ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 29.05.1986"ДОЙМЕЛАНД (deumeland) ПРОТИВ ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИИ" [рус. (извлечение), англ.]


[неофициальный перевод]
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
ДОЙМЕЛАНД (DEUMELAND) ПРОТИВ
ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИИ
(Страсбург, 29 мая 1986 года)
(Извлечение)
КРАТКОЕ НЕОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ДЕЛА
A. Основные факты
Заявитель г-н Клаус Дитер Доймеланд родился в 1940 г. в Берлине. В качестве правопреемника своей матери (которая умерла в декабре 1976 г.) он продолжил судебное дело, начатое ею. Г-жа Доймеланд добивалась предоставления ей дополнительной пенсии в связи со смертью мужа, утверждая, что ее муж, бывший земельный служащий, умер в марте 1970 г. в результате несчастного случая на производстве: в январе 1970 г., возвращаясь после консультации у врача, он поскользнулся на покрытом снегом тротуаре и сломал шейку бедра левой ноги.
25 октября 1972 г. социальный суд Берлина по первой инстанции отклонил иск г-жи Доймеланд, посчитав, что этот несчастный случай нельзя рассматривать как происшедший на производстве или по пути на работу или с работы домой. Берлинский апелляционный социальный суд от 14 августа 1973 г. оставил это Решение в силе.
13 марта 1975 г. Федеральный социальный суд отменил последнее Решение и направил дело на новое рассмотрение в апелляционный социальный суд Берлина, который 16 января 1979 г. вновь отказал в иске и в разрешении на жалобу по вопросам права.
Г-н Доймеланд безуспешно оспаривал это Решение в Федеральном социальном суде и в Федеральном Конституционном Суде. Он просил Берлинский апелляционный суд вновь вернуться к делу, но его просьба была отклонена 6 августа 1981 г. 23 ноября 1981 г. Федеральный социальный суд отклонил жалобу заявителя по вопросам права на это Решение.
B. Разбирательство в Комиссии по правам человека
В жалобе, поданной в Комиссию 15 апреля 1981 г., заявитель утверждал, что было нарушено его право на справедливое судебное разбирательство и разумный срок в смысле статьи 6 п. 1 Конвенции. Жалоба была объявлена приемлемой 15 ноября 1983 г.
В своем докладе Комиссия установила факты и пришла к выводу, что статья 6 п. 1 не подлежит применению к обстоятельствам настоящего дела и соответственно нарушения статьи 6 п. 1 не было (восемь голосов против шести).
Комиссия передала дело в Суд 12 октября 1984 г.
ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ
ВОПРОСЫ ПРАВА
I. Предполагаемое нарушение статьи 6 п. 1
58. Статья 6 п. 1 гласит:
"Каждый человек имеет право при определении его гражданских прав и обязанностей... на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона..."
Заявитель утверждал, что в немецких социальных судах его дело не нашло справедливого рассмотрения в разумный срок.
Первая проблема, которую предстоит решить, касается применимости статьи 6 п. 1, т.к. именно этот вопрос оспаривается большинством членов Комиссии и Правительством.
A. О применимости статьи 6 п. 1
1. О наличии судебного спора о праве
59. В связи с этим вопросом Суд хотел бы обратиться к принципам, сформулированным в его судебной практике и суммированным в Решении по делу Бентема от 23 октября 1985 г. (Серия A, т. 97, с. 14 - 15, п. 32).
Из настоящего дела ясно следует, что судебный спор возник с началом процесса в Берлинском социальном суде 16 июня 1970 г.; он был подлинным и серьезным и касался самого наличия права на дополнительное пособие в случае смерти застрахованного супруга, на чем настаивала г-жа Доймеланд. Исход соответствующего разбирательства мог привести - и в данном случае привел - к подтверждению оспариваемого решения, а именно отказу земли Берлин предоставить пенсию; это решение было исходным.
Теперь Суду предстоит решить вопрос о праве г-жи Доймеланд на пенсию.
2. О гражданско-правовом характере спорного права
a) Введение
60. Согласно сложившейся практике Суда понятие "гражданские права и обязанности" не может толковаться исключительно в свете внутреннего права государства - ответчика" (см. Решение по делу Кенига от 28 июня 1978 г. Серия A, т. 27, с. 29 - 30, п. 88 - 89).
Статья 6 охватывает не только частноправовые споры в традиционном смысле, т.е. споры между физическими лицами или между частным лицом и государством, в той мере, в какой последнее выступает как субъект гражданского права, а не как носитель публичной власти. "Характер законодательства, которое определяет, как вопрос будет решен... и орган власти, наделенный компетенцией по данному вопросу... не имеют существенного значения", последний может быть "общим судом", "административным органом и т.п." (см. Решение по делу Рингейзена от 16 июля 1971 г. Серия A, т. 13, с. 39, п. 94). "Значение имеет только характер спорного права" (см. вышеупомянутое Решение по делу Кенига. Серия A, т. 27, с. 30, п. 90).
