ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 23.04.1996"РЕМЛИ (remli) ПРОТИВ ФРАНЦИИ" [рус. (извлечение), англ.]


[неофициальный перевод]
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
РЕМЛИ (REMLI) ПРОТИВ ФРАНЦИИ
(Страсбург, 23 апреля 1996 года)
(Извлечение)
КРАТКОЕ НЕОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ДЕЛА
A. Основные факты
16 апреля 1985 г. заявитель - француз алжирского происхождения и другой заключенный - алжирский гражданин попытались совершить побег из французской тюрьмы Лион-Монлюк, оглушив одного из охранников, который впоследствии скончался от полученных ударов.
Оба заключенных были обвинены в преднамеренном убийстве и в попытке побега, и 12 августа 1988 г. их дело было передано в суд ассизов Роны. Процесс проходил с 12 по 14 апреля 1989 г.
13 апреля адвокаты заявителя обратились к суду с просьбой официально зафиксировать высказывание расистского толка, сделанное перед началом процесса одним из членов жюри. Это замечание было услышано лицом, не связанным с делом (г-жой М.). Адвокаты просили также приобщить к делу письменное заявление об этом с ее подписью. В тот же день суд отказал в первой просьбе, но распорядился о приобщении письменного заявления к делу.
14 апреля суд ассизов приговорил заявителя к пожизненному тюремному заключению. Он подал кассационную жалобу, где ссылался, в частности, и на нарушение статьи 6 п. 1 Европейской конвенции о защите прав человека в связи с отказом суда ассизов зафиксировать вышеупомянутое высказывание в материалах дела. 22 ноября 1989 г. Кассационный суд отклонил его жалобу.
B. Разбирательство в Комиссии по правам человека
В жалобе, поданной в Комиссию 16 мая 1990 г., заявитель утверждал, что суд, рассматривавший его дело, не был беспристрастным, а также имела место дискриминация, что явилось нарушением статьи 6 п. 1, а также этой статьи в сочетании со статьей 14. 12 апреля 1994 г. Комиссия объявила приемлемой к рассмотрению только жалобу, основанную на статье 6 п. 1. Комиссия не сочла необходимым рассмотреть отдельно жалобу, основанную на статье 14 Конвенции в сочетании со статьей 6 п. 1.
В своем докладе от 30 ноября 1994 г. Комиссия установила факты и пришла к выводу, что нарушение статьи 6 п. 1 имело место (семью голосами против четырех).
18 января 1995 г. Комиссия передала дело в Суд.
ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ
ВОПРОСЫ ПРАВА
I. О предполагаемом нарушении статьи 6 Конвенции
28. Заявитель утверждает, что пострадал в результате нарушения статьи 6 п. 1 Конвенции, которая гласит:
"Каждый человек имеет право... при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, на... разбирательство дела... независимым и беспристрастным судом... "
A. Предварительные возражения Правительства
29. Как и ранее в Комиссии, Правительство выдвигает два возражения против приемлемости жалобы.
1. Неисчерпание внутренних правовых средств
a) Относительно жалобы, основанной на статье 6 Конвенции
30. По мнению Правительства, внутренние правовые средства не были исчерпаны: ходатайство о передаче суду ассизов документа, представленного г-ном Ремли, не имело отношения к обстоятельствам дела, и более того, он сам не требовал от суда, если имел основания для правомерного подозрения, провести расследование или отказаться от рассмотрения дела в подобном составе.
Суд ассизов Роны не мог судить о фактах, которые, даже если они и имели место, происходили вне зала суда. Не настаивая на проведении расследования по этим фактам, истец лишал себя средства правовой защиты, которое могло бы предотвратить предполагаемое нарушение. Действительно, если бы данный факт был подтвержден в ходе слушания, то суд мог бы заменить члена жюри, о котором шла речь. Если бы суд ассизов отказался удовлетворить ходатайство о таком расследовании, г-н Ремли мог бы подать в уголовную палату Кассационного суда жалобу с требованием, чтобы в связи с правомерно возникшими подозрениями суд ассизов отказался от рассмотрения дела. Такая процедура возможна, если речь идет о суде в целом, а не об одном или нескольких членах коллегиального судебного органа, подозреваемых в пристрастности. Поскольку в данном деле член жюри, о котором шла речь, не был отозван, это могло отразиться на беспристрастности суда в целом, и на основании статьи 662 Уголовно-процессуального кодекса Кассационный суд мог бы принять соответствующее решение.
31. По мнению заявителя, суд ассизов должен был распорядиться ex officio о проведении расследования, если он счел недостаточно доказательным письменное заявление г-жи М. Впрочем, требование о проведении расследования не может, по мнению заявителя, считаться средством правовой защиты в смысле статьи 26 Конвенции. Что касается ходатайства от отказа суда на основании имеющихся подозрений от рассмотрения дела, то оно имеет чрезвычайный характер и может быть направлено только против всего состава суда, а не одного члена жюри. И, поскольку такое ходатайство не имеет отлагательного действия, суд ассизов продолжал бы заседать в любом случае, независимо от последствий.
