ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 27.02.1980"ДЕВЕЕР (deweer) ПРОТИВ БЕЛЬГИИ" [рус. (извлечение), англ.]


[неофициальный перевод]
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
ДЕВЕЕР (DEWEER) ПРОТИВ БЕЛЬГИИ
(Страсбург, 27 февраля 1980 года)
(Извлечение)
КРАТКОЕ НЕОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ДЕЛА
A. Основные факты
Г-н Девеер, гражданин Бельгии, содержал мясной магазин в Лувене. В сентябре 1974 г. сотрудник Главной экономической инспекции, проводя проверку магазина, установил нарушение Министерского постановления от 9 августа 1974 г., регламентировавшего наряду с другими вопросами порядок установления цен на мясопродукты. На основании отчета инспектора королевский прокурор при суде Лувена 30 сентября уведомил заявителя, что против него возбуждено уголовное дело и с этого момента, впредь до решения суда, его магазин будет закрыт. Однако г-н Девеер может избежать этих последствий, уплатив в порядке "мирного урегулирования" 10000 (десять тысяч) бельгийских франков. Поскольку в ином случае ему грозили большие финансовые потери из-за закрытия магазина, заявитель уплатил штраф, оговорив, однако, в письме к прокурору, что считает предложенную ему альтернативу незаконной. Тем не менее г-н Девеер не обратился с иском ни в гражданский суд, ни в Государственный совет на предмет признания Министерского постановления от 9 августа 1974 г. незаконным. В феврале 1975 г. он подал жалобу в Комиссию по правам человека. В 1978 г. г-н Девеер умер, но месяц спустя его вдова и три дочери поставили Комиссию в известность, что они считают себя морально и материально заинтересованными в завершении начатого им дела.
B. Разбирательство в Комиссии по правам человека
В жалобе заявитель утверждал, что наложенная на него до судебного рассмотрения санкция нарушала презумпцию невиновности (статья 6 п. 2), а закрытие магазина на неопределенный срок (в случае отказа уплатить штраф) является нарушением статьи 1 Протокола N 1. Комиссия признала жалобу приемлемой и в своем докладе от 5 октября 1978 г., установив факты, выразила единогласное мнение, что:
- одновременное использование "мирного урегулирования" и "судебного разбирательства", сопровождаемого на этот период закрытием магазина, нарушили право на справедливое разбирательство по уголовному делу, гарантированное заявителю в силу статьи 6 п. 1 Конвенции;
- взятое отдельно, Решение о временном закрытии магазина не противоречило принципу презумпции невиновности и не нарушало статью 6 п. 2, статью 1 Протокола N 1;
- не было необходимости в рассмотрении дела в свете статьи 6 п. 3. Дело было передано Комиссией в Суд 14 декабря 1978 г.
ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ
ВОПРОСЫ ПРАВА
I. О предварительных возражениях Правительства
A. О неисчерпании внутренних средств правовой защиты
1. Компетенция Суда и пресекательный срок
25. По мнению Правительства, жалоба неприемлема по причине неисчерпания внутренних средств правовой защиты. Суд правомочен принять такие предварительные возражения к своему рассмотрению, только если государство - ответчик уже выдвигало их перед Комиссией и только "в той мере, в какой это позволяют обстоятельства и существо самих возражений" (см. Решение по делу Де Вильде, Оомс и Версип против Бельгии от 18 июня 1971 г. Серия A, т. 12, с. 29 - 31, п. 47 - 55).
26. Правительство ссылалось на то обстоятельство, что г-н Девеер:
- не обращался в Государственный совет на предмет аннулирования Постановления от 9 августа 1974 г.;
- не предъявил гражданский иск о возвращении уплаченных сумм и возмещении убытков;
- не настаивал на рассмотрении дела в уголовно-правовом порядке;
- не использовал другие правовые средства.
