Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2010 по делу n А53-16781/2009. Отменить решение полностью и принять новый с/а

устав Общества в редакции 2002 года, представленный налоговым органом, является сфальсифицированным доказательством, в связи с чем не учитывал его положения, при вынесении решения.

Однако данный вывод суда первой инстанции не основан на представленных в материалы дела доказательствах.

В соответствии с п. 3 ст. 28 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» дополнительные акции могут быть размещены обществом только в пределах количества объявленных акций, установленного уставом общества. Решение вопроса об увеличении уставного капитала общества путем размещения дополнительных акций может быть принято общим собранием акционеров одновременно с решением о внесении в устав общества положений об объявленных акциях, необходимых в соответствии с настоящим Федеральным законом для принятия такого решения, или об изменении положений об объявленных акциях.

Согласно протоколу общего собрания акционеров Общества от 02.07.2008 акционерами принято решение, общим собранием акционеров принято решение осуществить дополнительный выпуск 407 025 акций в пределах количества объявленных акций, изменения в устав общества не вносились (т. 2 л.д. 49).

В соответствии с п. 7.1.2 копии устава Общества в редакции 2002 года, представленной Налоговым органом, количество объявленных акций составляет 1 млн. (т. 4 л.д. 43).

По утверждению истцов, в подлинной редакции устава количество объявленных акций составляет 4000 штук. В судебном заседании суда апелляционной инстанции обозревалась копия устава из материалов дела А53-5217/2007, прошитая и удостоверенная Арбитражным судом Ростовской области. Согласно предоставленной копии, п. 7.1.2 устава изложен в следующей редакции: Общество в порядке установленном действующим законодательством РФ вправе размещать дополнительно к размещенным акциям 4000 (четыре тысячи) обыкновенных именных бездокументарных акций с правами, аналогичными размещенным акциям, номинальной стоимостью 5 (пять) рублей каждая.

В п. 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.04.2001 N 63 «Обзор практики разрешения споров, связанных с отказом в государственной регистрации выпуска акций и признанием выпуска акций недействительным» разъяснено: выпуск дополнительных акций сверх количества объявленных акций, предусмотренного уставом акционерного общества или решением собрания акционеров, либо при отсутствии в уставе (решении общего собрания акционеров) условия об объявленных акциях признается судом недействительным.

Поэтому соответствующий довод истцов обоснованно проверялся судом первой инстанции.

Однако при оценке соответствующих доказательств судом первой инстанции не учтено следующее.

В соответствии со ст. 14 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» изменения и дополнения в устав общества или устав общества в новой редакции подлежат государственной регистрации в порядке, предусмотренном статьей 13 настоящего Федерального закона для регистрации общества.

Изменения и дополнения в устав общества или устав общества в новой редакции приобретают силу для третьих лиц с момента их государственной регистрации, а в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, - с момента уведомления органа, осуществляющего государственную регистрацию (п. 2 ст. 14 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах»).

В связи с чем, в качестве достоверного экземпляра устава общества в соответствующей редакции должен приниматься устав, прошедший процедуру государственной регистрации.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.12.2009 по делу назначена судебная экспертиза.

Эксперты государственного учреждения «Южный региональный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации» пришли к следующим выводам:

. Титульный лист представленного на экспертизу устава ЗАО «Хладокомбинат № 3» (новая редакция) за 2002 год, утвержденного решением общего собрания акционеров от 14.06.2002, выполнен по сравнению с остальными листами документа на другом печатающем устройстве либо в другое время (с другим картриджем), то есть не в один прием. Установить, на одном либо на разных печатающих устройствах выполнены остальные листы устава (со второго по тридцать восьмой) не представляется возможным по причине, изложенной в исследовательской части заключения;

.1. Первоначальное содержание текста устава после его распечатки в том виде, в котором он представлен на экспертизу, не изменялось;

.2. Представленный на экспертизу устав ЗАО «Хладокомбинат № 3» (новая редакция) за 2002 год, утвержденный решением общего собрания акционеров от 14.06.2002, подвергался расшиванию и повторному сшиванию;

. Решить вопрос о времени выполнения оттисков печати и подписей на лицевой стороне и оборотной стороне листов представленного на экспертизу устава ЗАО «Хладокомбинат № 3» (новая редакция) за 2002 год, утвержденного решением общего собрания акционеров от 14.06.2002, не представляется возможным.

