ПОСТАНОВЛЕНИЕ Европейского суда по правам человека от 28.10.1994"МЮРРЕЙ (murray) ПРОТИВ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА" [рус. (извлечение), англ.]


[неофициальный перевод]
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ
МЮРРЕЙ (MURRAY) ПРОТИВ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА
(Страсбург, 28 октября 1994 года)
(Извлечение)
КРАТКОЕ НЕОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ДЕЛА
A. Основные факты
Все шесть заявителей являются гражданами Ирландии. Первый заявитель, г-жа Маргарет Мюррей, и второй заявитель, г-н Томас Мюррей, - супруги. Остальные четыре заявителя: Марк, Алана, Микаэла и Росина - их дети. В соответствующий период времени в 1982 г. заявители проживали вместе в одном доме в Белфасте, Северная Ирландия.
В июне 1982 г. два брата первого заявителя были осуждены в Соединенных Штатах (США) за правонарушения, связанные с закупкой оружия для Временной ирландской республиканской армии (Временная ИРА).
Г-жа Мюррей была арестована у себя дома в Белфасте военнослужащими Сухопутных войск Великобритании в 7.00 утра 26 июля 1982 г. на основании статьи 14 Закона о Северной Ирландии (чрезвычайные полномочия) 1978 г. Эта норма предоставляла военным право производить арест и задержание на срок до четырех часов лиц, подозреваемых в совершении преступления, при условии, что подозрение, возникшее у произведшего арест военнослужащего, было добросовестным. Согласно заявлениям военных, г-жа Мюррей была арестована по подозрению в причастности к сбору денег для приобретения в США оружия для Временной ИРА. Пока она одевалась, были разбужены другие заявители, и им было предложено собраться в гостиной. Военные в это время вносили в протокол данные о заявителях и их доме. После того как г-жа Мюррей дважды спросила, на основании какой статьи ее арестовывают, выполнявшая арест военнослужащая, капрал, ответила: "По 14-й статье".
Г-жа Мюррей была доставлена в Армейский контрольный центр и была задержана там на два часа для допроса. Она отказалась отвечать на какие-либо вопросы. В какой-то момент пребывания в центре она была, без ее ведома и согласия, сфотографирована. Она была освобождена в 9.45 без предъявления обвинения.
В 1984 г. г-жа Мюррей возбудила в Высоком Суде иск против Министерства обороны, выдвинув обвинение в неправомерном лишении свободы и других деликтах, и проиграла дело.
Показания давали г-жа Мюррей и капрал. Г-жа Мюррей признала, что у нее были контакты с братьями и что она побывала в США. Хотя капрал точно не помнила содержание допроса г-жи Мюррей в Армейском центре, она могла сказать, что речь шла о деньгах и об Америке. Разбиравший дело судья счел показания капрала правдивыми.
Г-жа Мюррей подала апелляцию, оспаривая законность ее ареста и сопровождавших его действий. Апелляционный суд отклонил ее жалобу в феврале 1987 г., но разрешил ей обратиться в Палату лордов. Но и там в мае 1988 г. дело решилось не в ее пользу.
Закон 1978 г., в соответствии с которым была арестована г-жа Мюррей, является частью законодательства, введенного Соединенным Королевством в целях борьбы с терроризмом в Северной Ирландии. Статья 14 была заменена в 1987 г. нормой, которая устанавливала, что арест должен производиться по обоснованному подозрению.
B. Разбирательство в Комиссии по правам человека
1. В жалобе, поданной в Комиссию 28 сентября 1988 г., г-жа Мюррей заявила, что ее арест и задержание для допроса нарушили статью 5 п. 1 и 2; что сохранение сделанной фотографии, а также данных о заявительнице явилось нарушением ее права на уважение личной жизни согласно статье 8. Остальные пять заявителей утверждали, что произошло нарушение статьи 5 п. 1, 2 в результате того, что от них потребовали находиться в течение получаса в комнате их дома, пока первый заявитель собиралась, чтобы покинуть дом вместе с военными. Они также утверждали, что запись и хранение определенных данных об их личностях, например, имен и степени родства с первым заявителем, нарушили их право на уважение личной жизни по статье 8. Все шестеро заявили, что вторжение военных в дом и его обыск не совместимы с их правом на уважение их личной и семейной жизни, неприкосновенности жилища согласно статье 8 Конвенции и что, в нарушение статьи 13, в национальном законодательстве не существует эффективных средств правовой защиты в отношении вышеперечисленных жалоб на нарушение прав, признанных Конвенцией.
2. Комиссия объявила 10 декабря 1991 г. о приемлемости всех жалоб первого заявителя, а также жалобы остальных заявителей по статье 8 в связи с вторжением и обыском семейного жилища. Другие жалобы были объявлены неприемлемыми.
