Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2013 по делу n А53-35608/2012. Изменить решение (ст.269 АПК)

А.Р. и подполковником Гаращуком Н.В.

Суд указал, что из содержания указанных писем ответчика следует, что ответчиком признается наличие задолженности перед истцом по договорам и процентам за пользование чужими денежными средствами. В связи с чем, суд первой инстанции счел, что указанные действия прервали течение срока исковой давности.

Таким образом, суд первой инстанции указал, что у него отсутствуют основания полагать, что истцом при обращении в суд за взысканием процентов за пользование чужими денежными средствами пропущен срок исковой давности.

Однако, удовлетворяя требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суд первой инстанции не учел следующего.

В соответствии с пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 N 15, Пленума ВАС РФ от 15.11.2001 N 18 (далее – Постановление № 15/18) признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора (в частности, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами), а также требований по возмещению убытков, и, соответственно, не может расцениваться как перерыв течения срока исковой давности по дополнительным требованиям и требованию о возмещении убытков.

Суд первой инстанции не исследовал вопрос об истечении срока исковой давности в отношении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период, превышающий трехлетний срок до подачи иска.

В силу статьи 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

Таким образом, предъявление иска и признание долга являются действиями одного порядка, соответственно, предъявление иска по основному требованию, как и признание долга по основному требованию, согласно приведенным в Постановлении № 15/18 разъяснениям, не может расцениваться как перерыв течения срока исковой давности по дополнительным требованиям.

Апелляционным судом установлено, что из представленной в дело переписки сторон не следует вывод о том, что ответчиком признавались требования истца в части дополнительных требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции не указал на основании чего он пришел к выводу о том, что в данных письмах учреждение выразило свое согласие на оплату процентов (дополнительного требования), а не только на оплату долга (главного требования). При этом ценой договора проценты не являются; в претензионных письмах истца указаны только суммы процентов, не указан период и методика их начисления.

Кроме того, совершение работником должника действий по исполнению обязательства, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что эти действия входили в круг его служебных (трудовых) обязанностей или основывались на доверенности либо полномочие работника на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой он действовал (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из архивной справки от 27.02.2013 следует, что в приказе начальника квартирно-эксплуатационного управления Северо-Кавказского военного округа от 03.03.2007 № 14 значится: «Сего числа прибыл из отпуска. Полковнику Краеву А.Р., заместителю начальника службы управления, приступить к исполнению своих обязанностей». При этом ответ на претензию истца от 01.03.2007, подписанный Краевым А.Р., датирован ранее 03.03.2007, а именно - 02.03.2007. Данному обстоятельству судом первой инстанции не была дана оценка.

Доказательства совершения ответчиками иных действий, которые бы могли свидетельствовать о перерыве срока исковой давности, в материалах дела отсутствуют и истцом не представлены.

С обязательством по оплате работ связано и дополнительное требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Срок исковой давности по требованиям, связанным с исполнением договоров подряда, является общим и составляет три года.

Требование об уплате процентов за просрочку оплаты выполненных работ связано с неисполнением ответчиком обязательств и является дополнительным по отношению к основному требованию о взыскании задолженности, следовательно, и срок исковой давности к ним должен применяться одинаковый.

Однако, поскольку проценты начисляются за каждый день просрочки, срок исковой давности по ним исчисляется на каждый день неуплаты задолженности за выполненные работы, находящийся в пределах периода его течения. Требования в данной части подлежат удовлетворению.

Данная правовая позиция соответствует постановлениям Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2010 № 11236/10 и от 14.10.2011 № 4820/11.

В пределы срока исковой давности попадает трехлетний период, предшествующий дате обращения в арбитражный суд.

С учетом обращения в арбитражный суд с настоящим иском 10.12.2012 в части взыскания процентов начисленных на суммы задолженности взысканных судебными актами в рамках дел № А53-26309/2010, № А53-26307/2010, № А53-26297/2010, № А53-26311/2010 требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами может быть удовлетворено только за период с 10.12.2009 г. по 14.02.2012г. по делу № А53-26309/2010 (оплата произведена 15.02.2012г.), с 10.12.2009г. по 27.12.2011г. по делу № А53-26307/2010 (оплата произведена 28.12.2011г.), с 10.12.2009г. по 15.02.2012г. по делу № А53-26297/2010 (оплата произведена 16.02.2012г.), с 10.12.2009г. по 26.01.2012г. по делу № А53-26311/2010 (оплата произведена 27.01.2012г.)

Следовательно, расчет процентов за пользование чужими денежными средствами начисленных на суммы задолженности взысканных судебными актами в рамках дел № А53-26309/2010, № А53-26307/2010, № А53-26297/2010, № А53-26311/2010 должен быть следующим:

1) На сумму задолженности 6 231 259 руб. взысканную в рамках дела № А53-26309/2010: 6 231 259 руб. х 786 дней х 8%/360 дней = 1 088 393, 24 руб.;

2) На сумму задолженности 6 726 124 руб. взысканную в рамках дела № А53-26307/2010: 6 726 124 руб. х 739 х 8%/360 дней = 1 104 579, 03 руб.;

3) На сумму задолженности 4 274 931 руб. взысканную в рамках дела № А53-26297/2010: 4 274 931 руб. х 787 дней х 8%/360 дней = 747 637, 93 руб.;

4) На сумму задолженности 2 866 312 руб. взысканную в рамках дела № А53-26311/2010: 2 866 312 руб. х 768 дней х 8%/360 дней = 489 183, 91 руб.