В 1976 г. Правительство уже ссылалось в своих письменных возражениях на то, что два первых способа правовой защиты не были использованы. Поэтому Суд обязан принять их к рассмотрению (см. вышеупомянутое Решение).
По поводу третьей процедуры Правительство в заявлении, сделанном в судебных прениях по существу жалобы 9 декабря 1977 г., утверждало, что она была бы доступна для заявителя, если бы Государственный совет аннулировал Постановление от 9 августа 1974 г. (см. с. 24 протокола). Фактически Правительство сослалось не на неисчерпание правового средства, а на обстоятельства, которые препятствовали его использованию, т.е. на гипотетическую возможность, которую можно было реализовать лишь до 31 мая 1978 г., когда дело уже рассматривалось в Комиссии более шести месяцев и возобновление слушаний вряд ли можно было предвидеть (см. п. 20 выше, а также приложение I к докладу Комиссии). Тем не менее Правительство считало, что оно не потеряло своего права на возражение.
Правительство так и не уточнило, в чем состоят "другие средства правовой защиты", на которые оно ссылалось во время слушаний 27 сентября 1979 г. Предположительно, Правительство допускало при рассмотрении дела в Суде, как оно ранее делало в Комиссии (см. с. 21 его меморандума, 1977 г.), что даже не дожидаясь начала уголовного преследования, г-н Девеер мог бы "предъявить иск... о возмещении ущерба от потерь, которые он понес за время закрытия его заведения, или чрезмерной длительности такого закрытия", или попытаться добиться "приостановления исполнения приказа о закрытии в качестве временной меры". Правительство исходит сейчас, как и тогда, из странного предположения, которое не соответствует конкретным фактам, а именно, что магазин был бы закрыт, если бы заявитель не уплатил штрафа. Точка зрения Правительства касается прежде всего существа спора, она не связана со статьей 26 Конвенции (см. п. 52 ниже). Когда государство прибегает к правилу исчерпания средств правовой защиты, предназначенного прежде всего "защищать национальный правопорядок", то на государстве лежит обязанность доказать, что в распоряжении заинтересованных лиц действительно имеются правовые средства, которые они не использовали (см. вышеупомянутое Решение по делу Де Вильде, Оомс и Версип против Бельгии, с. 31 и 33, п. 55 - 56). Суд отклонился бы от возложенной на него роли, если бы занялся уточнением тех "других средств правовой защиты", которые имело в виду Правительство.
27. Все, что необходимо проанализировать для решения вопроса об использовании правовых средств, включает:
- неподачу обращения об аннулировании Постановления от 9 августа 1974 г.;
- неподачу гражданского иска о возврате уплаченных сумм и возмещении ущерба;
- нежелание заявителя рассмотреть дело в уголовно-правовом порядке.
2. Обоснованность предварительного возражения
a) Жалоба об аннулировании Постановления от 9 августа 1974 г.
28. В своем Решении от 10 марта 1977 г. о приемлемости жалобы Комиссия сочла обращение в Государственный совет неадекватным средством правовой защиты. С точки зрения Комиссии, оно "не предоставило бы возмещения по жалобам заявителя", которые были направлены не против "основного принципа" Министерского постановления от 9 августа 1975 г., на котором основано решение инспектора, г-на Вандерлейдена, а единственно против "процедуры наложения наказания" за такие правонарушения (см. с. 34 доклада). Комиссия сохранила, по существу, такую же позицию и в Суде.
Правительство ответило, что в своем письме от 3 октября 1974 г. на имя королевского прокурора Лувена г-н Девеер усомнился в принципиальной правильности Постановления от 9 августа 1974 г. и намеревался обратиться в Государственный совет (см. п. 10 выше). Указанное средство правовой защиты, добавило Правительство, "является наиболее радикальным, т.к. оно позволяет заявителю требовать придания обратной силы отмене решения об аннулировании акта"; Решения, вынесенные Государственным советом 5 июля 1973 г. и 31 мая 1978 г., продемонстрировали эффективность данного средства правовой защиты (см. п. 20 выше). В представлении Правительства говорилось, что тот факт, что г-н Девеер предпочел ограничить свою жалобу, направленную в Комиссию, "процедурой наложения наказания", не освобождал его от использования такого предварительного средства, как попытка добиться полной отмены Министерского постановления.
