Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2013 по делу n А58-3739/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда полностью и принять по делу новый судебный акт

полученные доходы и понесенные расходы.

Суд первой инстанции посчитал, что положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации налоговым органом соблюдены.

При этом суд исходил из того, что, в отсутствие аналогичных налогоплательщиков, инспекция правомерно применила расчетный способ определения налога, подлежащего уплате, на основании имеющейся у него информации о Кузьмине А.А. (доходы определены в соответствии со сведениями, предоставленными банком, Намским управлением сельского хозяйства, СПСК «Туймаада-Нам» и Министерством сельского хозяйства Республики Саха (Якутия), а расходы – на основании данных налоговой декларации, представленной самим предпринимателем).

Подобную позицию нельзя признать обоснованной.

Согласно пункту 1 статьи 101 НК Российской Федерации в решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за конкретные налоговые правонарушения с указанием статей данного Кодекса, предусматривающих данные правонарушения, и применяемые меры ответственности. В решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения указываются размер выявленной недоимки и соответствующих пеней, а также подлежащий уплате штраф.

Приказом ФНС России от 31.05.2007 № ММ-3-06/338@ утверждена форма решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (приложение № 12). В соответствии с утвержденной формой также предусмотрено указание в решении приведенных выше сведений.

Между тем, в решении налогового органа от 24 февраля 2012 года № 16/942 не содержится каких-либо указаний относительно того, что им был применен расчетный способ определения доначисленной суммы единого сельскохозяйственного налога. В частности, в оспариваемом решении отсутствует ссылка на положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации.

В связи с изложенным суждение суда первой инстанции об использовании налоговым органом расчетного пути определения суммы налога не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

При этом позиция суда первой инстанции о том, что в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации налоговый орган вправе определить налог, подлежащий к уплате, расчетным путем двумя способами – на основании имеющейся у него информации о налогоплательщике и на основании данных об иных аналогичных налогоплательщиках, противоречит правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 июля 2011 года № 1621/11, согласно которой при применении названной нормы налоговые органы обязаны определять размер налоговых обязательств налогоплательщика исходя из особенностей деятельности проверяемого налогоплательщика и сведений, полученных как из документов, находящихся в распоряжении инспекции, так и путем сопоставления таких сведений с информацией о деятельности аналогичных налогоплательщиков.

На необходимость использования данных не только проверяемого налогоплательщика, но и данных об аналогичных налогоплательщиках указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2010 года № 5/10.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» при определении налоговым органом на ее основании сумм налогов, подлежащих уплате налогоплательщиком в бюджетную систему Российской Федерации, расчетным путем должны быть определены не только доходы налогоплательщика, но и его расходы.

В рассматриваемом случае налоговый орган определил доходы предпринимателя Кузьмина А.А., используя не только сведения, указанные им самим в налоговой декларации по единому сельскохозяйственному налогу за 2010 год, но и информацию, полученную от третьих лиц – банка, Намского управления сельского хозяйства, СПСК «Туймаада-Нам» и Министерства сельского хозяйства Республики Саха (Якутия).

Поскольку одну из составляющих частей для определения налоговой базы по единому сельскохозяйственному налогу - доходы - инспекция определила подобным образом, то и другую ее часть - расходы – она также должна была определить не только на основании налоговой декларации.

Однако инспекция в части расходов ограничилась только соответствующими данными, содержащимися в налоговой декларации предпринимателя по единому сельскохозяйственному налогу за 2010 года, составленной, по утверждению Кузьмина А.А., без использования утерянных первичных документов.

Данное обстоятельство также опровергает позицию суда первой инстанции о надлежащем применении инспекцией расчетного способа определения суммы налога. 

Кроме того, в постановлении Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского суда от 18 апреля 2013 года по настоящему делу было указано, что примененный инспекцией (и поддержанный судом первой инстанции) способ исчисления налоговой базы по единому сельскохозяйственному налогу не может свидетельствовать об определении реального размера налоговых обязательств Кузьмина А.А.

В силу части 2 статьи 289 АПК Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления суда первой, апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 июля 2005 года № 301-О указано, что наделение налоговых органов правом исчислять налоги расчетным путем вытекает из возложенных на них обязанностей по осуществлению налогового контроля в целях реализации основанных на Конституции Российской Федерации и законах общеправовых принципов налогообложения - всеобщности и справедливости налогообложения, юридического равенства налогоплательщиков, равного финансового бремени.

Допустимость применения расчетного пути исчисления налогов, предусмотренного подпунктом 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации, непосредственно связана с обязанностью правильной, полной и своевременной их уплаты и обусловливается неправомерными действиями (бездействием) налогоплательщика. Определение налогового обязательства расчетным методом, как не предполагающее его осуществление на произвольных основаниях, направлено на реализацию целей и задач налогового контроля, а также на обеспечение безусловного выполнения всеми налогоплательщиками конституционной обязанности по уплате налогов (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 года № 488-О).

Таким образом, наделение налоговых органов правом исчисления налогов расчетным путем направлено как на реализацию целей и задач налогового контроля, осуществление которых не должно иметь произвольных оснований, так и на создание дополнительных гарантий прав налогоплательщиков и обеспечение баланса публичных и частных интересов (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 апреля 2012 года № 16282/11).