Итого подлежащая взысканию общая сумма процентов за пользование чужими денежными средствами составляет 3 429 794, 11 руб.

В остальной части иска надлежит отказать, поскольку требования о взыскании процентов заявлены за пределами срока исковой давности, а именно трехлетнего периода, предшествующего дате обращения в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчики не пользовались чужими денежными средствами, не удерживали их и не получали неосновательного обогащения вследствие сбережения за счет истца, так как является бюджетными учреждениями, самостоятельных средств не имеют, для производства расчетов получают денежные средства из бюджета, подлежат отклонению.

В силу абзаца 4 пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации частное или казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2006 г. № 21 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что отсутствие у учреждения находящихся в его распоряжении денежных средств само по себе нельзя расценивать как принятие им всех мер для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота.

Поэтому недофинансирование учреждения со стороны собственника имущества, либо отсутствие у него достаточного дохода от предпринимательской деятельности не является основанием для освобождения учреждения от ответственности за неисполнение обязательств по договору, поскольку не свидетельствует об отсутствии вины учреждения.

Отсутствие финансирования учреждения со стороны собственника не является основанием для освобождения его от ответственности применительно к положениям статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции верно признано обоснованным предъявление настоящего иска к Министерству обороны Российской Федерации как к субсидиарному должнику с учетом следующего.

Согласно положениям пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации при недостаточности взыскиваемых денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам ФБУ «Управление Северо-Кавказского военного округа» несет собственник его имущества. Являясь получателем бюджетных средств, ФБУ «Управление Северо-Кавказского военного округа» получает их из Федерального бюджета Российской Федерации от Главного распорядителя бюджетных средств - Министерства обороны Российской Федерации.

Пунктом 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 22 июня 2006 года № 21 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что при определении надлежащего ответчика, несущего субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения, судам следует исходить из того, что согласно пункту 2 статьи 120 Гражданского кодекса РФ, такую ответственность несет собственник имущества учреждения, то есть Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование, соответственно.

Согласно подпункту 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, предъявляемым при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных подведомственному ему получателю бюджетных средств, являющемуся казенным учреждением, для исполнения его денежных обязательств.

В силу пункта 2 статьи 21 Бюджетного кодекса Российской Федерации перечень главных распорядителей средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджетов государственных внебюджетных фондов, местного бюджета устанавливается законом о соответствующем бюджете в составе ведомственной структуры расходов.

В соответствии с приложением № 6 к Федеральному закону от 02.12.2009 «О федеральном бюджете на 2010 год и на плановый период 2011 и 2012 годов» и приложением № 11 к Федеральному закону от 13.12.2010 N 357-ФЗ «О федеральном бюджете на 2011 год и на плановый период 2012 и 2013 годов» Министерство обороны Российской Федерации входит в состав главных распорядителей средств федерального бюджета в составе ведомственной структуры расходов.

Исходя из вышеизложенного, Министерство обороны Российской Федерации выступает в суде от имени Российской Федерации по искам, предъявляемым в порядке субсидиарной ответственности по денежным обязательствам подведомственных бюджетных учреждений.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования о взыскании задолженности с министерства как субсидиарного должника и пришел к выводам, что министерство является надлежащим ответчиком.

Отсутствие финансирования из федерального бюджета не является основанием к невозможности привлечения собственника имущества к субсидиарной ответственности.

При этом, в соответствии с пунктом 12 статьи 33 Федерального закона от 08.05.2010 № 83-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений» положения абзаца шестого пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) в части исключения субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения по обязательствам такого учреждения не применяются к правоотношениям, возникшим до 01.01.2011.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом при вынесении судебного акта не было применено положение ст. 333 ГК РФ, позволяющее снизить сумму процентов за пользование чужими денежными средствами, подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить.

Если определенный в соответствии со статьей 395 Кодекса размер (ставка) процентов, уплачиваемых при неисполнении или просрочке исполнения денежного обязательства, явно несоразмерен последствиям просрочки исполнения денежного обязательства, суд учитывает компенсационную природу процентов и применительно к статье 333 Кодекса вправе уменьшить ставку процентов, взыскиваемых в связи с просрочкой исполнения денежного обязательства (пункт 7 постановления Пленума от 08.10.1998 № 13/14).

По смыслу указанных правовых норм уменьшение подлежащих уплате процентов за пользование чужими денежными средствами является правом, а не обязанностью суда. При этом бремя доказывания явной несоразмерности ставки процентов последствиям нарушения обязательств лежит на должнике в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, проценты за пользование чужими денежными средствами рассчитаны по ставке рефинансирования 8,25%, что соответствует требованиям статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ставка рефинансирования, по существу, представляет собой наименьший размер платы за пользование денежными средствами в российской экономике, поэтому уменьшение неустойки ниже ставки рефинансирования возможно только в чрезвычайных случаях, а по общему правилу не должно допускаться, поскольку такой размер неустойки не может являться явно несоразмерным последствиям (постановление