Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2013 по делу n А78-1619/2013. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

непосредственно продавцу или в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государства соответствующей Стороны.

В дополнительном соглашении от 29 июля 2011 года № 8 к контракту (спецификация № 3) установлены: наименование товаров с подробным указанием его характеристик; цена товаров за тонну, которые соответствуют наименованию товара и суммам, указанным в декларациях и иных товаросопроводительных документах, представленных обществом таможне. Данная спецификация является неотъемлемой частью контракта, поскольку подписана теми же сторонами и содержит ссылку на упомянутый контракт.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2005 г. № 29 спецификация представляет собой документ, выражающий содержание сделки и подтверждающий ее таможенную стоимость, заявленную обществом.

Поскольку внешнеторговым контрактом и дополнительными соглашениями к нему не предусмотрена предоплата за поставляемые товары, то платежные документы применительно к конкретной поставке предоставлены быть не могут. Следовательно, в рассматриваемом случае в целях подтверждения таможенной стоимости товаров должно использоваться понятие «цена, подлежащая уплате за ввозимый товар», а не понятие «цена, фактически уплаченная». Подлежащую же уплате цену товара можно определить на основании представленных Обществом документов.

В подтверждение оплаты товара, согласно контрактной стоимости, Обществом в материалы дела представлены ведомость банковского контроля (т. 4, л. 29), справка ОАО «Москомбанк» от 08.04.2013 (т. 4, л.д. 28), заявления на перевод № 5 от 12.02.2013, № 6 от 26.02.2013, № 7 от 26.02.2013, № 8 от 26.02.2013 (т. 4, л.д. 58-61), дополнительные соглашения (с указанием реквизитов для оплаты (т. 4, л.д. 62-65).

Следовательно, данное основание для принятия решения о корректировке таможенной стоимости не может быть признано обоснованным.

Довод таможни о том, что само по себе заявление на перевод не может подтверждать факт оплаты, не подкреплен какими-либо ссылками на нормы действующего законодательства или банковские правила.

Между тем, из представленной Обществом справки ОАО «Москомбанк» от 02 ноября 2012 года (т.4, л.д. 66) следует, что в соответствии с установленной международной практикой осуществления переводов в иностранной валюте указанные операции осуществляются на основании представления клиентом в банк заявления на перевод иностранной валюты. Заявление на перевод представляет собой документ, в котором перевододатель поручает своему банку произвести выплату определенной суммы в указанной валюте названной стороне, находящейся в другой стране. Заявление подписывается руководителем и скрепляется печатью организации. Таким образом, расчетным документом при переводе средств в иностранной валюте является предъявленное в банк в установленной форме заявление на перевод иностранной валюты.

Из справки ОАО «Москомбанк» от 02 ноября 2012 года следует, что заявления на перевод в банк могут предоставляться как на бумажном носителе, так и путем применения средств электронного документооборота.

Имеющиеся в материалах дела заявления на перевод были представлены в банк в электронном виде (т. 4, л.д. 58-61). На заявлениях имеется отметка банка о том, что электронная подпись корректна.

В соответствии с положениями статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», электронный документ, подписанный электронной подписью, признается равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью и заверенному печатью.

Относительно ссылки таможенного органа в апелляционной жалобе на пункт 4.1 Правил осуществления переводов иностранной валюты в ОАО «Москомбанк», суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Пункт 4.1 Правил осуществления переводов иностранной валюты в ОАО «Москомбанк», размещенных на официальном сайте Москомбанка в сети «Интернет», имеет отношение к документообороту ОАО «Москомбанк» и банка-корреспондента в определенной системе SWIFT. Для клиента банка расчетным документом является заявление на перевод, предоставленное в банк, о чем указано в пункте 2.2 Правил, что подтверждается справкой ОАО «Москомбанк» от 02 ноября 2012 года.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 июня 2007 года № 3323/07 указано, что цена сделки подтверждена документально, если приведенная в грузовой таможенной декларации стоимость может быть сопоставлена с суммой, обозначенной в счете-фактуре, платежном поручении, экспортной декларации, ведомости банковского контроля. При их совпадении можно утверждать, что цена подтверждена должным образом.