3. В своем докладе от 17 февраля 1993 г. Комиссия выразила следующее мнение:
- в деле первого заявителя имело место нарушение статьи 5 п. 1 (одиннадцать голосов против трех), п. 2 (десять голосов против четырех) и п. 5 (одиннадцать голосов против трех);
- нарушения статьи 8 не было (тринадцать голосов против одного);
- нет необходимости рассматривать жалобу первого заявителя по статье 13 на отсутствие средств правовой защиты при аресте, задержании и несообщении причин ареста (тринадцать голосов против одного);
- в деле первого заявителя статья 13 не была нарушена ни в том, что касается вторжения и обыска ее жилища (единогласно), ни при ее фотографировании и хранении фотографии и данных о ее личности (десять голосов против четырех).
Дело было передано Комиссией в Суд 7 апреля 1993 г.
ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ
ВОПРОСЫ ПРАВА
I. Общий подход
47. Жалобы заявителей связаны с арестом и задержанием военными первого заявителя в соответствии со специальным уголовным законодательством, принятым в целях борьбы с террористическими актами в Северной Ирландии. Как отмечалось в нескольких предыдущих решениях Суда, кампания терроризма, развязанная в Северной Ирландии в последнюю четверть века, привела к потерям человеческих жизней и страданиям (см. п. 35 выше).
Суд не видит причин отказываться от общих принципов, которых он придерживался ранее при разбирательстве дел аналогичного характера. Поэтому при толковании и применении относящихся к делу статей Конвенции надлежащее внимание должно быть уделено особому характеру террористических преступлений, угрозе, которую они представляют для демократического общества, и чрезвычайной природе мер по борьбе с ними (см. inter alia Решение по делу Фокса, Кампбелла и Хартли от 30 августа 1990 г. Серия А, т. 182, с. 15, п. 28, где упоминается Решение по делу Броугана от 29 ноября 1988 г. Серия А, т. 145-B, с. 27, п. 48).
II. О предполагаемом нарушении статьи 5 п. 1 Конвенции
48. Первый заявитель, г-жа Маргарет Мюррей, утверждала, что ее арест и задержание военными представляют собой нарушение статьи 5 п. 1 Конвенции, которая предусматривает:
"Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:
...
c) законный арест или задержание лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения..."
A. Законность ареста
49. Первый заявитель не оспаривала, что ее арест и задержание были проведены в соответствии с действующим правом Северной Ирландии и не противоречат статье 5 п. 1. Однако "обоснованного подозрения" в совершении преступления не было, и цель ее ареста и последующего задержания не состояла в том, чтобы она предстала перед компетентным судебным органом в соответствии со смыслом статьи 5 п. 1 "c".
B. "Обоснованное подозрение"
50. Г-жа Мюррей была арестована и задержана в силу статьи 14 Закона 1978 г. (см. п. 11 и 12 выше). Эта норма согласно толкованию национальных судов предоставляла военным право арестовывать и задерживать лиц, подозреваемых в совершении преступления, при условии inter alia, что военнослужащий, выполняющий арест, действует добросовестно (см. п. 36 и 38 "b" выше). Факт, что во внутреннем законодательстве в тот период существовал лишь этот, по существу, субъективный критерий в данном деле имеет значение, но не решающее: задача Суда состоит в установлении, был ли соблюден объективный критерий "обоснованного подозрения", предусмотренный статьей 5 п. 1, в конкретных обстоятельствах данного дела.
51. В своем Решении по вышеупомянутому делу Фокса, Кэмпбелл и Хартли, которое касалось арестов, произведенных полицией Северной Ирландии по аналогичной статье Закона 1978 г., Суд констатировал следующее (с. 16 - 18, п. 32 и 34):
"Обоснованность" подозрения, в соответствии с которой должен производиться арест, составляет важную часть гарантии, установленной в статье 5 п. 1 "c" против произвольного ареста и задержания... "обоснованное подозрение" предполагает наличие фактов или информации, которые убеждают объективного наблюдателя, что, возможно, соответствующее лицо совершило правонарушение. Однако то, что может считаться "обоснованным", должно определяться с учетом всех обстоятельств.
В этом плане террористические преступления попадают в особую категорию. Из-за существующего риска человеческих жертв и страданий полиция обязана действовать самым срочным образом по получении любой информации, включая информацию из секретных источников. Кроме того, возможно, что полиции часто приходится арестовывать подозреваемого террориста на основании информации, которая является надежной, но не может быть раскрыта подозреваемому или представлена в суде в подтверждение обвинения без создания угрозы для источника информации.
...ввиду трудностей расследования в Северной Ирландии преступлений террористического характера и привлечению за них к суду "обоснованность" подозрения, оправдывающего такие аресты, не всегда может оцениваться по тем же критериям, которые применяются для обычных преступлений. Тем не менее особый характер мер в отношении террористических преступлений не может оправдать такое толкование понятия "обоснованность", когда подрывается суть гарантии, установленной в статье 5 п. 1 "c".
