ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 11.02.2003"ДЕЛО "РИНГВОЛЬД (ringvold) ПРОТИВ НОРВЕГИИ" [рус., англ.]


[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
БЫВШАЯ ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "РИНГВОЛЬД (RINGVOLD) ПРОТИВ НОРВЕГИИ"
(Жалоба N 34964/97)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА
(Страсбург, 11 февраля 2003 года)
По делу "Рингвольд против Норвегии" Европейский суд по правам человека (бывшая Третья секция), заседая Палатой в составе:
--------------------------------
<*> Перевод на русский язык Ю. Берестнева, М. Виноградова.
Ж.-П. Коста, Председателя,
В. Фюрмана,
Л. Лукаидеса,
П. Куриса,
Ф. Тюлькенс,
К. Юнгвирта,
Х.С. Грев, судей,
а также при участии С. Долле, Секретаря Секции Суда,
заседая 17 сентября и 21 января 2003 г. за закрытыми дверями,
вынес 21 января 2003 г. следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 34964/97), поданной в Европейскую комиссию по правам человека 5 декабря 1996 г. против Королевства Норвегия норвежским поданным Иваром Рингвольдом (Ivar Ringvold) (далее - заявитель) в соответствии с бывшей статьей 25 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял Нэсс ({Naess}) <*>, адвокат из г. Лиллистрем ({Lillestrom}). Власти Норвегии были представлены Ф. Эльгесемом (F. Elgesem), который являлся Уполномоченным Норвегии при Европейском суде по правам человека до июня 2002 г., когда он ушел из службы Генерального атторнея (по гражданским делам) (Attorney-General"s Office (Civil Matters)). После его ухода власти Норвегии были представлены Х. Харборгом (H. Harborg), сотрудником той же службы.
--------------------------------
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
3. Заявитель утверждал, что решение национального суда по уголовному делу, в котором он был оправдан, выплатить компенсацию потерпевшей нарушало пункт 2 статьи 6 Конвенции.
4. 1 ноября 1998 г., в день вступления в силу Протокола N 11 к Конвенции (пункт 2 статьи 5 Протокола N 11 к Конвенции), жалоба была передана на рассмотрение в Европейский суд.
5. Жалоба была передана на рассмотрение бывшей Третьей секции Европейского суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). В соответствии с пунктом 1 правила 26 в рамках бывшей Третьей секции была создана Палата, которая должна была рассматривать данное дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции).
6. 11 сентября 2001 г. Палата решила, что в интересах правильного осуществления правосудия необходимо рассмотреть настоящее дело совместно с делами "O. против Норвегии" (O. v. Norway), "Хаммерн против Норвегии" (Hammern v. Norway) и "Y. против Норвегии" (Y. v. Norway) (жалобы N 29327/95, N 30287/96 и N 56568/00 (пункт 3 правила 43)).
7. 11 сентября 2001 г. Европейский суд признал жалобу приемлемой для рассмотрения по существу.
8. 1 ноября 2001 г. Европейский суд сменил состав секций (пункт 1 правила 25). Тем не менее, дело осталось в бывшей Третьей секции.
9. 17 сентября 2002 г. во Дворце прав человека в Страсбурге состоялось открытое слушание дела (пункт 2 правила 59 Регламента).
В Европейский суд явились:
a) от властей Норвегии:
Х. Харборг, служба Генерального атторнея (по гражданским делам), Уполномоченный Норвегии при Европейском суде по правам человека,
Ф. Эльгесем, адвокат, представитель/советник,
К. Каллеруд (K. Kallerud), старший прокурор, Генеральная прокуратура,
Е. Хольмедаль (E. Holmedal), атторней, служба Генерального атторнея (по гражданским делам),
Т. Стеен (T. Steen), атторней, служба Генерального атторнея, советники;
b) от заявителя:
С. Нэсс ({S. Naess}), адвокат, представитель.
Европейский суд заслушал выступления Кломсэта ({Klomsaet}) (представитель Y, который затронул общие вопросы, относящиеся как к его делу, так и к делу Рингвольда), Нэсса, Эльгесема и Харборга.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
10. Заявитель родился в 1965 году и проживает в г. Осло.
11. 24 июня 1993 г. заявителя обвинили в соответствии со статьями 192 и 195 Уголовного кодекса (straffeloven) в понуждении к половому сношению несовершеннолетней G., 1979 года рождения, в период с 1986 по 1990 год. По этим статьям его обвиняли в том, что он однажды или несколько раз угрожал избить G., если она будет кричать, и/или, крепко держа ее, вводил пенис в ее половой орган или направлял его по направлению к ее половому органу и/или заставлял ее мастурбировать его пенис. В это время отец G. проживал совместно с матерью заявителя. Рассматриваемые преступления предположительно происходили в доме заявителя, когда девочка приходила к своему отцу.