В рассматриваемом случае цена товара (950 долларов США за одну тонну) указана не только в декларациях на товары, но и в спецификации №3 дополнительного соглашения от 29 июля 2011 года № 8, инвойсах, и должна была определяться как «цена, подлежащая уплате за ввозимые товары».

Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 июня 2007 года № 3323/07 не содержит указаний на то, что все данные документы должны быть представлены в совокупности, как полагает таможенный орган.

Следовательно, у таможенного органа имелась возможность сравнить заявленную таможенную стоимость с ценой сделки.

Кроме того, в материалах дела имеются ведомость банковского контроля, упомянутые выше заявления на перевод, справка банка паспорта сделки (т.4, л.д. 28, 29-57, 58-61).  

При таких обстоятельствах требование таможенного органа о предоставлении копии экспортной декларации, прайс-листов, а также иных документов не было обоснованным, исходя из приведенных выше норм права, а, следовательно, является незаконным.

Доводы таможенного органа о том, что его позиция подтверждается представленными в материалы дела документами, полученными от Управления Федеральной службы безопасности по Забайкальскому краю и переведенными на русский язык, об аннулировании китайской компании (т.4, л.д. 19-20), не могут быть признаны обоснованными, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документ, полученный в иностранном государстве, признается в арбитражном суде письменным доказательством, если он легализован в установленном порядке (часть 6). Иностранные официальные документы признаются в арбитражном суде письменными доказательствами без их легализации в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (часть 7).

В соответствии с международным договором между КНР и РФ «О правовой помощи по гражданским и уголовным делам», заключенному в Пекине  19 июня 1992 года, упрощена процедура легализации официальных документов, полученных в иностранном государстве.

Согласно статье 29 указанного Договора, документы, которые составлены или засвидетельствованы судом или другим компетентным учреждением одной Договаривающейся Стороны, действительны при наличии подписи и официальной печати. В таком виде они могут приниматься судом или другим компетентным учреждением другой Договаривающейся Стороны без легализации.

Пунктом 1 статьи 2 Договора установлено, что при обращении с просьбами и оказании правовой помощи по гражданским и уголовным делам суды и другие компетентные учреждения Договаривающихся Сторон сносятся между собой через свои центральные учреждения, если настоящим Договором не установлено иное.

Согласно пункту 2 статьи 2 Договора, к центральным учреждениям, упомянутым в пункте 1 настоящей статьи, относятся: со стороны Российской Федерации - Министерство юстиции России и Генеральная прокуратура России; со стороны Китайской Народной Республики - Министерство юстиции КНР и Верховная народная прокуратура КНР.

Анализируя нормы международного договора, суд апелляционной инстанции отмечает, что официальные документы, выполненные в КНР, представляемые таможенным органом в суд, должны отвечать следующим требованиям:

- документ, представляемый в суд без легализации, должен являться документом, выданным официальным органом КНР;

- документ должен иметь подпись и официальную печать;

- документ должен быть получен через компетентные органы, которыми, согласно договору между КНР и РФ «О правовой помощи по гражданским и уголовным делам», заключенному в Пекине  19 июня 1992 года, являются со стороны Российской Федерации - Министерство юстиции России и Генеральная прокуратура России; со стороны Китайской Народной Республики - Министерство юстиции КНР и Верховная народная прокуратура КНР.

Таким образом, требование о легализации не распространяется исключительно на документы, исходящие от судебных или иных компетентных органов, при условии, что такие документы подписаны и на них проставлена официальная печать.

В разъяснении, содержащемся в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999 года № 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса», имеются в виду только иностранные официальные документы.

В рассматриваемом случае, Справка об аннулировании предприятия как юридического лица от 6 мая 2010 года, выданная Центром торгово-промышленной справочно-информационной службы г. Цзинин, входящего в структуру Управления промышленности и торговли провинции Шаньдун (т.4, л.д. 20), не может быть расценена в качестве официального документа, в смысле статьи 29 названного Договора, поскольку не представлено сведений о правовом статусе Центра торгово-промышленной справочно-информационной службы г. Цзинин, а также не представлено доказательств того, что данная справка была получена через компетентные учреждения Договорившихся сторон, а именно: со стороны Российской Федерации - Министерство юстиции России и Генеральная прокуратура России; со стороны Китайской Народной Республики - Министерство юстиции КНР и Верховная народная прокуратура КНР.

