Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2013 по делу n А53-31871/2012. Изменить решение (ст.269 АПК)

с наименованиями субпозиций и примечаниями, имеющими отношение к субпозициям, а также положениями ОПИ ТН ВЭД ТС при условии, что лишь субпозиции на одном уровне являются сравнимыми. Для целей применения указанных Правил также могут применяться соответствующие примечания к разделам и группам, если в контексте не оговорено иное (правила 1 и 6 ОПИ ТН ВЭД ТС).

Таким образом, выбор конкретного вида кода ТН ВЭД всегда основан на оценке признаков декларируемого товара, подлежащих описанию, а процесс описания связан с полнотой и достоверностью сведений о товаре (определенного набора сведений, соответствующих либо не соответствующих действительности).

В классификационных решениях № 0001729/00001/000 от 31.05.2012г.; №0001814/00001/000 от 08.06.2012г.; № 10313000-22-08/000056 от 29.05.2012г. таможенным органом указаны следующие сведения о товаре: «Зерноуборочный адаптер КЕМРЕR 445. Приспособление предназначено для уборки кукурузы в составе кормоуборочных комбайнов РСМ-1401, РСМ1701, РСМ-100. При движении вперед стебельная масса разделяется делителями, захватывается сегментами подающих барабанов, отрезается вращающимися ножами режущего аппарата и транспортируются в центр жатки. Транспортирующие барабаны, распределяя по высоте и ширине, подают ее в питающий аппарат. Кукурузоуборочный адаптер КЕМРЕR 445 ввозится в качестве комплектующих для дальнейшего производства кормоуборочных комбайнов».

В графе 31 всех ДТ приведено описание товара: «Кукурузоуборочный адаптер KEMPER-445, приспособление предназначено для уборки кукурузы в составе кормоуборочных комбайнов РСМ-1401, РСМ-1701, РСМ-100».

Как следует из материалов дела общество и таможенный орган классифицировали ввезенный товар по разным товарным подсубпозициям.

Общество полагает, что товар относится к подсубпозиции 8433 90 000 0, согласно классификации таможенного органа товар относится к товарной подсубпозиции 8433 59 850 9.

К товарной подсубпозиции 8433 90 000 0 относятся: «Машины или механизмы для уборки или обмолота сельскохозяйственных культур, включая пресс-подборщики, прессы для упаковки в кипы соломы или сена; сенокосилки или газонокосилки; машины для очистки, сортировки или калибровки яиц, плодов или других сельскохозяйственных продуктов, кроме машин товарной позиции 8437; части».

К товарной подсубпозиции 8433 59 850 9 относятся: «Машины или механизмы для уборки или обмолота сельскохозяйственных культур, включая пресс-подборщики, прессы для упаковки в кипы соломы или сена; сенокосилки или газонокосилки; машины для очистки, сортировки или калибровки яиц, плодов или других сельскохозяйственных продуктов, кроме машин товарной позиции 8437; прочие».

При классификации товара общество руководствовалось техническим описанием товара, содержащегося в письме от 21.04.2010г., в дальнейшем заключением эксперта Торгово-промышленной палаты Ростовской области от 22.06.2012г. Так, адаптер производит сплошной срез стеблей кукурузы вращающимися ножами. С помощью зубцов вращающихся навстречу друг другу барабанов стебли срезанной массы наклоняются в горизонтальное положение и приводятся к вальцам приемного окна проставки комбайна, которые перемещают массу в камеру питающего аппарата. Срезанная масса захватывается вальцами питающего аппарата (тремя нижними и двумя подпружиненными верхними, являющимися механизмом подпрессовки), уплотняется и подается на противорежущий брус к ножам измельчающего барабана. Барабаном измельчающего аппарата масса измельчается и сбрасывается в конфузор, откуда подхватываемая лопастями ускорителя, направляется через поворотное устройство в силосопровод. Таким образом, адаптер является важным узлом конструкции комбайна, без которого не осуществим технологический процесс уборки урожая.

Таким образом, по мнению общества, спорный товар является частью кормоуборочного комбайна, применяется для уборки кукурузы на силос и не может использоваться отдельно от комбайна. На роторной жатке KEMPER-445 проставка отсутствует и приводные органы находятся на аппарате питателя кормоуборочного комбайна РСМ-1401, в то время как жатка модели DR800В (Geringof, Германия), в отношении которой вынесено предварительное решение и на которое ссылается таможенный орган в обоснование правомерности принятых им классификационных решений, используется с проставкой, на которой расположены механизмы для приведения в действие рабочих органов жатки.