12. Уголовное дело рассматривалось в Высоком Суде (lagmannsrett) Эйдсиватинга (Eidsivating) с 16 по 18 февраля 1994 г.; рассмотрено было и требование G. о компенсации причиненного ей морального вреда в размере 110000 норвежских крон, заявленное в соответствии со статьями 3 - 5 Закона 1969 года о возмещении вреда (skadeerstatningsloven) и соединенное с уголовным делом в соответствии со статьей 3 Уголовно-процессуального кодекса (straffeprosessloven) 1981 года. В своем Решении от 18 февраля 1994 г. Высокий Суд оправдал заявителя, отметив, что Суд присяжных отрицательно ответило на вопросы о вине подсудимого. Кроме того, Высокий Суд решил отклонить требование G. о возмещении вреда.
13. В соответствии с нормами Гражданско-процессуального кодекса ({tvistemalsloven}) от 1915 г. G. подала в Верховный суд ({Hoyesterett}) апелляцию на отказ Высокого Суда удовлетворить ее требование о компенсации. Верховный суд приказал городскому суду (City Court) провести устные слушания по делу, которые состоялись 26 и 30 июня 1995 г., 18 и 20 октября 1995 г., 20 ноября 1995 г. и 3 января 1996 г., в ходе слушаний дали показания более 20 свидетелей.
14. Во время рассмотрения апелляции Верховным судом адвокат G. ходатайствовал о признании в качестве доказательств документов, представленных в ходе уголовного разбирательства. Среди этих документов были протоколы допроса G. в суде, медицинские свидетельства, письма и показания свидетелей, данные полиции в связи с расследованием уголовного дела. Адвокат заявителя, ссылаясь на пункт 2 статьи 6 Конвенции, возразил против этого ходатайства.
15. Своим Решением от 29 мая 1996 г. Верховный суд разрешил приобщение документов, представленных в уголовном деле, к материалам дела о возмещении вреда. Решение было вынесено по следующим основаниям:
"Заявления, поданные адвокатами сторон, в значительной степени касались пункта 2 статьи 6 Конвенции. Единственный вопрос, который стоит перед Верховным судом, заключается в том, чтобы определить, нарушит ли передача документов уголовного дела для рассмотрения в гражданском деле данную норму Конвенции. Вопрос о значимости данной нормы для вынесения решения по иску о возмещении вреда должен быть рассмотрен в связи с решением по существу апелляционной жалобы.
Использование документов из уголовного дела в качестве доказательства по настоящему делу, на мой взгляд, не противоречит требованиям пункта 2 статьи 6 Конвенции... Передача документов, как таковая, не подразумевает, что оправдание по уголовному делу поставлено под сомнение.
Мотивировка Решения по делу "Шеканина против Австрии" (Sekanina v. Austria), на которую ссылался адвокат ответчика, должна рассматриваться с учетом обстоятельств дела. Вынесение решения не может считаться общим процессуальным препятствием для представления документов уголовного дела для рассмотрения в последующих делах.
Кроме того, мне хотелось бы добавить, что, хотя это, по-моему, не является решающим фактором для вопроса, касающегося пункта 2 статьи 6 Конвенции, обеим сторонам как обычно была предоставлена возможность представлять доказательства в связи со сбором доказательств Верховным судом.
По моему мнению, ходатайство о передаче рассматриваемых документов из уголовного дела должно быть удовлетворено на этих основаниях".
16. Верховный суд рассмотрел дело в соответствии с правилами гражданского процесса. Заслушав стороны и большое количество свидетелей, Верховный суд 5 июня 1996 г. вынес Постановление, в котором в соответствии со статьей 3-5 (1) "b" Закона о возмещении вреда он обязал заявителя выплатить G. 75000 норвежских крон в качестве компенсации морального вреда.
17. Первый голосующий судья, Гьелстад ({Gjolstad}), от имени суда, пришедшего к единогласному мнению, заявила, inter alia:
"Что касается существа дела в данном апелляционном производстве, встают два общих вопроса, а именно: связь с оправданием по уголовному делу (см. пункт 2 статьи 6 Конвенции) и требование доказывания в таких делах.
В соответствии со статьей 29 Уголовно-процессуального кодекса гражданский иск о возмещении вреда может... быть подан в уголовном производстве прокурором или потерпевшей стороной. Данная норма имеет целью облегчить рассмотрение гражданского иска потерпевшего о возмещении вреда, но не исключает возможности вместо этого предъявить данный иск в отдельном гражданском производстве.
В отличие от положений старого Уголовно-процессуального кодекса сейчас осуждение обвиняемого не является одним из условий, необходимых для рассмотрения гражданского иска о возмещении вреда. Таким образом, в принципе, возможно как отклонить, так и поддержать гражданский иск о возмещении вреда независимо от решения об уголовной ответственности. Это основано на том факте, что потерпевший, который не пользуется правами стороны в уголовном деле, не должен терять право на предъявление требования о возмещении вреда в результате оправдания по уголовному делу. Хотя маловероятно, что решение по гражданскому иску о возмещении вреда часто будет идти вразрез с решением об уголовной ответственности, это может случиться по различным причинам. Среди прочих, требования доказывания уголовных и гражданских последствий деяния... отличаются друг от друга.
