ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 24.02.2005"ДЕЛО "ПЕТРУШКО (petrushko) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" [рус., англ.]


[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ПЕТРУШКО (PETRUSHKO) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба N 36494/02)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА
(Страсбург, 24 февраля 2005 года)
--------------------------------
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу "Петрушко против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера,
Э. Штейнер,
Х. Гаджиева,
Д. Шпильманна,
С.Э. Йебенса, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая 1 февраля 2005 г. за закрытыми дверями,
принял следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 36494/02), поданной 6 сентября 2002 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданкой России Валентиной Васильевной Петрушко (далее - заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
3. 13 мая 2003 г. Европейский суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
4. Заявитель - 1965 года рождения, проживает в г. Новочеркасск Ростовской области.
5. В 2001 году заявитель обратилась в Ленинский районный суд г. Ростов-на-Дону с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации о возмещении вреда в связи с потерей кормильца - ее мужа, погибшего во время несения военной службы в Чечне.
6. 7 июня 2001 г. своим Решением Ленинский районный суд г. Ростов-на-Дону удовлетворил иск заявителя. Суд присудил ей единовременную выплату в размере 71851 рубля 50 копеек и ежемесячные выплаты в размере 1710 рублей 75 копеек с последующей индексацией пропорционально увеличению минимального размера оплаты труда в Российской Федерации. Ежемесячные выплаты в пользу заявителя не производились.
7. В 2002 году заявитель обратилась с новым иском в Ленинский районный суд г. Ростов-на-Дону об увеличении размера полагающихся ей ежемесячных выплат.
8. 27 сентября 2002 г. Ленинский районный суд г. Ростов-на-Дону удовлетворил иск заявителя. Суд произвел перерасчет полагающихся заявителю выплат, увеличив их до 3849 рублей начиная с 1 января 2002 г. Суд присудил заявителю сумму не произведенных в ее пользу выплат в размере 88916 рублей 16 копеек за период с 1 января по 1 октября 2002 г.
9. 9 октября 2002 г. заявителю был выдан исполнительный лист, который она направила для осуществления выплат в Министерство финансов Российской Федерации.
10. 17 июня 2003 г., после того как дело было коммуницировано властям Российской Федерации, заявителю была выплачена сумма в размере 30793 рублей 44 копеек, а 19 июня 2003 г. - 88916 рублей.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции
11. Заявитель жаловалась на то, что длительное неисполнение судебных решений от 7 июня 2001 г. и 27 сентября 2002 г. нарушило ее право на обращение в суд, гарантируемое пунктом 1 статьи 6 Конвенции, и ее право на беспрепятственное пользование своим имуществом, гарантируемое статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. В части, применимой в настоящем деле, указанные статьи гласят:
Статья 6
"Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела... судом...".
Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов".
A. Приемлемость жалобы
12. Власти Российской Федерации утверждали, что жалоба является неприемлемой, поскольку заявитель более не является жертвой по смыслу Конвенции. Они заявили, что Судебное решение, вынесенное в пользу заявителя, исполнено. Они утверждали, что, таким образом, права заявителя были восстановлены на национальном уровне и жалоба является неприемлемой. В качестве альтернативы власти Российской Федерации утверждали о том, что заявитель не исчерпала внутренних средств правовой защиты. Они утверждали, что заявитель должна была обратиться за исполнением в службу судебных приставов, после того как Министерство финансов Российской Федерации не выплатило денежные суммы в соответствии с исполнительным листом.
13. Заявитель не согласилась с тем, что она более не является жертвой нарушения ее прав ввиду того факта, что полагающаяся ей денежная сумма была выплачена. Она утверждала, что ежемесячные выплаты не производились в ее пользу в течение двух лет по причине неисполнения властями Судебного решения, вынесенного в ее пользу, и применительно к этому факту власти не признали нарушение ее прав, не устранили нарушение. Она также не согласилась с возражением относительно неисчерпания внутренних средств правовой защиты, выдвигаемым властями Российской Федерации, поскольку заявитель действовала в соответствии с законодательством Российской Федерации, представив исполнительный лист в Министерство финансов Российской Федерации.
