Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2010 по делу n А65-21012/2009. Оставить решение суда без изменения, а жалобу - без удовлетворения

г., № 17 от 31.05.2007 г. и № 18 от 31.05.2007 г. на общую сумму 16 014 687,7 руб., подписанных от имени ООО «Стройкерамика» директором - Чмелёвым В.А., о котором имеются сведения о факте смерти 05.01.2007 г.

Однако, ответчик ни в решении, ни в представленных в материалы дела документах не приводит доказательств подписания указанных счетов-фактур лицом, не имеющим на это полномочий, и на наличие таких доказательств не ссылается.

При указанных обстоятельствах вывод инспекции о несоответствии спорных счетов-фактур требованиям статьи 169 Кодекса не согласуется с нормой пункта 6 названной статьи.

То обстоятельство, что счета-фактуры подписаны другим лицом, а не директором субподрядчика Чмелёвым В.А., само по себе не может быть положено в обоснование отсутствия у подписавшего документ лица соответствующих полномочий, если инспекцией это не доказано.

Общество, обосновывая правомерность применения им налогового вычета, сослалось на приказы субподрядчика от 21.08.2006 г. № 32 и от 21.08.2006 г. № 31, на основании которых обязанности генерального директора с правом первой подписи возложены на Емельянова В.И., а также на отсутствие в штатном расписании ООО «Стройкерамика» должности главного бухгалтера, в связи с чем документы подписывает генеральный директор.

Правовая позиция суда согласуется с Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16 января 2007 г. № 11871/06.

Также заявителем предоставлена выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Стройкерамика», в которой в качестве действующего директора по состоянию на 18.03.2009г. ООО «Стройкерамика» значится Чмелев Виктор Андреевич (том 3, л.д. 74-76).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что налоговым органом не представлены допустимые доказательства того, что заявитель при осуществлении хозяйственных операций с ООО «Промсервис», ООО «Стройкерамика» и ООО «Стройресурс» действовал без должной осмотрительности и осторожности, и того, что Общество знало или должно было знать о нарушениях, допущенных контрагентами. Не представлены также доказательства взаимозависимости и афиллированности участников хозяйственных операций.

В Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» от 12 октября 2006 года N 53 указано, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим, предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Действующее законодательство возлагает на налоговые органы обязанность доказывать недобросовестность налогоплательщика.

Согласно статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований или возражений.

Пункт 1 названной статьи и пункт 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на орган, который принял решение.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Из оспариваемого решения следует, что расходы заявителя по хозяйственным операциям с ООО «Промсервис», ООО «Стройкерамика», ООО «Стройресурс» в целях исчисления налога на прибыль признаны обоснованными.

Таким образом, в выводах налогового органа о реальности хозяйственных операций заявителя с ООО «Промсервис», ООО «Стройкерамика», ООО «Стройресурс» судом  выявлена непоследовательность.

Не представлены налоговым органом и доказательства, непосредственно подтверждающие его доводы о недобросовестности налогоплательщика и опровергающие реальную хозяйственную цель совершенных сделок.

Судом обоснованно указано на то, что в соответствии с пунктом 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо считается созданным со дня внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр юридических лиц.

Правоспособность юридического лица возникает в момент его создания и прекращается в момент внесения записи о его исключении из Единого государственного реестра юридических лиц (пункт 3 статьи 49 настоящего Кодекса).

Согласно правовой позиции выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 4 июня 2007 N 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения или полученного результата.

В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществлял ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24 февраля 2004 N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличия в ней деловых просчетов.

Все спорные юридические лица (контрагенты) зарегистрированы налоговым органом на основании данных их учредителей.

ООО «Промсервис», ООО «Стройкерамика» и  ООО «Стройресурс» в период заключения сделок с ООО «Энергогазкомплект» были действующими юридическими лицами.

Отсутствие контрагентов по юридическому адресу не может быть проконтролировано налогоплательщиком, так как никаких установленных законом прав на проверку этих фактов у сторон по сделке нет. Данные факты должны быть установлены заранее, в процессе регистрации контрагента как юридического лица, как налогоплательщика и при присвоении ему ИНН.

Судом не признаны в качестве допустимых доказательств, представленные налоговым органом в материалы дела ответы из МРО по г. Глазов по НП МВД УР, справка от 06.08.2007 г. УВД ЦАО по г. Москве (ООО «Стройресурс»); ответ из ГУВД по Красноярскому краю УВД по г. Красноярску, справка от 13.10.2008 г. оперуполномоченного ОРЧ БЭП УВД по г. Красноярск (ООО «Промсервис») и ответ МРО г. Набережные Челны (ООО «Стройкерамика») в отношении руководителей спорных организаций, поскольку в силу правовой позиции КС РФ, изложенной в Определении от 04.02.1999 г. N 18-0: «результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона».

Между тем в ходе настоящей проверки налоговый орган руководствовался этими данными, а также данными почерковедческого исследования ЭКЦ МВД по РТ г. Набережные Челны копий документов, подписанных руководителями спорных организаций: Чмелёва В.А. (ООО «Стройкерамика»), Кедрова М.Г. (ООО «Промсервис») и Маслова Я.М. (ООО «Стройресурс»).

При этом, налоговым органом, в нарушение требований, установленных ч. 5 ст. 200 АПК РФ, не представлены доказательства того, что лицо, проводившее исследование подписей, обладает специальными знаниями и навыками, необходимыми для осуществления исследования подписей.

