РЕШЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 27.01.2005"ПО ВОПРОСУ ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ n 75386/01 "ПАВЕЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ КСЕНЗОВ (pavel aleksandrovich ksenzov) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" [рус., англ.]


[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
РЕШЕНИЕ
ПО ВОПРОСУ ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ N 75386/01
"ПАВЕЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ КСЕНЗОВ (PAVEL ALEKSANDROVICH KSENZOV)
ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Страсбург, 27 января 2005 года)
--------------------------------
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая 27 января 2005 г. Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Л. Лукайдеса,
Ф. Тюлькенс,
П. Лоренсена,
Н. Ваич,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
принимая во внимание вышеуказанную жалобу, поданную 7 июля 2001 г.,
принимая во внимание доводы, представленные властями Российской Федерации, и возражения на них, представленные заявителем,
заседая за закрытыми дверями,
вынес следующее Решение:
ФАКТЫ
Заявитель, Павел Александрович Ксензов - гражданин России, 1980 года рождения, проживает в г. Ростов-на-Дону. В Европейском суде его интересы представлял юрист из г. Ростов-на-Дону К. Краковский. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
A. Обстоятельства дела
1. Предполагаемое жестокое обращение с заявителем
9 февраля 2000 г. заявитель был задержан по подозрению в совершении убийства двух несовершеннолетних лиц и доставлен в Первомайский районный отдел внутренних дел г. Ростов-на-Дону.
По утверждению заявителя, в отделении милиции его избили. В частности, он заявил, что его били дубинкой и деревянным молотком, а затем - по голове пластиковой бутылкой, наполненной водой, в то время как он был в наручниках и прикован к трубе.
По утверждениям заявителя, 20 февраля 2000 г. его вывели из камеры и доставили к сотруднику прокуратуры, который бил его стулом по голове, раздел донага и пытал электрическим током, чтобы добиться от него признания в совершении убийства.
3 марта 2000 г. заявитель направил письмо своей матери, в котором он указал, что в день его задержания сотрудники милиции его "забили почти до смерти".
19 апреля 2000 г. мать заявителя передала ему некоторые медикаменты, предположительно, для лечения печени и почек.
26 июля 2000 г. в судебном заседании по уголовному делу в отношении заявителя он признал себя виновным в участии в ограблении и в убийстве, но не согласился с тем, что он являлся их организатором. В связи с этим он отказался от части признания, сделанного им на допросах во время следствия. Он утверждал, что дал такие показания под давлением. Ростовский областной суд вызвал и допросил следователя Тисковского, который подтвердил, что во время расследования "состояние здоровья заявителя было нормальным" и что "он не получал жалоб о жестоком обращении с ним со стороны сотрудников милиции". Суд установил, что "заявление [Ксензова] о том, что после задержания его били сотрудники милиции, необоснованно", признал, что данное заявление не противоречит другим доказательствам, и напомнил, что заявитель менял показания относительно своей роли в организованной группе на протяжении всего судебного разбирательства. На этих основаниях суд принял оспариваемое заявление как отягчающее обстоятельство в обвинении, предъявленном заявителю.
10 января 2001 г. судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации рассмотрела кассационную жалобу заявителя, которая была основана, в частности, на его утверждении о том, что его заявление, предположительно, сделанное под принуждением, было неверно допущено как доказательство. Суд кассационной инстанции установил, что суд первой инстанции проявил достаточное усердие при рассмотрении возражений заявителя и правильно допустил оспариваемое доказательство, приняв во внимание, что утверждения о жестоком обращении были полностью необоснованными.
После того как жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации, жалобы заявителя на жестокое обращение, очевидно, были доведены до сведения компетентных государственных органов. Последние, в свою очередь, допросили лиц, которые могли дать показания о произошедших событиях.
В связи с этим 4 и 6 июня 2003 г. письменные показания были взяты у З. и М., бывших сокамерников заявителя, содержавшихся в камере N 113 следственного изолятора ИЗ-61/1. Они показали, что ни физическая сила, ни иное давление не применялись к заявителю, равно как и к другим задержанным.
9 июня 2003 г. прокуратурой Первомайского района г. Ростов-на-Дону была проведен проверка. Были допрошены следователь, назначенный заявителю адвокат, который присутствовал при его допросах, и сотрудники Первомайского РОВД, производившие задержание заявителя. Все они отрицали, что в отношении заявителя имело место жестокое обращение и что признание заявителя было сделано под давлением. Они утверждали, что в рассматриваемое время у заявителя не было травм и он не жаловался на жестокое обращение.
11 июня 2003 г. прокуратура пришла к выводу, что доказательств в подтверждение утверждений заявителя не установлено, и отказала в возбуждении уголовного дела по факту предположительного жестокого обращения. Она сослалась на показания следователя, адвоката и сотрудников милиции. Помимо этого, она указала, что существующая система контроля безопасности не позволила бы сотрудникам милиции принести с собой в комнаты для допроса предметы, предположительно, использовавшиеся для пыток, и отметила, что мебель в комнатах для допроса прикручена к полу.