14. Прежде всего Европейский суд напомнил, что "решение или меры в пользу заявителя не являются в принципе достаточными для того, чтобы он перестал быть "жертвой", за исключением случаев, в которых национальные власти в прямой форме или фактически признали нарушение положений Конвенции и устранили его последствия" (см. Постановление Европейского суда по делу "Амюур против Франции" (Amuur v. France) от 25 июня 1996 г., Reports 1996-III, p. 846, § 36; Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Далбан против Румынии" (Dalban v. Romania), жалоба N 28114/95, ECHR 1999-VI, § 44; и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Ротару против Румынии" (Rotaru v. Romania), жалоба N 28341/95, ECHR 2000-V, § 35). Субсидиарная природа контрольного механизма Конвенции препятствует рассмотрению жалобы только тогда, когда эти условия соблюдены (см., например, Решение Европейского суда по делу "Йенсен и Расмуссен против Дании" (Jensen and Rasmussen v. Denmark) от 20 марта 2003 г., жалоба N 52620/99).
15. В настоящем деле после одного года неисполнения властями Судебного решения о производстве ежемесячных выплат в пользу заявителя она сама успешно подала новый иск, требуя увеличить размер и произвести ретроспективно выплаты в ее пользу. Данное Судебное решение, если бы оно было надлежащим образом исполнено, представляло бы собой средство правовой защиты в отношении неисполнения государством предыдущего Судебного решения. Однако новое Судебное решение не исполнялось в течение 10 месяцев до тех пор, пока дело не было коммуницировано Европейским судом властям Российской Федерации. Европейский суд установил, что ни власти Российской Федерации, ни органы власти не признали, что права заявителя, гарантируемые Конвенцией, были существенно ограничены ввиду неисполнения судебных решений в ее пользу. Более того, за задержку исполнения Судебного решения заявителю не была предоставлена компенсация, как того требует прецедентное право Европейского суда.
16. Таким образом, Европейский суд согласился с заявителем, что сам факт того, что власти выполнили Судебное решение после значительной задержки, не может автоматически рассматриваться в настоящем деле как лишающий заявителя статуса жертвы по смыслу Конвенции. Соответственно, Европейский суд отклонил возражения властей Российской Федерации об утрате заявителем статуса жертвы.
17. Относительно предположительного неисчерпания внутренних средств правовой защиты Европейский суд напомнил, что пункт 1 статьи 35 Конвенции, устанавливающий требование об исчерпании внутренних средств правовой защиты, предусматривает распределение бремени доказывания. Власти государства-ответчика, утверждая о неисчерпании внутренних средств правовой защиты, должны убедить Европейский суд в том, что данное средство правовой защиты эффективно и доступно как теоретически, так и на практике на момент рассматриваемых событий, то есть оно было доступно и являлось таковым, что могло устранить предмет жалобы заявителя и иметь разумные шансы на успех (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Сельмуни против Франции" (Selmouni v. France), жалоба N 25803/94, ECHR 1999-V, § 76, и Решение Европейского суда по делу "Мифсуд против Франции" (Mifsud v. France), жалоба N 57220/00, ECHR 2002-VIII, § 15). Далее Европейский суд напомнил, что внутренние средства правовой защиты должны быть эффективными в том смысле, что должны предотвращать предполагаемое нарушение или его прекращать, равно как и предоставлять адекватную компенсацию за уже произошедшее нарушение (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Кудла против Польши" ({Kudla} <*> v. Poland), жалоба N 30210/96, ECHR 2000-XI, § 158).
--------------------------------
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
18. Возвращаясь к настоящему делу, необходимо отметить, что не оспаривался факт того, что Министерство финансов Российской Федерации должно было производить выплаты во исполнение Судебного решения от имени государства. Европейский суд напомнил, что от лица, имеющего подлежащее исполнению судебное решение против государства по результатам судебного разбирательства, нельзя требовать обращаться к исполнительному производству в целях его исполнения (см. Постановление Европейского суда по делу "Метаксас против Греции" (Metaxas v. Greece) от 27 мая 2004 г., жалоба N 8415/02, § 19). Европейский суд счел, что как только Судебное решение было передано на исполнение в компетентный государственный орган, обращение заявителя в другой государственный орган для обеспечения исполнения этого Судебного решения не должно быть необходимым в принципе. Европейский суд счел, что в настоящем деле обращение в службу судебных приставов привело бы к тому же результату, и нет оснований утверждать, что такое обращение представляло бы собой эффективное средство правовой защиты в отношении неисполнения Судебного решения (см., для сравнения, Решение Европейского суда по делу "Яворивская против Российской Федерации" (Yavorivskaya v. Russia) от 15 мая 2004 г., жалоба N 34687/02, и Решение Европейского суда по делу "Яшуниене против Литвы" ({Jasiuniene} v. Lithuania) от 24 октября 2000 г., жалоба N 41510/98).