Как следует из текста экспертного заключения, эксперты не смогли установить даже ориентировочно время изготовления титульной страницы и остальных страниц устава, а также печатей и подписей. Эксперты не установили также расхождений во времени изготовления печатей и подписей.

Само по себе изготовление титульной страницы и остального текста устава на разных печатающих устройствах, а также признаки расшивания и повторного сшивания устава, позволяют сделать достоверный вывод о том, что представленный на экспертизу экземпляр устава подвергался изменениям. Однако, если таковые изменения были совершены до подачи устава на государственную регистрацию –то само по себе наличие таких изменений не свидетельствует о фальсификации устава. Неоднократная перепечатка текста подготавливаемого документа из-за наличия опечаток, повторов, орфографических и пунктуационных ошибок известна практике подготовки подобного рода документов.

При этом в мотивировочной части заключения экспертов отражено, что «исследуемый документ не имеет признаков, характерных для документов, подвергавшихся агрессивному внешнему воздействию (световому, термическому, химическому)» (т. 5 л.д. 105). Эксперты пришли к выводу, что все подписи в представленном на экспертизу уставе выполнены рукописным способом пастами для шариковых ручек (т. 5 л.д. 106). При этом экспертами отмечена невозможность установить время совершения подписей, а также дифференцировать давность их выполнения, «поскольку критерием при решении указанного вопроса является изменение во времени относительного содержания растворителей, а следовое содержание не позволит корректно его оценить». «Полученные данные, - резюмируют эксперты, - также не позволяют сделать какой-либо определенный вывод о времени выполнения данных подписей, поскольку следовое содержание растворителя в штрихах, их образующих, на момент проведения настоящего исследования может объясняться как тем, что время их выполнения действительно соответствует указанному в исследуемом документе периоду – г. (в штрихах записей, выполненных пастами шариковых ручек, и имеющих на настоящий момент времени абсолютную давность выполнения период порядка 7 лет, данный растворитель может содержаться на уровне следовых количеств); так и в случае выполнения данных подписей значительно позднее указанной даты может объясняться множеством факторов, влияющих на сохранность растворителей в исследуемых штрихах –условия хранения документов, специфика использования материалов письма».

Вывод экспертов о том, что устав подвергался расшиванию и повторному сшиванию, сам по себе, не может безусловно свидетельствовать о фальсификации устава. Данный устав хранился в Налоговом органе и к нему не имели доступа представители Общества. То, что указанный устав мог быть расшит сотрудниками Налогового органа, само по себе, не делает данный устав сфальсифицированным. Фактически суд первой инстанции по единичному косвенному признаку сделал вывод о совершении сотрудниками государственного органа служебного преступления. Однако для данного вывода у суда первой инстанции не имеется достаточных доказательств. В отсутствие прямых, достоверных объективных доказательств, суд не может презюмировать противозаконность действий сотрудников государственных органов. Соответствующие доказательства могут быть получены и оценены в рамках уголовного дела; установленная вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства может являться основанием для пересмотра судебным актов по данному делу по вновь открывшимся обстоятельствам.

Копия устава из материалов дела А53-5217/2007 не может быть принята как достоверное доказательство иного содержания устава, нежели в экземпляре, представленном налоговым органом. Как пояснила представитель истцов Авдякова В.А., имеющаяся в материалах дела А53-5217/2007 копия устава не прошита, не заверена в установленном порядке, удостоверительная запись имеется только на титульном листе устава. При таких обстоятельствах суд не может полагаться на достоверность представленной копии.

На иные письменные доказательства, которые бы могли свидетельством об ином содержании устава, чем в экземпляре, представленном Налоговом органом, истцы не указали.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в судебном заседании ему предоставлялись на обозрение надлежаще заверенные Налоговым органом копии устава, выданные 16.09.2008 и 15.10.2009 года. Указанные копии по содержанию тождественны оспариваемой копии устава.

На указанных копиях ясно видно наличие листа бумаги с текстом «прошито и пронумеровано 38 листов», которым оклеен экземпляр устава, хранящийся в Налоговом органе.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что в Обществе с количеством акционеров 29 лиц на момент проведения дополнительной эмиссии, в течение продолжительного времени никто не заявлял о недостоверности имеющегося в Налоговом органе экземпляра устава, а сами истцы не смогли предоставить экземпляр, обсуждаемый на общем собрании акционеров в 2002 году.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в судебном заседании суда апелляционной инстанции двумя ответчиками: Поповым Л.К. и Регистратором заявлено о применении срока исковой давности.