32. Комиссия согласна с последним доводом.
33. Суд напоминает, что конечная цель статьи 26 - дача государствам - участникам возможности предотвратить или исправить нарушения, в которых их обвиняют, до того, как произойдет обжалование в органы Конвенции (см., например, Решение по делу Хентриха от 22 сентября 1994 г. Серия A, т. 296-A, с. 18, п. 33). Так, жалоба, которую истец намеревается подать в Комиссию, должна быть рассмотрена хотя бы в основных чертах соответствующими национальными судебными органами в форме и в сроки, предусмотренные внутренним законодательством. Тем не менее исчерпанными должны считаться только реальные средства правовой защиты, с помощью которых можно было исправить совершенные нарушения (см. помимо проч. Решение по делу "Прессос Компания Навьера А.О." и другие от 20 ноября 1995 г. Серия A, т. 332, с. 19, п. 27).
34. В данном случае требование официальной оценки судом ассизов упомянутого высказывания являлось одним из предварительных шагов для дальнейших обращений в Кассационный суд, так как Кассационный суд не может рассматривать жалобы, по которым суд ассизов не принимал никаких решений и которые не зафиксированы в его судебных протоколах. Конечно, суд ассизов был вправе отказаться от оценки фактов, которые имели место за пределами суда, но он полномочен распорядиться о проведении соответствующего расследования (см. п. 21 выше). Учитывая эти обстоятельства, а также то, что заявитель представил суду письменное свидетельство г-жи М., Суд считает, что тем самым он дал суду ассизов возможность последующих действий и это являлось реальным средством правовой защиты.
Жалоба с требованием отказа суда от рассмотрения дела в связи с правомерно возникшим подозрением может иметь своим предметом только весь состав суда в целом.
Когда встает вопрос о пристрастности определенного члена суда, возможна процедура отвода. Однако если речь идет об ассизах, то отвод может осуществляться лишь в момент отбора по жребию членов жюри, поэтому в данном случае к ней нельзя было прибегнуть.
Следовательно, возражение надлежит отклонить.
b) О жалобе на основании статьи 14 Конвенции в сочетании со статьей 6
35. Правительство утверждает, что г-н Ремли не обращался в национальные суды с жалобой на дискриминацию, основанную на расе или этническом происхождении. То есть на статью 14 заявитель впервые сослался в органах Конвенции.
36. По словам заявителя, на нарушение статьи 14 он может ссылаться в органах Конвенции в той степени, в которой это возможно на основе решения Кассационного суда.
37. В своем решении о приемлемости Комиссия пришла к выводу, что эта жалоба поглощена жалобой на основании статьи 6 п. 1 и, следовательно, нет необходимости рассматривать их по отдельности.
38. Учитывая цель требования об исчерпании внутренних средств правовой защиты (см. п. 33 выше), Суд принимает возражение Правительства в отношении статьи 14 в сочетании со статьей 6 (см. п. 53 ниже).
2. Об опоздании с подачей жалобы
39. Правительство основывается также, причем в качестве вспомогательного довода, на опоздании в подаче жалобы. Решение от 22 ноября 1989 г. об отклонении кассационной жалобы не является окончательным решением внутреннего судебного органа, от которого начинается отсчет шестимесячного срока для обращения в Комиссию. Кассационный суд рассматривает вопросы права, но не факта, и поэтому он считал, что суд ассизов сам должен определить свое отношение к фактам, о которых идет речь. Следовательно, данный срок начинает течь с 14 апреля 1989 г. - даты данного промежуточного решения суда ассизов, и заявитель в этот срок не уложился.
40. Г-н Ремли не согласен с этим аргументом. Кассационное обжалование промежуточных решений суда ассизов специально предусмотрено последним пунктом статьи 316 Уголовно - процессуального кодекса.
41. В своем решении о приемлемости жалобы Комиссия учитывала статью 316 Уголовно-процессуального кодекса. Она напомнила, что Кассационный суд считает себя правомочным выносить решения о нарушениях Конвенции, которая имеет прямое действие во французской правовой системе; Правительство не доказало, что обжалование в Кассационный суд на основании Конвенции решится судебной практикой так, что это не может считаться эффективным средством правовой защиты в смысле статьи 26 Конвенции.
Представитель Комиссии отметил также, что Кассационный суд не объявил неприемлемой жалобу о нарушении статьи 6 Конвенции.
Датой, принимаемой за точку отсчета в соответствии со статьей 26, является дата вынесения решения Кассационным судом, то есть 22 ноября 1989 г.
42. Суд напоминает, что подача кассационной жалобы является одним из средств защиты, которые в принципе необходимо исчерпать, чтобы выполнить требования статьи 26. Даже если предположить, что это средство изначально было обречено на неудачу, тем не менее подача кассационной жалобы не была бесполезным действием; она способствовала по меньшей мере тому, что оказалась перенесенной исходная точка шестимесячного срока (см. Решение по делу A. против Франции от 23 ноября 1993 г. Серия A, т. 277-B, с. 47 - 48, п. 30). Следовательно, возражение об опоздании в подаче жалобы следует отклонить.