Из материалов настоящего дела следует, что на момент проведения выездной налоговой проверки в силу ряда объективных причин (имевшее место в мае 2010 года) предпринимателем не были представлены первичные бухгалтерские и иные документы, позволяющие инспекции произвести соответствующие действия по осуществлению мероприятий налогового контроля и определению размера полученного предпринимателем дохода и произведенного расхода.

Данное обстоятельство обязывало инспекцию применить положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации и определить размер налоговых обязательств предпринимателя исходя из особенностей деятельности проверяемого налогоплательщика и сведений, полученных как из документов, находящихся в распоряжении инспекции, так и путем сопоставления таких сведений с информацией о деятельности аналогичных налогоплательщиков.

Довод налогового органа (т. 3, л.д. 132), поддержанный судом первой инстанции, о том, что такие налогоплательщики, как предприниматели Сивцев М.П., Попова Н.И. и Протопопов К.Н., не могут быть признаны аналогичными, является необоснованным. Так, по утверждению инспекции, у Кузьмина А.А. в проверяемом периоде было в 2 раза больше работников, чем у упомянутых налогоплательщиков. Между тем, в 2010 году у Кузьмина А.А. работало 12 работников, у Поповой Н.И. – 10, у Протопопова К.Н. – 9 (т. 3, л.дл. 133), то есть разница в количестве работников не столь значительна, как полагает налоговый орган.

Величина доходов и расходов указанных предпринимателей и Кузьмина А.А., по мнению суда апелляционной инстанции, сама по себе также не исключает применение положений подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации. Основное значение при этом имеет разница между доходами и расходами, исходя из которой определяется объект налогообложения единым сельскохозяйственным налогом (статья 346.4 НК Российской Федерации).

   Из представленных налоговым органом сведений об иных налогоплательщиках суд апелляционной инстанции установил, что отношение такой разницы к величине полученных доходов, указывающее на доходность от осуществления деятельности (овощеводства), у предпринимателя Сивцева М.П. составило 6,36% (373/5866), у предпринимателя Поповой Н.И. – 4,68% (216/4614), у предпринимателя Протопопова К.Н. – 2,19% (76/3457), тогда как по данным инспекции подобный показатель у Кузьмина А.А. составил 27,68% (2904/10490), то есть в несколько раз выше.

   Данное обстоятельство - многократное превышение показателя средней доходности (экономической эффективности) от ведения аналогичной деятельности (овощеводства) - также свидетельствует о необходимости определения налоговых обязательств предпринимателя именно с использованием положений подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации, чего налоговым органом сделано не было, в том числе и при повторном рассмотрении настоящего дела в судах первой и апелляционной инстанций. 

Как отмечено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 июля 2011 года № 1621/11, частичное представление налогоплательщиками в рамках проведения выездной налоговой проверки первичных документов бухгалтерского и налогового учета не является обстоятельством, освобождающим налоговые органы от применения положений подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК Российской Федерации, поскольку задачей налогового контроля является объективное установление размера налогового обязательства проверяемого налогоплательщика.

   Допущенное налоговым органом нарушение требований НК Российской Федерации повлекло неправомерное доначисление предпринимателю единого сельскохозяйственного налога.

   При изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании решение инспекции в части доначисления недоимки, пени и налоговых санкций по единому сельскохозяйственному налогу не может быть признано законным, в связи с чем обжалуемый судебный акт подлежит отмене.

Понесенные предпринимателем при подаче рассматриваемой апелляционной жалобы, а также кассационной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200 рублей в соответствии с положениями статьи 110 АПК Российской Федерации подлежат отнесению на налоговый орган. Излишне уплаченную при подаче рассматриваемой апелляционной жалобы государственную пошлину в сумме 1900 рублей следует возвратить Кузьмину А.А. из федерального бюджета.  

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 24 июля 2013 года по делу № А58-3739/2012, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ: 

Решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 24 июля 2013 года по делу № А58-3739/2012 отменить.

Принять новый судебный акт.

Решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Республике Саха (Якутия) от 24 февраля 2012 года № 16/942 (в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Республике Саха (Якутия) от 19 июня 2012 года № 04-23/28/06342) в части доначисления единого сельскохозяйственного налога в размере 171 159 рублей, начисления пеней по данному налогу в размере 15 394 рубля 90 копеек и привлечения к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату этого налога в виде штрафа в размере 17 115 рублей 90 копеек признать недействительным как несоответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Республике Саха (Якутия) в пользу индивидуального предпринимателя Кузьмина Алексея Алексеевича судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200 рублей.

Арбитражному суду Республики Саха (Якутия) выдать исполнительный лист. 

Возвратить индивидуальному предпринимателю Кузмину Алексею Алексеевичу (ИНН 141700031082) из федерального бюджета излишне уплаченную по чеку-ордеру от 19 августа 2013 года (операция 143) государственную пошлину в сумме 1900 рублей, выдав справку.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Председательствующий  судья                                                        Г.Г. Ячменёв

Судьи                                                                                                  Э.В. Ткаченко

                                                                                                               Д.В. Басаев