Конечно, статья 5 п. 1 "c" Конвенции не должна применяться таким образом, чтобы создавать несоразмерные трудности на пути полицейских органов государств - участников к осуществлению эффективных мер по противодействию организованному терроризму... От государств - участников нельзя требовать доказательств обоснованности подозрения, оправдывающего арест подозреваемого террориста, путем раскрытия конфиденциальных источников обвинительной информации или даже фактов, указывающих на такие источники или конкретные личности.
Тем не менее Суд должен иметь возможность установить, соблюдено ли существо гарантии статьи 5 п. 1 "c". Отсюда следует, что государство - ответчик обязано представить по крайней мере некоторые факты или информацию, которые могли бы убедить Суд в том, что данное лицо обоснованно подозреваться в совершении предполагаемого преступления. Это тем более необходимо, когда, как в данном случае, национальный закон устанавливает более низкий порог обоснованности подозрения, говоря лишь о добросовестном подозрении".
На основании обстоятельств того дела Суд пришел к выводу, что, хотя арест трех заявителей и их задержание, длившееся сорок четыре часа, сорок четыре часа пять минут и тридцать часов пятнадцать минут соответственно, и были основаны на подозрении низкого порога, Правительство не представило достаточно дополнительных данных для вывода, что подозрение было обоснованным в свете статьи 5 п. 1 "c" (там же, с. 18, п. 35).
52. В настоящем деле Правительство заявило, что на основании информации из надежного, но секретного источника у военных существовали веские и конкретные причины подозревать, что г-жа Мюррей была причастна к сбору средств для террористических целей. Однако "основная" информация, полученная таким образом, не могла быть раскрыта, чтобы не поставить под угрозу жизнь и личную безопасность некоторых людей. По мнению Правительства, Суд, решая вопрос об обоснованности подозрения, должен учитывать это обстоятельство. Оно также указало на ряд других фактов, которые могут подтвердить, хотя и косвенно, обоснованность подозрения, отметив, в частности, прежде всего факты, установленные национальными судами в ходе разбирательств по искам г-жи Мюррей, недавнее осуждение ее братьев в США за преступление, связанное с закупкой оружия для Временной ИРА, ее собственные поездки в США и контакты там с братьями (см. выше, особенно п. 10, 19, 24, 25, 28 и 29). Правительство считает, что все это вместе взятое дает достаточно фактов и информации, чтобы позволить объективному наблюдателю считать, что по обстоятельствам дела имеются основания для подозрения. Любой другой вывод Суда, по мнению Правительства, чреват запретом для соответствующих органов на производство ареста лица, подозреваемого в терроризме, на основании надежной, но преимущественно секретной информации и не позволит этим органам принимать эффективные меры для противодействия организованному терроризму.
53. По мнению первой заявительницы, Правительство не представило достаточные факты, позволяющие органам Конвенции сделать выводы, что подозрение, ставшее причиной ее ареста, было обоснованным или чем-то большим, чем лишь "добросовестное" подозрение, которое требуется по закону Северной Ирландии. Как и в деле Фокса, Кэмпбелл и Хартли, разъяснения со стороны Правительства не отвечали минимальным критериям, предусмотренным в статье 5 п. 1 "c", для установления обоснованности ее ареста и задержания. Причины, призванные объяснить нераскрытие источников информации, не являются адекватными или действительными. Ряд обстоятельств вызывает сомнение в обоснованности обвинения. Так, если бы подозрение действительно было таковым, ее арест был бы произведен не на основании полномочий на осуществление четырехчасового задержания по статье 14 Закона 1978 г., а на основании более широких полномочий; допрос производился бы полицией, а не военными; не тратилось бы время на сбор данных о ее личности и ее фотографирование; ее допрос длился бы более одного часа и пятнадцати минут; ее допрашивали бы о причастности к предполагаемому правонарушению, а не только о ее братьях в США; ее предупредили бы о возможности использования сказанного ею против нее. Отвечая Правительству, она утверждала, что национальные суды исследовали вопрос не об объективной обоснованности подозрения, а о субъективных помыслах выполнявшей арест военнослужащей, капрала D.
54. Комиссия считает, что разъяснения Правительства по настоящему делу существенно не отличаются от представленных по делу Фокса, Кэмпбелл и Хартли. Она пришла к мнению, что помимо родства с осужденными братьями не было приведено никаких подкрепляющих закрытую информацию объективных доказательств в подтверждение подозрения, что первый заявитель была причастна к сбору денег с целью приобретения оружия для Временной ИРА. Согласно выводу Комиссии, этого недостаточно, чтобы удовлетворять минимальному критерию, установленному в статье 5 п. 1 "c".
55. Что касается степени "подозрения", то Суд прежде всего хотел бы отметить,

)(Подписан в г. Женеве 27.10.1994) ">"ДОГОВОР О ЗАКОНАХ ПО ТОВАРНЫМ ЗНАКАМ"(Вместе с "ИНСТРУКЦИЕЙ К ДОГОВОРУ..." и <ТИПОВЫМИ МЕЖДУНАРОДНЫМИ БЛАНКАМИ>)(Подписан в г. Женеве 27.10.1994)  »
Международное законодательство »
Читайте также