61. Как и в предыдущих делах, Суд не считает, что он обязан дать в этом случае какое-либо абстрактное определение понятия "гражданские права и обязанности".
Учитывая, что Суду впервые приходится заниматься сферой социального страхования, в частности схемой страхования от несчастных случаев на производстве в земле Берлин, Суд должен выявить все относящиеся к делу факторы, которые способны прояснить применение принципов, о которых было сказано выше.
b) Дополнительные факторы, выявившиеся по предмету спора
62. В соответствии с немецким законодательством право, о котором идет речь, рассматривается как относящееся к сфере публичного права. Такая классификация, однако, служит лишь отправной точкой, она не может иметь определяющего значения, не будучи подтвержденной другими факторами. В Решении по делу Кенига от 28 июня 1978 г. Суд, в частности, указал:
"Следует ли рассматривать право как гражданское... зависит от содержания и последствий осуществления данного права, а не от его юридической классификации в соответствии с внутренним законодательством заинтересованного государства. При осуществлении своей контрольной функции Суд должен принимать в расчет предмет и цели Конвенции, а также национальных правовых систем других Договаривающихся государств..." (Серия A, т. 27, с. 30, п. 89).
63. В законодательстве и юридической практике государств - членов Совета Европы, имеющих различные системы социального страхования, существует большое разнообразие подходов к природе права на получение пособия при несчастном случае на производстве. Некоторые государства, включая Федеративную Республику Германии, трактуют его как категорию публичного права, тогда как другие, наоборот, рассматривают его как категорию частного права; третьи, похоже, используют своего рода смешанную систему. Более того, даже внутри одной и той же правовой системы можно встретить различные подходы в судебной практике. Так, в некоторых государствах, например в Бельгии, где доминирует публично-правовой аспект, имеются Судебные решения, в которых говорится о применимости статьи 6 п. 1 к требованиям, схожим с теми, что рассматриваются в настоящем деле. Соответственно не существует какого-либо общего стандарта, указывающего на единообразное европейское понимание этого вопроса.
64. Анализ характерных черт германской системы социального страхования несчастных случаев на производстве показывает, что право на получение пособия содержит признаки как публичного, так и частного права.
i) Признаки публичного права
65. Ряд признаков позволяет полагать, что рассматриваемый спор следует считать относящимся к области публичного права.
1) Характер законодательства
66. Первым таким признаком является характер законодательства. Правовые нормы, регулирующие получение пособий по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве, во многих отношениях отличаются от норм, которые применяются к страхованию вообще и являются частью гражданского права. Немецкое государство взяло на себя ответственность за определение рамок системы страхования несчастных случаев на производстве и надзор за действиями в рамках этой системы. В этих целях оно устанавливает категории получателей пособий, определяет пределы предоставляемых гарантий, фиксирует ставки взносов, пособий и т.п.
По некоторым делам (это в особенности относится к делам Кенига; Ле Конта, Ван Левена и Де Мейера; Бентема) наличие таких законов или делегированного законодательства не помешало Суду установить, что рассматриваемое право имеет частный, гражданско-правовой характер. Аналогично и по настоящему делу законодательное вмешательство государства недостаточно для того, чтобы отнести право, на котором настаивает заявитель, к публично-правовой сфере.
2) Обязательный характер страхования
67. Вторым признаком, имеющим отношение к делу, является обязанность страхования от несчастного случая на производстве, или, точнее, быть застрахованным при выполнении установленных законодательством условий (см. п. 72 ниже). Другими словами, те, кого это касается, не могут отказаться от обращения к услугам страхования.
Сопоставимое обязательство можно встретить и в других областях. Примером могут служить правила обязательного страхования определенной деятельности, такой, как вождение транспортного средства или наем жилого помещения. Тем не менее право на возмещение, предоставляемое таким договором, нельзя квалифицировать как публично-правовое. Таким образом, Суд не находит, что обязанность быть застрахованным от несчастного случая на производстве меняет природу соответствующего права.
3) Принятие государством на себя социальной защиты
68. Последний аспект, который остается обсудить, - это принятие на себя государством либо государственными или полугосударственными учреждениями полной или частичной социальной защиты. По обстоятельствам настоящего дела это было возложено на Управление по страхованию от несчастных случаев на производстве Берлина, что отражает возрастание роли государства и соответственно расширение сферы публичного права.
