотренной статьей 17 Закона о персонифицированном учете, в рассматриваемом случае отсутствовали.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно статье 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (часть 1); обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (часть 2); неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (часть 3).

В пункте 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июля 2010 года № 934-О-О указано, что несмотря на то что названные конституционные положения по своему буквальному смыслу направлены на закрепление презумпции невиновности в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, их значение выходит за рамки уголовного преследования. Наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности, а конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве.

По сути, аналогичная правовая позиция выражена также и в других решениях Конституционного Суда Российской Федерации (например, Постановления от 7 июня 2000 года № 10-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 17 июля 2002 года № 13-П, Определение от 9 апреля 2003 года № 172-О).

В соответствии с правовыми позициями, выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 30 июля 2001 года № 13-П и от 24 июня 2009 года № 11-П, в качестве необходимого элемента общего понятия состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное прямо и недвусмысленно не установлено непосредственно самим законодателем; федеральный законодатель, устанавливая