По сути, выводы, содержащиеся в справках об исследовании, имеют характер экспертного заключения, основанного на применении специальных познаний.

При этом инспекцией не соблюдены требования статьи 95 НК РФ к порядку проведения экспертизы.

В соответствии с п. 1 ст. 95 НК РФ в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении выездных налоговых проверок, на договорной основе может быть привлечен эксперт.

Согласно п. 3 ст. 95 НК РФ экспертиза назначается постановлением должностного лица налогового органа, осуществляющего выездную налоговую проверку. Пунктом 6 ст. 95 НК РФ установлено, что должностное лицо налогового органа, которое вынесло постановление о назначении экспертизы, обязано ознакомить с этим постановлением проверяемое лицо и разъяснить его права, предусмотренные пунктом 7 настоящей статьи, о чем составляется протокол.

Ни в акте налоговой проверки, ни в решении не содержится указания на принятое в порядке статьи 95 НК РФ постановление о назначении экспертизы и привлечение эксперта на договорной основе. Не соответствует порядок получения сведений, отраженных в названной справке, и условиям статьи 96 НК РФ при привлечении специалиста.

Помимо неисполнения требований статьи 95 НК РФ, следует отметить несоответствие данной справки об исследовании положениям специального законодательства. Так, в нарушение статьи 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 N 73-ФЗ справка, представляющая собой заключение эксперта, не содержит предупреждения эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Также следует отметить, что на исследование представлены копии документов, в связи с чем полнота исследования и достоверность полученных выводов может ставиться под сомнение.

С учетом изложенного, справки об исследовании подписей 16.02.2009 г. (л.д.18, 22) правомерно не признаны судом допустимыми доказательствами по делу в силу ст. 68 АПК РФ.

Кроме того в соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 20.12.2006 г. № 66, объектами экспертизы могут быть документы, а не их копии, а поэтому почерковедческое исследование, проведенное ЭКЦ МВД по г. Набережные Челны по копиям документов также не может быть признано допустимым доказательством и по этому основанию.

Опросы руководителей спорных организаций инспекцией не проводились.

Вывод суда о том, что в материалы дела не представлено бесспорных доказательств совершения заявителем и его контрагентами согласованных действий, направленных исключительно на создание оснований для получения налоговой выгоды, и наличия у налогоплательщика умысла, направленного на незаконное изъятие сумм НДС из бюджета, является правильным.

По мнению инспекции, одним из доказательств получения Обществом необоснованной налоговой выгоды является осуществление ООО «Энергогазкомплект» расчетов за выполненные субподрядные работы векселями третьих лиц, а также осуществление взаимозачетов с контрагентами-субподрядчиками. Кроме того, налоговый орган утверждает, что оплата выполненных субподрядных работ с использованием отдельных векселей не была произведена, поскольку эти векселя были предъявлены к оплате первичному векселедателю (кредитному учреждению) лицами, не являющимися контрагентами-субподрядчиками, либо непосредственно самим ООО «Энергогазкомплект». В данном случае это касается векселей, ранее переданных в оплату выполненных работ контрагентам-субподрядчикам: ООО «Промсервис» (Решение, таблица 12, стр.14); ООО «Стройкерамика» (Решение, таблица 24, стр.30); ООО «Стройресурс» (Решение, таблица 27, стр.34).

Указанные доводы инспекции являются необоснованными в силу следующего.

В соответствии со ст. 143 Гражданского кодекса (далее - ГК РФ) векселя отнесены к ценным бумагам, а согласно ст.128 ГК РФ они определяются как вещи.

При передаче ценной бумаги к новому владельцу переходят все удостоверяемые ею права (ст. 142 ГК РФ).

В совокупности, учитывая вещный характер векселей, векселя третьих лиц организация вправе, в целях исполнения обязательств по договору, использовать в качестве законного средства платежа.

Судом установлено, что на оборотной стороне векселя, предназначенной для совершения передаточных надписей (индоссаментов), информация о контрагентах-субподрядчиках либо индоссамент последних отсутствуют.

Передача векселей контрагентам-субподрядчикам осуществлялась на основании актов приема-передачи, что не опровергается налоговым органом.

Вместе с тем, при передаче векселей, в частности, в отношении индоссамента судом указано на  определенные особенности, которые необходимо учитывать.   

В соответствии со ст.146 ГК РФ для передачи другому лицу прав, удостоверенных ценной бумагой на предъявителя, достаточно вручения ценной бумаги этому лицу.

Индоссамент, совершенный на ценной бумаге, переносит все права, удостоверенные ценной бумагой, на лицо, которому или приказу которого передаются права по ценной бумаге, - индоссата. Индоссамент может быть бланковым (без указания лица, которому должно быть произведено исполнение) или ордерным (с указанием лица, которому или приказу которого должно быть произведено исполнение).

В соответствии со ст. 12-14 Положения о переводном и простом векселе, утвержденном ЦИК и СНК СССР 07.08.1937 (далее - Положение), индоссамент на предъявителя имеет силу бланкового индоссамента, индоссамент может не содержать указания лица, в пользу которого он сделан, или он может состоять из одной подписи индоссата (бланковый индоссамент). Согласно ст. 14 Положения держатель векселя с бланковым индоссаментом вправе передать вексель третьему лицу, не заполняя бланка и не совершая индоссамента.

В этом случае вексель может быть передан впоследствии простым вручением иным лицам, и каждый владеющий им рассматривается как законный векселедержатель при наличии документов, подтверждающих факт приема-передачи векселей (в ходе выездной