29. Как было недавно подчеркнуто Судом, статья 26 Конвенции требует обязательного использования только тех средств правовой защиты, которые являются одновременно доступными и достаточными в отношении предполагаемого нарушения (см. Решение по делу Эйри от 9 октября 1979 г. Серия A, т. 32, с. 11 п. 19). Нарушения, обжалуемые заявителем, состоят в ущемлении права на справедливое разбирательство дела в суде (статья 6), а также права собственности (статья 1 Протокола N 1); эти нарушения предположительно были вызваны Решением, принятым 30 сентября 1974 г., о временном закрытии магазина в случае неуплаты "штрафа" в согласительном порядке.
Полномочия королевского прокурора Лувена, использованные в связи с нарушением статьи 2 § 4 и статьи 3 § 1 Постановления от 9 августа 1974 г., основаны не на этом регламентарном акте, который согласно статье 14 Консолидированного закона о Государственном совете мог быть аннулирован лишь законом, а на основании статьи 11 § 1 - 2 Закона 1945 / 1971 (см. п. 8, 9, 13 и 15 выше).
По сути дела, г-н Девеер не ошибся целью: его требование в Комиссию было направлено против указанной статьи 11 и, в частности, ее п. 2, а не против Министерского постановления. Предположительно сомнения относительно законности Постановления ранее были высказаны в его письме от 3 октября 1974 г. на имя королевского прокурора (см. п. 10 выше), но он не стал вновь ставить этот вопрос в своей жалобе в Комиссию.
Этот выбор заявителя обязателен для Суда. В соответствии со статьей 25 Конвенции заявитель свободен в выборе основания для признания за ним статуса жертвы. Статья 26 в принципе препятствует лишь тому, чтобы в Комиссию подавались жалобы, которые ранее не рассматривались в рамках национального правопорядка; с другой стороны, заинтересованное лицо не обязано в силу статьи 26 воспроизводить в своем обращении в Комиссию все содержание жалобы в компетентные национальные органы.
Жалоба об аннулировании, возможно, привела бы по прошествии продолжительного времени (см. п. 20 выше) и окольными путями к признанию, с учетом статьи 6 Конституции Бельгии, что г-н Девеер не совершил никакого уголовно наказуемого правонарушения и, соответственно, ему были бы возвращены уплаченные им 10000 бельгийских франков. Тем не менее скорая и непосредственная защита прав, гарантированная статьей 6 Конвенции и статьей 1 Протокола N 1, не была бы в таком случае обеспечена. Короче говоря, подобные действия исправили бы некоторые последствия оспариваемого решения, но не устранили бы их причину, т.е. одновременное применение § 1 и 2 статьи 11 Закона 1945 / 1971. Статья 26 Конвенции не идет настолько далеко, чтобы требовать использования столь косвенных способов исправления ситуации; она не настолько растяжима, как, по-видимому, полагает Правительство (см. mutatis mutandis Решение по делу Стогмюллера от 10 ноября 1969 г. Серия A, т. 9, с. 42, п. 11).
b) Иск о возврате неосновательно уплаченного и возмещении ущерба
30. По мнению Комиссии, иск о реституции неосновательно уплаченного и возмещении ущерба (статьи 1235, 1382 Гражданского кодекса) носит алетуарный характер, т.к. "бельгийское право в данных обстоятельствах, по-видимому, не было нарушено". Во всяком случае остался бы след возбужденного уголовного дела в форме упоминания в приложениях к "судебному досье" лица (см. п. 15 выше); отсюда следует, что иск не мог бы служить действенным и достаточным средством правовой защиты (см. с. 34 доклада).