Кроме того, указанный документ не подписан уполномоченным должностным лицом, в связи с чем, по смыслу пункта 1 статьи 29 указанного Договора он не может быть признан официальным документом. Соответственно, на этот документ распространяется требование о легализации.

Согласно статье 1 Гаагской конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, от 5 октября 1961 года данная Конвенция распространяется на официальные документы, которые были совершены на территории одного из договаривающихся государств и должны быть представлены на территории другого договаривающегося государства.

При этом в качестве официальных документов в смысле этой Конвенции рассматриваются: документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, включая документы, исходящие от прокуратуры, секретаря суда или судебного исполнителя; административные документы;  нотариальные акты; официальные пометки, такие, как отметки о регистрации; визы, подтверждающие определенную дату; заверения подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса.

Вместе с тем, данная Конвенция не распространяется на документы, совершенные дипломатическими или консульскими агентами, а также административные документы, имеющие прямое отношение к коммерческой или таможенной операции.

Представленные таможней в подтверждение своей позиции копии грузовых экспортных таможенных деклараций таможни КНР по своей природе являются административными документами, имеющими прямое отношение к таможенным операциям.

Следовательно, на них положения названной Конвенции (равно как и Договора о правовой помощи) не распространяются.

В соответствии со статьей 27 Федерального закона от 05.06.2010 № 154-ФЗ «Консульский устав Российской Федерации» консульской легализацией иностранных официальных документов является процедура, предусматривающая удостоверение подлинности подписи, полномочия лица, подписавшего документ, подлинности печати или штампа, которыми скреплен представленный на легализацию документ, и соответствия данного документа законодательству государства пребывания (часть 1). Консульское должностное лицо легализует составленные с участием должностных лиц компетентных органов государства пребывания или от них исходящие официальные документы, которые предназначены для представления на территории Российской Федерации, если иное не предусмотрено международными договорами, участниками которых являются Российская Федерация и государство пребывания (часть 2).

Детально процедура консульской легализации урегулирована в Инструкции о консульской легализации, утвержденной МИД СССР 6 июля 1984 года, и в Административном регламенте исполнения государственной функции по консульской легализации документов, утвержденного приказом МИД России от 26.05.2008 № 6093.

Таким образом, справка об аннулировании предприятия от 06 мая 2010 года (относительно подлинности печати Центра торгово-промышленной справочно-информационной службы г. Цзинин, которым скреплена эта справка), таможенные декларации, выполненные на иностранном языке, представленные в суд таможенным органом, в соответствии с частью 2 статьи 27 Консульского устава Российской Федерации подлежат легализации и не являются относимыми и допустимыми доказательствами по делу.

В отсутствие же легализации суд не может сделать достоверный вывод о том, что на экспортных таможенных декларациях действительно проставлены печати Маньчжурской таможни и о том, что имеющиеся на них подписи учинены уполномоченными должностными лицами.

В отношении справки об аннулировании предприятия от 06 мая 2010 года суд апелляционной инстанции отмечает также, что в ней говорится об аннулировании регистрации Корпорации по импорту-экспорту зерен и масел провинции Шаньдун, в то время как стороной внешнеторгового контракта от 25.03.1999 №ASG99274 является Компания по импорту и экспорту зерен и масел г. Цзинин, провинции Шаньдун.

То есть сделать однозначный вывод о том, что в справке имеется в виду именно контрагент Общества, не представляется возможным.

При этом Обществом в материалы дела представлено письмо Компании по импорту и экспорту зерен и масел провинции Шаньдун, г. Цзинин от 23 августа 2011 года № 0916, в котором названная Компания подтверждает, что является действующей компанией, которая осуществляет внешнеэкономическую деятельность (т. 1, л.д. 56-58).

Относительно довода апелляционной жалобы о несогласии с выводом суда о недоказанности таможенным органом правомерности использования в качестве ценовой информации из деклараций на товары ДТ № 10216120/240113/0005735, 10216120/230113/0005157, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Таможенный орган не доказал правомерность использования в качестве ценовой информации при принятии решений о корректировке таможенной стоимости ценовой информации из деклараций на товары ДТ № 10216120/240113/0005735, 10216120/230113/0005157, на условиях