B. Об обоснованности жалобы
43. По мнению г-на Ремли, суд, который должен судить лиц иностранного происхождения или просто иностранцев, не будет беспристрастным, если в его состав входит лицо, которое публично заявляло до начала разбирательства дела о своих расистских настроениях. Такое лицо, не будучи полностью объективным, не должно участвовать в процессе.
Однако суд ассизов Роны отклонил его просьбу засвидетельствовать упомянутые высказывания, хотя был вправе это сделать. Письменное заявление г-жи М. было ясным, подробным, логичным и недвусмысленным, в нем точно воспроизводилось сказанное и конкретно указывалось, кто это сказал.
Если, как в данном случае, приводимые факты могут вызвать весьма сильные сомнения относительно беспристрастности одного из членов жюри, то, по мнению заявителя, суд был обязан это зафиксировать, иначе он отказывает обвиняемому в том, чтобы его дело разбиралось беспристрастным судом. Короче говоря, суд ассизов и Кассационный суд обязаны были отреагировать.
44. Правительство признает, что суд, в составе которого есть член, объявляющий себя расистом, не может считаться беспристрастным. Тем не менее реальность таких расистских взглядов должна быть установлена с достоверностью, нужны также доказательства того, что они могли повлиять на вынесение приговора. Однако в данном случае свидетельство г-жи М. не является достаточно серьезным, оно ничем не подкрепляется, поэтому не может служить доказательством, которое объективно поставило бы под сомнение беспристрастность ассизов. Во-первых, оно находится в противоречии с утверждениями адвокатов заявителя, а во-вторых, фраза: "К тому же я расист" могла быть произнесена в шутливой форме или в связи с другим делом, или только в адрес второго обвиняемого по этому же делу - гражданина Алжира, а не в адрес заявителя, являющегося гражданином Франции. Следовательно, нельзя считать установленным сомнение в беспристрастности одного из членов состава жюри, который рассматривал дело заявителя.
Кроме того, суд не обязан проверять все высказывания члена жюри, которые он мог делать до избрания по жребию. В данном случае член, о котором идет речь, отвода не получал. После этого под сомнение ставится беспристрастность всего состава жюри. Однако в данном деле сложно охарактеризовать весь состав как пристрастный, тем более что на основании Уголовно-процессуального кодекса решение не в пользу обвиняемого может быть вынесено только большинством по меньшей мере в восемь голосов.
45. По мнению Комиссии, свидетельство г-жи М. лишено противоречий и позволяет точно определить личность говорившего. Поскольку суд ассизов не проверил факты, на которые ссылался заявитель, последний вполне может усомниться в его беспристрастности, и опасения заявителя в этом плане объективно оправданны. Следовательно, налицо нарушение статьи 6 п. 1 Конвенции.
46. Суд напоминает принципы, сложившиеся в его судебной практике относительно независимости и беспристрастности судов. Они действуют и для жюри, и для судей - профессиональных или нет (см. Решение по делу Хольма от 25 ноября 1993 г. Серия A, т. 279-A, с. 14, п. 30).
При принятии решения о наличии в конкретном деле легитимных оснований для сомнения в беспристрастности одного из судей мнение обвиняемого принимается во внимание, но не играет решающей роли. Решающим является то, могут ли опасения заявителя считаться объективно обоснованными (см., в частности, Решения по делам Сарайва де Карвалью от 22 февраля 1994 г. Серия A, т. 286-B, с. 38, п. 35, и Падовани от 26 февраля 1993 г. Серия A, т. 257-B, с. 20, п. 27).
47. Суд отмечает, что в данном случае суд ассизов Роны должен был судить лиц североафриканского происхождения - г-на Ремли и его напарника, а третье лицо - г-жа М. письменно показала, что слышала, как один из членов жюри заявил: "К тому же я расист".
Суд не обязан оценивать доказательственную силу письменного заявления г-жи М. или уточнять, что в действительности сказал член жюри. Суд ограничивается констатацией, что адвокаты заявителя обратили внимание суда на упомянутое высказывание, которое носит серьезный характер в контексте данного дела, и попросили его зафиксировать. Суд отклонил эту просьбу, не вникнув в представленное ему доказательство, под чисто формальным предлогом, что он не может "приобщать к делу факты, имевшие место вне зала суда". Кроме того, суд не распорядился провести расследование по этому факту, в то время как он был полномочен это сделать. Следовательно, заявитель не имел возможности ни добиться замены данного члена жюри на кого-либо из запасных, ни ссылаться на вышеупомянутый факт в своей кассационной жалобе (см. п. 21 выше). Он не имел также возможности дать

"ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ К СОГЛАШЕНИЮ МЕЖДУ ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ, ФИНЛЯНДСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ И КОРОЛЕВСТВОМ ШВЕЦИЯ В ОТНОШЕНИИ ТЕПЛОХОДА "ЭСТОНИЯ"(Подписан в г. Стокгольме 23.04.1996)  »
Международное законодательство »
Читайте также