2. Условия содержания под стражей
С 18 февраля по 21 октября 2000 г. заявитель содержался в следственном изоляторе ИЗ-61/1 (тогда назывался ИЗ 59/1) в г. Ростов-на-Дону. Изначально он находился в камере N 113.
После вынесения приговора 26 июля 2000 г. заявителя перевели в камеру N 88 - специальную камеру для лиц, приговоренных к пожизненному лишению свободы. Некоторое время он содержался один, но затем в эту камеру было помещено еще одно лицо.
Заявитель представил следующее описание условий его камеры. Это была одноместная камера площадью 2,5 на 2 метра, высотой 2,3 метра; дневной свет в нее не проникал; 60-ваттная лампочка освещения была закрыта двумя листами металла с отверстиями в нем, так что в камере всегда было темно, что делало невозможным читать и писать. Бетонный пол был залит водой, на стенах и потолке была грибковая плесень; вентиляция отсутствовала; воздух был спертый и затхлый; камера была грязной и кишела тараканами, паразитами и мышами. Получение воды было ограничено, поскольку кран включался сотрудником учреждения извне камеры; туалет был всегда забит нечистотами.
Власти Российской Федерации утверждали, что в камере N 88 было окно, туалет и умывальная раковина; температура и влажность в камере поддерживались в соответствии с требованиями санитарных стандартов; у заявителя была постель, и ему были выданы постельные принадлежности.
24 августа 2000 г. мать заявителя подала жалобу в прокуратуру на то, что в камере заявителя не было дневного света и что в ней было сыро.
25 августа 2000 г. адвокат заявителя направил жалобу в администрацию учреждения, утверждая, что заявителя не должны были перевести в одиночную камеру.
28 августа 2000 г. мать заявителя направила письменную жалобу главному прокурору Ростовской области, надзирающему за местами лишения свободы <*>, утверждая, inter alia, о том, что камера заявителя была сырой.
--------------------------------
<*> Так в тексте.
30 августа 2000 г. главный надзирающий прокурор за местами лишения свободы Ростовской областной прокуратуры <*> проинформировал мать заявителя о том, что после подачи ею жалоб была проведена проверка условий содержания заявителя под стражей. Он сообщил, что условия в камере "в целом соответствовали санитарным требованиям, хотя лица, содержащиеся под стражей, спали по очереди ввиду нехватки спальных мест".
--------------------------------
<*> Так в тексте.
6 сентября 2000 г. начальник следственного изолятора проинформировал адвоката заявителя в ответ на его жалобу от 25 августа 2000 г. о том, что заявитель содержался в камере, рассчитанной на меньшее количество лиц, в соответствии с законодательством и по его собственному требованию.
9 сентября 2000 г. мать и адвокат заявителя подали жалобу в Кировский районный суд г. Ростов-на-Дону на администрацию следственного изолятора ИЗ-61/1. В частности, они указывали на плохие условия содержания под стражей: недостаточность света, повышенную влажность, отсутствие вентиляции, ограниченные получение воды и доступ в туалет.
21 октября 2000 г. заявитель на основании своих жалоб на плохие условия в камере N 88 был переведен в следственный изолятор ИЗ-61/3 (тогда именовался УЧ-398/Т) в г. Новочеркасск, в котором он оставался до 6 декабря 2000 г. Он содержался в одиночных камерах N 19 и 20.
Заявитель утверждал, что в этих камерах было холодно; ему не позволяли иметь при себе одеяло или теплую одежду, и, таким образом, ему приходилось спать на незастеленной металлической кровати. В туалете стояла сточная вода, а доступ к водяному крану был ограничен.
Власти Российской Федерации утверждали, что в камере заявителя были нормальный сток воды и снабжение водой, а освещенность и температура воздуха соответствовали требованиям санитарных стандартов. Заявителю были предоставлены одежда и постельные принадлежности.
1 ноября 2000 г. мать заявителя подала жалобу в прокуратуру Ростовской области, которая включала в себя жалобу на плохие условия в следственном изоляторе ИЗ-61/3. В частности, она жаловалась на то, что заявителя поместили в одиночную камеру с ограниченной подачей воды; она потребовала, чтобы заявителю передали теплую одежду и одеяло.
С 9 декабря 2000 г. по 18 февраля 2001 г. заявитель содержался в следственном изоляторе СИЗО-2 (ИЗ-77/2) г. Москвы. Как представляется, впоследствии он был переведен в следственный изолятор ИЗ-61/1.
2 марта 2001 г. Кировский районный суд г. Ростов-на-Дону прекратил рассмотрение дела против администрации следственного изолятора, поскольку стороны дважды не явились на судебное заседание.
15 марта 2001 г. заявитель был переведен из следственного изолятора ИЗ-61/1 в другое исправительное учреждение для отбывания наказания.