В соответствии со ст. 26 Федеральный закон от 22.04.1996 N 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (в редакции, действовавшей на момент регистрации отчета о выпуске ценных бумаг и до 20.10.2009) срок исковой давности для признания недействительными принятых эмитентом и регистрирующим органом решений, связанных с эмиссией ценных бумаг, признания недействительными выпуска (дополнительного выпуска) эмиссионных ценных бумаг, сделок, совершенных в процессе размещения эмиссионных ценных бумаг, или отчета об итогах их выпуска составляет три месяца с момента регистрации отчета об итогах выпуска (дополнительного выпуска) эмиссионных ценных бумаг или с момента представления в регистрирующий орган уведомления об итогах выпуска (дополнительного выпуска) эмиссионных ценных бумаг, а в случаях, когда в соответствии с настоящим Федеральным законом государственная регистрация отчета (представление в регистрирующий орган уведомления) об итогах выпуска (дополнительного выпуска) эмиссионных ценных бумаг не осуществляется, - с момента государственной регистрации выпуска эмиссионных ценных бумаг.

Государственная регистрация отчета об итогах выпуска осуществлена 05 мая 2009 года (т. 2 л.д. 6-11). Следовательно, срок исковой давности истек 05 августа 2009 года.

Исковое заявление подано в суд первой инстанции 04 августа 2009 года.

Однако Попов Л.К. был привлечен к участию в деле только определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 июня 2010 года по ходатайству представителя истцов, сделанному в судебном заседании (т. 8 л.д. 15), т.е. после истечения срока исковой давности. Регистратор привлечен к участию в деле в качестве ответчика определением от 12 июля 2010 года –т.е. после истечения срока исковой давности.

В п. 15 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 N 15, Пленума ВАС РФ от 15.11.2001 N 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено: течение срока исковой давности по требованию к привлеченному судом другому ответчику (статья 35 ГПК РСФСР, часть 2 статьи 35 АПК РФ) или второму ответчику (часть 3 статьи 36 ГПК РСФСР и часть 3 статьи 36 АПК РФ) прерывается в день заявления истцом соответствующего ходатайства, а при отсутствии такого ходатайства - с момента привлечения судом этого ответчика к участию в деле.

Поскольку Попов Л.К. и Регистратор были привлечены к участию в деле после истечения срока исковой давности и указанными лицами заявлено о применении исковой давности –в соответствующих требованиях к указанным лицам в любом случае должно быть отказано (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, поскольку на момент составления списка лиц, имеющих преимущественное право приобретения дополнительных акций, Акционеры и Кириллова Ю.В. являлись участниками общей долевой собственности и в установленный законом срок реализации права Акционеры и Кириллова Ю.В. с совместным заявлением о реализации преимущественного права путем приобретения акций в общую долевую собственность не обращались –право истцов не может быть признано нарушенным. Иные выводы суда первой инстанции не учитывают положения п. 2 ст. 40 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах».

Довод истцов о фальсификации устава Налоговым органов, фактически о совершении служебного преступления, не доказан; указанное обстоятельство может быть установлено в рамках уголовного дела.

Поскольку ответчиками (Поповым Л.К. и Регистратором) заявлено о применении срока исковой давности, а требования к Обществу не могут быть отделены от требований к Попову Л.К. и Регистратору, то в иске также следует отказать по мотиву пропуска срока исковой давности.

Судом первой допущено нарушение норм процессуального права, которое является основанием для отмены судебного акта в любом случае –не привлечено к участию в деле лицо, о правах и обязанностях которого принят судебный акт. В связи с чем, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в иске.

В соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ, судебные расходы по подаче апелляционной жалобы Поповым Л.К. и Обществом возлагаются на истцов.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 268 –Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Ростовской области от 31 марта 2010 года по делу № А53-16781/09 отменить и принять новый судебный акт.

В иске Кирилловой Лидии Сергеевны, Кирилловой Инги Викторовны, Кириллова Олега Викторовича, Кириллова Виктора Викторовича, Кириллова Кирилла Викторовича к закрытому акционерному обществу «Хладокомбинат