Жатка модели DR800В, как поясняет общество, предназначена для отделения початков от стеблей кукурузы и навешивается на зерноуборочные комбайны при уборке кукурузы. На жатке KEMPER-445 отсутствуют початкоотделяющие вальцы, тем самым стебли остаются цельными вместе с качанами кукурузы. Функцию початкоотделения (измельчения) выполняет комбайн, в котором установлен специальный барабан. Соответственно, технологический процесс отделения початка кукурузы от стебля производится в комбайне, а не в жатке как в модели DR800В. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что KEMPER-445 является частью кормоуборочного комбайна, на ней отсутствуют механизмы и органы, обрабатывающие срезанные стебли кукурузы.

В свою очередь, таможенным органом приняты решения о классификации на основании заключения таможенного эксперта Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления № 05-01-2012/0887 от 07.06.2012г. В заключении сделаны выводы:

- декларируемый товар представляет собой кукурузоуборочный адаптер KEMPER-445, предназначенный для уборки кормовых культур в составе кормоуборочных комбайнов моделей РСМ-1401, РСМ-1701, РСМ-100;

- кукурузоуборочный адаптер KEMPER-445 является одной из машин, предназначенных для уборки урожая;

- кукурузоуборочный адаптер KEMPER-445 является жаткой для скашивания и подачи кукурузной массы к измельчающему устройству.

В судебном заседании представители таможенного органа пояснили, что в пункте 3 выводов заключения эксперта Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления № 05-01-2012/0887 от 07.06.2012г. допущена техническая опечатка: вместо «к измельчающему устройству» указано «к молотилке комбайна».

Однако данная опечатка, по мнению таможенного органа, не влияет на классификацию товара как «прочие машины для уборки урожая».

Возражая против применения подсубпозиции 8433 59 850 9, таможенный орган указывает, кукурузоуборочный адаптер является одной из машин, предназначенных для уборки урожая, является жаткой для скашивания и подачи кукурузной массы к измельчающему устройству.

Как следует из технического описания от 21.04.2010г., представленного обществом и дополнительных пояснений к заявлению, сам заявитель в качестве его описания указал, что адаптер является важным узлом конструкции комбайна, без которого не осуществим технологический процесс уборки урожая.

В соответствии с текстом товарной позиции 8433 в нее включаются, в том числе, «машины и механизмы для уборки или обмолота сельскохозяйственных культур».

В товарной позиции 8433 содержится подсубпозиция 8433 59 850 9 с текстовым описанием «машины для уборки урожая прочие».

С учетом примечаний 1 и 2 а к разделу XVI ТН ВЭД части классифицируются в позициях ТН ВЭД, в которых они конкретно упомянуты. Указанный товар, представляющей собой машину (узел) для уборки кукурузы на силос в ТН ВЭД не конкретизирован, поэтому суд полагает, что определяющим фактором при классификации данного товара является то, что он является машиной для уборки урожая, а не частью машины (комбайна). Ввозимая жатка является самостоятельным механизмом, выполняет самостоятельную функцию. Лишь с помощью комбайна данный механизм приводится в действие, причем агрегатируется к комбайну как сменный адаптер, что также установлено изучением технических характеристик комбайнов, представленных обществом. Как установлено в судебном заседании и изучением имеющейся обширной информации в сети Интернет, жатки модели KEMPER-445 предназначены не только для комбайнов моделей РСМ-1401, РСМ-1701, РСМ-100, но и большого количества иных моделей комбайнов иностранного производства, а также РСМ- 1402, Дон 680. Более того, суд пришел к выводу, что теоретически не исключается приспособление данного адаптера к любому виду комбайну и трактору путем изменения соединительных частей адаптеров, в связи с чем, не принимается довод общества о том, что жатки предназначены исключительно для моделей комбайнов РСМ-1401, РСМ-1701, РСМ-100.

В зависимости от моделей жатка имеет разные характеристики (тип изделия – фронтальное, навесное; скорость транспорта; рабочие скорости; ширина захвата;  производительность за час основного времени; габаритные размеры, масса машины эксплуатационная и т.д.).

Кроме того, жатка KEMPER-445 по техническим характеристикам может использоваться как для уборки силоса (на кормоуборочных комбайнах), так и зерна (на зерноуборочных комбайнах).