В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Конвенции обвиняемый в совершении уголовного преступления считается невиновным до тех пор, пока его виновность не будет доказана. Презумпция невиновности применяется даже после оправдания (см. в связи с этим дело "Шеканина против Австрии" и Решение, опубликованное в Norsk Retstidende, 1994, p. 721, в котором рассматривалась значимость презумпции невиновности в деле, касающемся права обвиняемого на компенсацию после оправдания).
Но, по-моему, очевидно, что упомянутая норма не может препятствовать предъявлению потерпевшим иска о возмещении вреда к предполагаемому преступнику, даже если последний был оправдан по уголовному делу; и суд в подобном деле может полагаться на установление факта того, что ответчик действительно совершил деяние, за которое он был оправдан. Даже если предположить, что Конвенция применяется к подобным искам, ее нормы не были нарушены, так как не было выражено какого-либо несогласия или сомнения в отношении решения по уголовному делу. Я не считаю, что урегулирование спора в соответствии с норвежским уголовно-процессуальным законодательством, по которому возможно рассмотрение гражданских исков о возмещении вреда после оправдания, создает какие-либо проблемы применению пункта 2 статьи 6 (Конвенции). Кроме того, в рассматриваемом деле именно Решение Высокого Суда в части о возмещении вреда было главным образом обжаловано в Верховном суде в соответствии с положениями Гражданско-процессуального кодекса".
18. Что касается требования доказывания, судья Гьелстад напомнила, что в соответствии с законодательством о возмещении вреда при доказывании обычно оцениваются все возможности. Но, учитывая, как может обременить ответчика заявление о предосудительном поведении, а также серьезные последствия для его репутации, которые оно может повлечь, требование к убедительности доказательств должно быть строже, чем требование, применяемое при оценке всех возможностей. Тем не менее, данное требование не может быть таким же строгим, как требование, применяемое для установления уголовной ответственности. При делах, подобных рассматриваемому, надо проверить, очевидно ли при оценке всех возможностей, что предполагаемое нарушение было совершено.
19. Рассматривая частные факты апелляции, касающейся возмещения вреда, Верховный суд принял во внимание видеозапись судебного допроса предполагаемой потерпевшей, проведенного во время уголовного разбирательства в Высоком Суде. Верховный суд не разделил мнения Высокого Суда о том, что доказательственная ценность видеозаписи уменьшалась вследствие некоторых опасений относительно того, что звук и изображение не были синхронизированы во время просмотра Высоким Судом. Эти недостатки были устранены во время просмотра Верховным судом. Верховный суд также учел доказательства, взятые им у этой женщины, которые лишь незначительно расходились с ее показаниями на судебном допросе в Высоком Суде. Кроме того, Верховный суд учел свидетельские показания эксперта и врача, лечившего предполагаемую потерпевшую. Учитывая все доказательства в совокупности, судья Гьелстад сочла, что доказательства соответствовали стандарту доказывания, сексуальное домогательство имело место, и при оценке всех возможностей было очевидно, что заявитель являлся правонарушителем. Соответственно, имелось основание для присуждения компенсации согласно статье 3-5 (1) "b" Закона о возмещении вреда. Однако судья Гьелстад особо отметила, что данное решение было принято независимо от решения по уголовному делу и не оспаривало оправдания. Наконец, относительно размера компенсации судья отметила, inter alia, что при оценке размера она основывалась на том факте, что несколько правонарушений имели место, и что, даже если невозможно было точно установить тяжесть правонарушений, данный факт касался серьезных нарушений с применением силы и угроз, в результате которых G. был причинен вред.
II. Применимое национальное законодательство
и правоприменительная практика
20. В соответствии с уголовным правом Норвегии уголовная ответственность наступает при наличии четырех основных условий:
1) обвиняемый совершил запрещенное действие или бездействие (actus reus), которое нарушило положение Уголовного кодекса или специальную уголовно-правовую норму, действовавшие во время совершения деяния;
2) не имелось обстоятельств, освобождающих от ответственности (например, необходимая оборона);
3) в действиях обвиняемого имелся умысел (mens rea), если иное не установлено в соответствующих уголовно-правовых нормах; и
4) обвиняемый во время совершения правонарушения находился в здравом уме.
21. Как правило, сторона обвинения должна доказывать эти четыре элемента, пока не исчезнут основания для разумных сомнений. Любое разумное сомнение должно толковаться в пользу подсудимого (in dubio pro reo).
22. В норвежской системе присяжных заседателей при оправдании обвиняемого суд

"СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЕВРОПЕЙСКИМ КОСМИЧЕСКИМ АГЕНТСТВОМ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ И ПАРТНЕРСТВЕ В ИССЛЕДОВАНИИ И ИСПОЛЬЗОВАНИИ КОСМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА В МИРНЫХ ЦЕЛЯХ" [рус., англ.](Вместе с "ПРАВАМИ НА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНУЮ СОБСТВЕННОСТЬ")(Заключено в г. Париже 11.02.2003)  »
Международное законодательство »
Читайте также