14 февраля 2002 г. Кировский районный суд г. Ростов-на-Дону удовлетворил ходатайство адвоката заявителя, поскольку он не был надлежащим образом вызван повесткой для участия в судебных заседаниях, и пересмотрел свое Решение от 2 марта 2001 г.
12 марта 2002 г. мать заявителя подала ходатайство о прекращении рассмотрения жалобы против администрации следственного изолятора, поскольку ходатайство было подано адвокатом заявителя без согласия заявителя и ее самой.
3 апреля 2002 г. Кировский районный суд г. Ростов-на-Дону решил прекратить рассмотрение дела по иску к администрации следственного изолятора, поскольку истец дважды не явился на судебное заседание. Суд также принял во внимание заявление матери заявителя о прекращении судебного разбирательства. Это Решение не было обжаловано.
4 июня 2003 г., после того как жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации, предположительно, в ответ на их запрос о прояснении некоторых фактов, заявитель дал письменное объяснение в Управление исполнения наказаний Министерства юстиции по Ростовской области относительно условий его предварительного заключения. Он написал, что условия его содержания под стражей в следственных изоляторах ИЗ-61/1, ИЗ-61/3 и СИЗО-2 были удовлетворительными. А.П. Ксензов указал, что у него не было жалоб относительно условий его предварительного заключения и что это его адвокат написал жалобу в Европейский суд.
3. Разбирательство по уголовному делу
Разбирательство по уголовному делу в отношении заявителя началось 9 февраля 2000 г.
20 февраля 2000 г. заявитель подписал признание о том, что он убил двух несовершеннолетних лиц.
26 июля 2000 г. Ростовский областной суд признал заявителя виновным в совершении ограбления и убийства при отягчающих обстоятельствах и приговорил его к пожизненному лишению свободы.
9 сентября 2000 г. мать и адвокат заявителя подали иск в Кировский районный суд г. Ростов-на-Дону против администрации следственного изолятора ИЗ-61/1. Они утверждали, inter alia, что заявитель содержался в наручниках каждый раз, когда они его посещали в следственном изоляторе, что мешало ему читать материалы дела, делать заметки и писать жалобы. Адвокат А.П. Ксензова также жаловался на то, что несколько раз администрация следственного изолятора препятствовала переписке между ним и заявителем, что мешало осуществлению права заявителя защищать себя в ходе разбирательства по уголовному делу. Данное судебное разбирательство было вскоре прекращено ввиду отказа заявителя от иска, как указано выше в разделе 2 ("Условия содержания под стражей").
10 января 2001 г. судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации, рассмотрев дело в кассационной инстанции, оставила без изменения приговор по существу, но уменьшила срок лишения свободы до 20 лет.
11 июня 2003 г., после того как жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации, предположительно, в ответ на их запрос о прояснении некоторых фактов заявитель дал письменное объяснение в Управление исполнения наказаний Министерства юстиции Российской Федерации по Ростовской области. Он утверждал, что не был в наручниках во время его встреч с его адвокатом в период с октября по декабрь 2000 года. Относительно других периодов времени он не представил комментариев.
4. Газетная публикация
15 февраля 2000 г. в областной газете "Вечерний Ростов" была опубликована статья, основанная на интервью прокурора Первомайского района г. Ростов-на-Дону. Статья была озаглавлена "Три извращенца оценили жизни детей в 8000 рублей". Статья сопровождалась фотографией прокурора и фотоснимками размером, необходимым для паспорта, заявителя и его сообвиняемых. В статье делалась ссылка на мнение прокурора по данному вопросу и содержалось, inter alia, следующее заявление:
"Оперативные работники милиции обычно не любят задавать вопросы, касающиеся морали: раз человек совершил преступление, он сделал свой выбор, с ним все ясно. Но на сей раз вопрос "Зачем же девчонок было убивать?!" был все же задан. Ведь по цинизму и бесчеловечности преступление выделяется из ряда "обыкновенных" убийств. И обращен был вопрос к одному из убийц (как теперь известно, организатору преступления), 20-летнему Павлу Ксензову. "Меня узнала [одна из жертв], и нам пришлось сделать это", - ответил Ксензов...
С его высказыванием не согласны работники прокуратуры Первомайского района.

"СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВОМ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРЕДПРИЯТИЙ, УЧРЕЖДЕНИЙ И ОРГАНИЗАЦИЙ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО ТРАНСПОРТА"(Вместе с "ПОРЯДКОМ ПРИМЕНЕНИЯ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ ТАРИФОВ ПРИ ПЕРЕВОЗКАХ ПАССАЖИРОВ И ГРУЗОВ ПО УЧАСТКАМ ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГ, ОТНОСЯЩИМСЯ К СФЕРЕ ДЕЙСТВИЯ НАСТОЯЩЕГО СОГЛАШЕНИЯ")(Заключено в г. Москве 18.10.1996)  »
Международное законодательство »
Читайте также