Возражая на это, Правительство отметило, что сам г-н Девеер, похоже, не рассматривал такой иск как имеющий сомнительную ценность, т.к. в своем письме от 3 октября 1974 г., направленном королевскому прокурору, он оговорил возможность его предъявления (см. п. 10 выше). По мнению Правительства, отношение Государственного совета и многих уголовных судов к Постановлению от 9 августа 1974 г. было таково, что обращение заявителя в суд имело бы хорошие шансы на успех; такой иск позволил бы оспорить, опираясь на Конвенцию, как основание для обвинения, так и процедуру наложения наказания.
31. Эта аргументация побуждает mutatis mutandis Суд развить соображения, аналогичные тем, что изложены выше в первом и предпоследнем абзаце п. 29. Гражданский иск не дал бы заявителю реальной возможности изложить свои доводы в суде, который решает вопрос об обоснованности уголовного обвинения. Как было указано делегатами Комиссии, уплата штрафа исключала возможность публичного иска (см. п. 15 выше). Гражданский суд только косвенным путем мог бы рассматривать уголовно-правовую сторону вопроса; Правительство признало это в своем ответе на поставленный Судом вопрос.
c) Процедура пересмотра уголовного дела
32. Следует задаться вопросом, как это было сделано делегатами Комиссии, какое отношение имеет нежелание заявителя рассмотреть дело в уголовно-правовом порядке к целям, преследуемым статьей 26. В любом случае, по крайней мере из буквального толкования статьи 443 и последующих статей Уголовно-процессуального кодекса, относящихся к делу, следует, что они говорят только об окончательном осуждении. Правительство само указало на это, но ему представляется, что в случае со штрафом, который был уплачен в согласительном порядке, на эти нормы можно ссылаться "по аналогии". Однако, как признал представитель Правительства, попытки использовать такую аналогию неизвестны. У Суда нет необходимости высказываться по поводу спорных утверждений на том основании, что речь идет о спорном правовом средстве, которое само бельгийское право считает чрезвычайным; Суд ограничивается установлением того обстоятельства, что Правительство не представило доказательств, которые оно обязано было привести (см. п. 26 выше).
33. Вывод: ни по одному из трех пунктов доводы о неисчерпании внутренних средств правовой защиты не были обоснованными.
B. О просьбе прекратить дело
34. Цитируя Решение по делу Де Бекера от 27 марта 1962 г. (Серия A, т. 4, с. 26, п. 14), Правительство утверждало, что жалоба стала беспредметной в результате отмены Министерского постановления от 9 августа 1974 г. Соответственно, Правительство предложило Суду прекратить дело.
35. Вопрос должен быть рассмотрен Судом на основании статьи 47 Регламента Суда, нынешний текст которого датирован 27 августа 1974 г.
36. Пункт 1 данной статьи не применим к данному делу, т.к. он охватывает только случай прекращения дела по просьбе заявителя, а именно государства, передавшего дело в Суд (см. Решение по делу Кьелдсен, Буск Мадсен и Педерсен от 7 декабря 1976 г. Серия A, т. 23, с. 21, п. 47).
37. Пункт 2 предусматривает, что, "будучи информирован о мировом соглашении или о другом подобном обстоятельстве, ведущем к разрешению спора", Суд может, при условии соблюдения требований п. 3, прекратить дело, подлежащее рассмотрению". Однако не было никакого соглашения - формального или иного - между Правительством и заявителем

"СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ СССР И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКИ О РАЗГРАНИЧЕНИИ РАЙОНОВ ЮРИСДИКЦИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА И ФИНЛЯНДИИ В ОБЛАСТИ РЫБОЛОВСТВА В ФИНСКОМ ЗАЛИВЕ И В СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЙ ЧАСТИ БАЛТИЙСКОГО МОРЯ"(Заключено в г. Москве 25.02.1980)  »
Международное законодательство »
Читайте также