С другой стороны - и Суд вернется к этому вопросу (см. п. 73 ниже), - настоящий случай имеет много общего с обычным страхованием, которое традиционно регулируется частным правом. Поэтому с учетом последствий расширения сферы государственного вмешательства представляется сложным прийти к каким-либо однозначным выводам относительно природы спорного права.
69. В общем, даже всех трех упомянутых аспектов вместе взятых недостаточно, чтобы, проанализировав их, прийти к выводу о неприменимости статьи 6.
ii) Признаки частного права
70. Напротив, различные соображения говорят в пользу противоположного вывода.
1) Личная и имущественная природа спорного права
71. Вдова г-на Доймеланда - старшего была ущемлена не в своих взаимоотношениях с публичной властью как таковой и осуществляющей свои дискреционные полномочия, а в своем личном качестве как частное лицо. Она настаивала на праве, предусмотренном четкими нормами действующего законодательства. Право, о котором идет речь, является личным, имущественным и субъективным, что явно приближает его к сфере гражданского права.
2) Связь с трудовым договором
72. По своему положению г-н Доймеланд - старший был работником и принадлежал к категории служащих земли.
Правовым основанием его работы был трудовой договор, регламентируемый частным правом. Хотя справедливо, что страхование было непосредственно предусмотрено законом, а не договором, тем не менее оно было связано с ним. Страхование являлось одной из составляющих отношений между работником и работодателем.
Кроме того, дополнительная пенсия, на которую претендовала вдова г-на Доймеланда - старшего, а затем ее сын, является как бы продолжением заработной платы, выплачиваемой на основании договора, и гражданско-правовой аспект здесь также не вызывает сомнений. Данная пенсия имеет общую правовую природу с договором и, следовательно, приобретает гражданский характер в смысле настоящей Конвенции.
3) Сходство со страхованием по общему праву
73. И наконец, немецкое страхование от несчастных случаев на производстве в нескольких аспектах похоже на страхование вообще. В немецкой системе страхования от несчастных случаев на производстве используются техника защиты от рисков и методы управления, заимствованные у частного страхования. Страхование служащего частных предприятий осуществляют их профессиональные объединения, которые строят свои отношения со страхуемым, как и обычная страховая компания. Служащие земли Берлин находятся в ведении Управления по страхованию от несчастных случаев на производстве, и на них распространяется система страхования, отличная от той, что применяется в частном секторе. Это обстоятельство, однако, не мешает предпочтительной юридической квалификации рассматриваемого законодательства как относящегося ко второй из указанных систем. На самом деле, хотя большая часть финансирования Управления по страхованию обеспечивается за счет земли Берлин, она делает это в качестве работодателя, а не как орган государственной власти.
Различия, которые могут существовать между страхованием в частном секторе и социальным страхованием, не затрагивают основного характера связи между застрахованным и страхователем.
c) Вывод
74. Дав сравнительную оценку чертам публичного и частного права в настоящем деле, Суд находит, что последнее в нем преобладает. Ни одна из разнообразных черт частного права сама по себе не является решающей, но взятые вместе они наделяют выдвигаемое требование гражданско-правовым характером в смысле статьи 6 п. 1 Конвенции, которая, таким образом, применима к данному случаю.
B. Соблюдение требований статьи 6 п. 1
75. Суд должен теперь ответить на вопрос, удовлетворяет ли рассмотрение в немецких социальных судах иска, предъявленного г-жой Доймеланд и продолженного ее сыном, требованиям статьи 6 п. 1.
1. Разумный срок
76. Заявитель жаловался прежде всего на длительность разбирательства.
a) Период, который следует принять во внимание
77. Рассматриваемый период исчисляется с 16 июня 1970 г. - дня, когда в Берлинский суд по социальным вопросам был подан иск.
Что касается периода, "время" которого должно быть учтено, то он охватывает в принципе все прохождение дела, включая его рассмотрение в апелляционном порядке (см. вышеупомянутое Решение по делу Кенига). Следует учитывать также время рассмотрения дела в Федеральном Конституционном Суде; хотя он и не решал дело по существу, обращение в этот суд могло иметь значение для дальнейшей судьбы жалобы. С другой стороны, время, потраченное Берлинским социальным апелляционным судом на решение вопроса о возобновлении разбирательства, сюда не относится.
Следовательно, окончанием периода следует считать 9 февраля 1981 г., когда Федеральный Конституционный Суд отклонил жалобу г-на Доймеланда на нарушение его конституционных прав.
Рассматриваемый период длился, таким образом, десять лет семь

"СОГЛАШЕНИЕ О ТОРГОВОМ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВЕ ВЕНГЕРСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ В СССР"(Заключено в г. Москве 28.05.1986)  »
Международное законодательство »
Читайте также