19. Таким образом, Европейский суд не счел, что заявитель должна была исчерпать внутренние средства правовой защиты посредством обращения в службу судебных приставов в целях исчерпания внутренних средств правовой защиты.
20. Европейский суд отметил, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее Европейский суд подчеркнул, что не является она неприемлемой и по иным основаниям. Таким образом, жалоба должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо жалобы
21. Власти Российской Федерации утверждали, что ввиду факта исполнения Судебного решения, вынесенного в пользу заявителя, нарушение прав заявителя, гарантируемых Конвенцией, в настоящем деле отсутствует.
22. Заявитель подтвердила свои доводы.
Пункт 1 статьи 6 Конвенции
23. Европейский суд напомнил, что пункт 1 статьи 6 Конвенции гарантирует право на подачу иска по вопросу определения гражданских прав и обязанностей на рассмотрение в суд. Таким образом, он гарантирует право на обращение в суд, в рамках которого одним из аспектов является право на доступ к правосудию, то есть право инициировать судебное разбирательство в суде по гражданским вопросам. Однако это право было бы иллюзорным, если бы национальные правовые системы Высоких Договаривающихся Сторон допускали, чтобы окончательное подлежащее исполнению Судебное решение оставалось неисполненным в ущерб одной из сторон. Было бы невообразимо, чтобы пункт 1 статьи 6 Конвенции подробно описывал процессуальные гарантии, предоставляемые сторонам судопроизводства, - которое должно быть справедливым, публичным и не должно затягиваться, - не предоставляя гарантии исполнения судебных решений. Толкование статьи 6 Конвенции как предоставление исключительно права на обращение в суд и проведение судебного разбирательства, по всей видимости, приведет к ситуации, несовместимой с принципом верховенства права, который Высокие Договаривающиеся Стороны обязались соблюдать при ратификации Конвенции. Таким образом, исполнение судебного решения должно рассматриваться как составляющая часть "судебного разбирательства" по смыслу статьи 6 Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Бурдов против России" (Burdov v. Russia), жалоба N 59498/00, ECHR 2002-III, § 34, и Постановление Европейского суда по делу "Хорнсби против Греции" (Hornsby v. Greece) от 19 марта 1997 г., Reports 1997-II, p. 510, § 40).
24. Далее Европейский суд отметил, что та или иная задержка исполнения судебного решения при определенных обстоятельствах может быть оправдана, но задержка не может быть такой, чтобы нарушала саму суть права, гарантируемого пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Финансовые трудности, испытываемые государством, не должны были препятствовать заявителю получить причитающиеся ей денежные суммы, присужденные в результате судебного разбирательства (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Бурдов против России", § 35).
25. Возвращаясь к настоящему делу, Европейский суд отметил, что Судебное решение от 7 июня 2001 г. не исполнялось в течение примерно двух лет, в том числе примерно один год после вынесения Решения 27 сентября 2002 г. об устранении нарушения в виде неисполнения первого Судебного решения. Власти Российской Федерации не привели обоснования такой задержке. Не приняв в течение такого значительного периода времени необходимых мер для исполнения вступивших в законную силу судебных решений по настоящему делу, власти Российской Федерации лишили положения пункта 1 статьи 6 Конвенции их полезной сущности в настоящем деле.
26. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции
27. Европейский суд напомнил, что "требование"

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН от 10.01.1997 n 18-ФЗ"О РАТИФИКАЦИИ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЕВРОПЕЙСКИМ КОСМИЧЕСКИМ АГЕНТСТВОМ ОБ УЧРЕЖДЕНИИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПОСТОЯННОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА ЕВРОПЕЙСКОГО КОСМИЧЕСКОГО АГЕНТСТВА И ЕГО СТАТУСЕ И ПРОТОКОЛА К СОГЛАШЕНИЮ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЕВРОПЕЙСКИМ КОСМИЧЕСКИМ АГЕНТСТВОМ ОБ УЧРЕЖДЕНИИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПОСТОЯННОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА ЕВРОПЕЙСКОГО КОСМИЧЕСКОГО АГЕНТСТВА И ЕГО СТАТУСЕ"(принят ГД ФС РФ 20.12.1996)  »
Международное законодательство »
Читайте также