Учитывая изложенное, апелляционная коллегия отклоняет довод заявителя о том, что спорные адаптеры предназначены исключительно для уборки силоса, поскольку имеющиеся в материалах дела доказательства не свидетельствуют о преимущественном предназначении ввезенных адаптеров для использования их на кормоуброчных комбайнах.

Таким образом, оспариваемые решения приняты таможенным органом на основании тех сведений и описаний, которые были предоставлены самим заявителем, и позволили таможенному органу в соответствии с пояснениями к ТН ВЭД расценить спорный товар как машину для уборки урожая и обоснованно отнести товар к подсубпозиции 8433 59 850 9.

Исследовав указанные обстоятельства, апелляционная коллегия приходит к выводу, что сам по себе факт того, что спорный товар не может работать без комбайна, не свидетельствует о том, что он должен быть классифицирован по указанному обществом коду, поскольку товар представляет собой машину для уборки урожая, включающей помимо цилиндрических режущих ножей режущего аппарата, делители, противорежущие пластины, вращающиеся транспортирующие барабаны, что не оспаривается обществом и объективно подтверждается имеющейся в материалах дела технической документацией и заключением эксперта, на которое ссылается заявитель. Данный товар не является частью комбайна, без которой комбайн, как машина не сможет работать, а является дополнительной частью как дополнительная опция, самостоятельно выполняющая комплекс дополнительных видов работ.

Таким образом, достаточных доказательств, свидетельствующих о правомерности отнесения обществом спорного товара к классификационному коду 8433 90 000 0, заявителем не представлено.

Заявитель не представил суду доказательств несоответствия оспариваемых решений таможенного органа действующему законодательству и нарушения этими решениями его прав и имущественных интересов.

Учитывая изложенное, Ростовская таможня, руководствуясь основными правилами интерпретации 1, 2 (а) ТН ВЭД ТС правомерно классифицировало спорный товар, задекларированный в ДТ 10313072/010612/0001758; №10313072/090612/0001831,№10313072/070612/0001812,№10313072/300512/0001727; №10313072/230712/0002348, в подсубпозиции 8433 59 850 9.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных обществом требований.

Однако вывод суда первой инстанции о том, что требование об обязании произвести возврат таможенных платежей является последствием требования о признании незаконными действий по отказу в возврате излишне уплаченных таможенных платежей, является ошибочным ввиду следующего.

В соответствии со статьями 102, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отказе в удовлетворении заявленных требований, расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя.

Заявленное обществом требование об обязании таможенный орган возвратить излишне уплаченные таможенные платежи, уплаченные на основании ненормативного правового акта таможни, хотя и вытекают из публичных правоотношений, однако носят имущественный характер и не подпадают под категорию дел, рассматриваемых по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что при подаче исковых заявлений, содержащих одновременно требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

При применении подпункта 1 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации необходимо учитывать, что если в рамках спорного материального правоотношения выплата (возврат, возмещение, зачет) денежных средств из бюджета производится по инициативе налогоплательщика или иного управомоченного лица, то, учитывая правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированную в Постановлении от 16.07.2004 №15-П и Определении от 12.07.2006 № 182-О, суд принимает решение об обязании государственного или иного органа (должностного лица) произвести выплату (возврат, возмещение, зачет) денежных средств из бюджета только при наличии самостоятельного требования заявителя.

В том случае, если одновременно с требованием о признании акта (действия, бездействия) недействительным (незаконным) заявлено требование об устранении допущенного нарушения прав и законных интересов путем совершения определенных действий неимущественного характера, государственная пошлина подлежит уплате только в отношении первого требования, поскольку вопрос об устранении допущенных нарушений путем совершения действий неимущественного характера должен быть разрешен судом независимо от требования заявителя (пункт 3 части 4, пункт 3 части 5 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В Информационном письме от 24.07.2003г. № 73 "О некоторых вопросах применения частей 1 и 2 статьи 182 и части 7 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что, если фактической целью заявителя является взыскание (возмещение) из бюджета денежных средств, не выплачиваемых ему вследствие неправомерного (по мнению заявителя) бездействия конкретного государственного органа (должностного лица), такого рода интерес носит имущественный характер независимо от того, защищается ли он путем предъявления в суд требования о взыскании (возмещении) соответствующих денежных средств либо посредством предъявления требования о признании незаконным бездействия конкретного государственного органа (должностного лица).

Правомерность данного подхода подтверждает толкование во взаимосвязи положений части 1 статьи 171 и части 1 статьи 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. По смыслу указанных норм взыскание с ответчика денежных средств должно осуществляться на основании решения суда о взыскании этих средств,